Девятое Правило Волшебника, или Огненная Цепь - Терри Гудкайнд

Легкая улыбка зазмеилась в уголках ее губ.

— Отнюдь.

Ричард видел, как за деревьями, вдруг насторожившись, вскочил Самюэль.

— Зачем тебе этот меч?

— Ты спросил о цене, я назвала. Что я собираюсь делать с платой после того, как получу ее, тебя уже не касается.

Ричард почувствовал, как струйка пота стекает по спине.

— Шота…

Он не мог двинуться или произнести хоть слово. Он ожидал вовсе не этого.

Шота отвернулась и направилась прочь по дороге.

— Прощай, Ричард. Была рада повидаться. Не возвращайся.

— Подожди!

Шота остановилась и оглянулась через плечо. Волны ее темно-рыжих волос сияли в потоке света.

— Да или нет, Ричард. Я отдала тебе достаточно, ничего не требуя взамен. Довольно. Если хочешь получить еще кусочек, придется платить. Второй возможности я тебе не дам.

Она окатила его ледяным взглядом и повернулась было, чтобы уйти, но Ричард процедил сквозь зубы:

— Хорошо.

Она замерла.

— Так ты согласен?

— Да.

Она повернулась лицом к нему и замерла в ожидании.

Ричард немедленно потянул перевязь через голову. Кара подскочила к нему и схватила его запястье обеими руками.

— Что вы делаете? — прорычала она. Красная кожа блестела в последних лучах солнца, словно загоревшись от огня ее глаз.

— Шота знает что-то обо всей этой неразберихе, — ответил Ричард. — Мне нужно знать, что она может сказать. Я не знаю, что еще делать. Выбора нет.

Кара убрала одну руку с его запястья и прижала пальцы ко лбу, пытаясь собраться с мыслями. Ей вдруг стало тяжело дышать.

— Лорд Рал, вы не можете так поступить. Не можете. Вы не правы. Вы охвачены мгновенным желанием, желанием обладать чем-то, что, как вам кажется, у нее есть. Вы вбили себе в голову, что должны получить это во что бы то ни стало. Вы даже не знаете, что она предлагает. Учитывая, насколько она на вас зла, скорее всего, ничего ценного у нее нет.

— Я должен с чего-то начать поиски правды.

— Послушайте, лорд Рал, нет никакой уверенности, что это поможет. Вы ошибаетесь! Говорю вам, цена слишком высока.

— Нет слишком высокой цены за жизнь Кэлен — особенно если требуется всего лишь вещь.

— Вы ведь покупаете не ее жизнь, а всего лишь намек ведьмы. Якобы она может сказать вам нечто полезное — ведьма, которая хочет отомстить за то, что вы отвергли ее. Вы сами сказали, что ничего из сказанного ею до сих пор не сбывалось так, как она говорила. Так же будет и сейчас. Вы потеряете меч напрасно.

— Кара, я должен это сделать.

— Лорд Рал, это сумасшествие.

— Ладно, предположим, что я и впрямь сошел с ума!

— Вы о чем?

— Что, если все вы правы, и никакой Кэлен не существует? Что, если я спятил? Даже ты так считаешь. Я должен узнать, что может сказать Шота. Если я ошибаюсь во всем, во что верю, то зачем Меч Истины сумасшедшему? Если все вы правы, и я брежу, чего хорошего ждать от меня окружающим? Зачем я нужен, если не в своем уме? Зачем?

В ее глазах блеснули слезы.

— Вы не сумасшедший!

— Да? То есть ты веришь, что женщина по имени Кэлен действительно существует, и я на ней женат? — Когда она промолчала, он убрал вторую ее руку со своего запястья. — Не думаю.

Кара резко повернулась к Шоте, указывая на нее эйджилом.

— Ты не можешь взять меч! Это нечестно, и ты это знаешь! Ты злоупотребляешь его состоянием. Ты не можешь взять этот меч!

— Цена-то на самом деле пустяковая… Меч даже не принадлежит ему. И никогда не принадлежал.

Шота поманила пальцем. Самюэль, наблюдавший из тени, метнулся к ним сквозь деревья.

Кара стала между Ричардом и Шотой.

— Лорду Ралу его дал Первый волшебник. Лорд Рал был назначен Искателем и одарен Мечом Истины. Меч — его!

— А где, по-твоему, его взял Первый волшебник? — Шота указала пальцем с ярко-красным лакированным ногтем на землю. — Здесь. Он пришел сюда, в мой дом, и украл его. Вот откуда у Зедда Меч Истины. Ричард владеет им не по праву, но как вор. Вернуть его законному владельцу — ничтожная плата за то, что он хочет знать.

Кара с яростью в глазах подняла эйджил. Ричард осторожно взял ее за запястье и опустил ее руку, предупреждая необдуманный поступок, который — он знал — добром не закончится. Он не хотел рисковать, не хотел ни потерять то, что могла сказать Шота… ни потерять Кару.

— Я делаю то, что должен, — спокойным голосом сказал он Каре. — Не усложняй дело еще больше.

Ричард видел Кару во всевозможных настроениях. Видел счастливой, грустной, сломленной, решительной, непреклонной и яростной, но до этого момента не видел, чтобы ее гнев с такой силой и откровенностью сосредотачивался на нем.

Вдруг ему вспомнилась Кара в приступе необузданной ярости. Но это было очень давно. Сейчас он не мог позволить себе страдать от воспоминаний и усилием воли отрешился от них молча. Он думал о Кэлен и будущем, а не о прошлом.

Ричард стянул перевязь через голову и обернул ремни вокруг ножен. Самюэль, державшийся возле юбки хозяйки, ждал, его алчные глаза были прикованы к перевитому проволокой эфесу.

Держа обеими руками сияющие золотом и серебром ножны и старинную, тисненой кожи перевязь, Ричард протянул их Шоте.

Она протянула руку, чтобы взять оружие.

— Меч принадлежит Самюэлю, моему верному слуге. — Она торжествующе улыбнулась. — Отдай клинок ему.

Ричард застыл, как вкопанный. Он не мог позволить Самюэлю завладеть Мечом Истины. Не мог — и все тут.

Его интересовало, как Шота могла бы использовать Меч Истины, если бы не отдала его Самюэлю. Ричард старался не думать, что на самом деле значило вручить его Шоте.

— Но ведь именно этот меч сделал его таким! Зедд сказал мне, что именно магия Меча Истины сотворила с ним такое, превратила его в то, что мы видим теперь.

— А когда Самюэль вернет принадлежащее ему, он станет прежним, таким, как был до похищения Меча твоим дедом.

Ричард знал характер Самюэля. И был уверен, что тот способен на все — включая убийство. Не стоило отдавать столь смертоносную вещь такому существу.

Слишком многие люди вроде Самюэля владели Мечом Истины, дрались за него, крали друг у друга, продавали тому, кто больше заплатит. Покупатель становился Искателем — и предлагал свои услуги самым мерзким заказчикам, лишь бы те платили. Во тьме он переходил из рук в руки, служил низости и насилию. К тому времени, когда Зедд наконец добыл этот меч и отдал его Ричарду, звание Искателя стало мишенью презрения и оскорблений. В нем видели обычного преступника — просто очень опасного.