Та Сторона Одиночества - Мария Ерова

Майкл спускался по лестнице, страшно волнуясь, чего с ним случалось крайне редко. Во рту пересохло, пульс на шее долбил так, будто бы намеревался сломать ему челюсть. Но ноги шли – туда, где располагались комнаты прислуги, и Тайлеру даже показалось, что он слышит мысли горничных, бурно обсуждавших его персону, но это были не мысли.

Амалия рыдала так, что никакие двери не могли заглушить ее плачь.

-Выпей воды, девочка. – Уговаривал ее надменный женский голос. – Ни один мужик в мире не стоит того, чтобы по нему убиваться.

-Я люблю его! Этого подлеца! Он обманул меня, но я все равно люблю! – Надрывалась Амалия.

Майкл слушал бесстрастно, не обижаясь - в жизни его и не так называли, а вот в чем собственно здесь были обман и подлость – еще предстояло выяснить.

-Да забудь уже этого козла! – Вещал третий незнакомый голосок помоложе. – Что у них в легите парней мало?! Нашла из-за кого страдать…

-Но он все-таки гранлиит, а не простой леттер. – Возразил еще кто-то. - Второй после Льюиса… Но о капитане можно и не мечтать, с ним и так все понятно…

Этот разговор мог быть бесконечным. Майкл устал выслушивать о том, кто он, какими достоинствами и недостатками обладает, и все в таких непечатных вариантах, каких он и в родном мужском легите не слыхивал. Ну да ладно. Плачь Амалии не утихал, и он решил, что пора сделать то, чего ждал от него Майк. Ладно, он сделает то, что нужно ему самому в первую очередь. Амалия…

Но после всего услышанного появление гранлиита Тайлера должно было быть, по крайней мере, эффектным, иначе чем было бы после всего случившегося заниматься этому курятнику?

Он открыл дверь с ноги, и она отлетела, ударив о стену. Женщины разом умолкли, вскочив от испуга, даже Мали перестала рыдать и вытаращила на него свои маленькие, черные, распухшие от слез, глаза.

-Майкл? – Только и смогла выдавить она из себя.

Тайлер не торопился. Он окинул всех взглядом – главную «клушку», державшую непочатый стакан с водою наготове и более молодых горничных, ровесниц Амалии, перепуганных его внезапным появлением. Подождал немного – на случай вопросов, что могли полететь в его сторону (они были в каждой думающей голове, но вслух так и не прозвучали); и только потом обратился к своей подруге жестким, не терпящим возражения, тоном:

-Есть разговор.

Амалия подскочила мгновенно, и Майкл ухмыльнулся про себя – вот только что он был «козел», а теперь – доминант, мужчина, которому дОлжно подчиняться. И с грохотом захлопнул за собой дверь.

***

Мы молчали вплоть до того момента, когда в глазах Элиаса вспыхнули, как перегоревшие лампочки в свой последний миг жизни, электрические разряды, и его самого передернуло от волны тока, внезапно прокатившейся по телу.

-Слава богам! – Завопил он, создавая потоком сознания на своих ладонях электрические сферы. – Вот теперь я пришибу тебя, ублюдок!

Он сделал вид, что собирается швырнуть их в меня, но я знал, что Эл этого не сделает, а потому спокойно продолжал пить чай.

Морис, все столь же опустошенный в плане Силы, с интересом наблюдал за нами.

-Джоэл, попробуй блокировать его. – Попросил он, но я отрицательно замотал головой, а Дельфин испуганно шарахнулся в сторону.

-Я не могу…

-Пусть лучше не может! – Спешно согласился Элиас. – Я боюсь этого типа, он непредсказуем!

-Но как-то ты смог применить свою Силу по назначению. – Невозмутимо упорствовал граф.

-Я хотел убить Мэлвина…

-Поздравляю, ты уже это сделал, пора успокоиться! – Вновь встрял Дельфин.

-Еще раз, Элиас. Я попросил его об одной услуге, но он отказался. И я не знаю, что на меня нашло… Гнев! Я разозлился так, что перестал себя контролировать… Разозлился на пустом месте…

-У тебя все завязано на эмоциях, Джоэл. – С укором сказал Морис. – А их здесь быть вообще не должно. Ни одной. Никогда. В самом начале – да, это простительно, но сейчас, когда ты уже достиг определенного уровня…

-Я знаю, Морис. Но мне чего-то не хватает. Или – кого-то. Мирии. – Я взглянул ему прямо в глаза – спокойные, синие, но до сих пор лишенные ореола Силы.

-Откуда ты это знаешь? – Не сдавался он.

-Чувствую. Элиас тоже псих, он постоянно на взводе, но у него все прекрасно получается и в таком состоянии. А у меня как будто нет руки – правой или левой, неважно, я – калека, и все, что бы я не делал, получается однобоко. Да ты и сам все это понимаешь. Я не хочу давить на твои решения и принципы, но, в моем случае, это тупик.

Морис молчал. Взглянув на Эла, я понял, что он солидарен со мной, по крайней мере, в вопросе о возвращении Мирии – и уже не важно, каким способом. Тишина затянулась.

***