Кровавая осень - Брайан Макклеллан

– От вас не очень-то много помощи.

Адом коротко рассмеялся, и Тамас улыбнулся в ответ. В этом смехе был весь Михали.

– Ох, Бруде, Бруде! – Адом покачал головой, утирая выступившие от смеха слезы. – Понимаете, он самый младший из нас. Такой шутник. Он во всем равнялся на Кресимира, но постоянно находился в тени брата. Спорил со всеми, даже со мной иногда ссорился, хотя и не настолько серьезно, как с другими. – Адом положил в рот кусок хлеба. – Я не могу проникнуть сквозь завесу, которой он себя окружил, но должен сказать, что он стал куда могущественней, чем был во времена Кресимира. И это меня пугает.

– Попробуйте столкнуть его с нами, – посоветовал Тамас. – Заставьте действовать. Узнайте, чего он добивается.

– О нет, это было бы серьезной ошибкой. Мне не по силам тягаться с Бруде.

Тамас отпрянул, почувствовав горечь во рту.

– Что же тогда нам делать?

– Прежде всего нужно выяснить, сдержит ли он слово. Бруде всегда был самым дальновидным из нас. Он вполне мог сказать правду. Но хочу предупредить: во всем, что он делает, есть две стороны, как двулик сам Бруде.

– А если он не сдержит слово?

Адом взял с блюда каштан и бросил себе в рот, а затем поднял глаза на Тамаса.

– Если он не сдержит слово, мы мало чем сможем ему помешать.

– Вы собираетесь и дальше здесь прятаться, не так ли?

– Да, таков и был мой план. Честно говоря, по мне так лучше бы он не знал, что я остался жив.

Тамас с возмущением отбросил вилку.

– Что случилось с тем, кто всегда поддерживал нас? Что случилось со святым заступником Адро?

Адом поднял вилку Тамаса, вытер ее краем фартука и аккуратно положил на тарелку.

– Что-то в Бруде пугает меня. Нечто такое, чего не было в дни нашей молодости. Не могу объяснить, в чем дело. Инстинкт, более древний, чем я сам и вся моя магия, подсказывает, что нужно отойти в сторону.

– Я слишком долго и упорно сражался за эту страну, чтобы отойти в сторону и отдать ее кому-то другому. Даже богу. – Тамас вытер рот салфеткой и отошел от стола. – Не знаю, зачем я сюда приехал.

– За советом.

– В итоге я лишь зря потратил время.

– Я рад, что вы приехали. – Адом печально улыбнулся. – Я волновался за вас.

– Видимо, не очень сильно, раз отказались помочь.

– В вас осталось так мало веры в то, что все кончится хорошо, Тамас. Вот, возьмите. – Он протянул фельдмаршалу круглую металлическую коробку.

– Что это?

Адом удивленно заморгал:

– Обед для Олема. Может быть, я и толстый трус, но, надеюсь, вы не считаете меня негостеприимным хозяином?

– Как по-твоему, Олем, я правильно поступаю?

Полная луна ярко светила над ними, хотя стемнело всего час-другой назад. Тамас почти не замечал дыма от сигареты, которую курил телохранитель. Они остановились в роще между двумя деревнями за несколько миль от Адопеста. Высокие деревья закрывали их от постороннего взгляда. Было холодно, и Тамас приподнял воротник мундира.

– Не мне судить об этом, сэр.

– От тебя не больше пользы, чем от Адома.

– Вы несправедливы к нему, сэр. Он накормил нас. Бездна, я соскучился по его стряпне.

Тамас покачал головой:

– Я пришел в такое бешенство из-за его отказа, что забыл задать ему этот вопрос.

– Думаете, он мог изменить ваше решение?

Фельдмаршал задумался на мгновение.

– Нет.

– И я думаю, что нет.

– Заткнись и докуривай свою проклятую сигарету. И прекрати так довольно усмехаться. Где Бо?

– Вон там.

Тамас пробрался к опушке, где стоял Бо со своей ученицей, наблюдая за дорогой на Адопест.

– Они опаздывают, – сказал Тамас.

Бо поправил ремешки на протезе и поднял глаза на фельдмаршала:

– Они примерно в миле от нас. Следят за нами так же, как мы за ними.

– Значит, это засада.

– Для засады у них слишком мало людей, – ответил Бо. – Если только с ними нет самого Бруде.

Тамас оглянулся на Нилу, молча всматривающуюся в темноту, и шагнул ближе к Бо.

– Прости меня.

– Мм?

– Прости, что послал Таниэля убить тебя.

Бо сделал удивленное лицо, а затем привычно усмехнулся:

– Не стоит переживать. Это было вполне в вашем духе. И на вашем месте я бы поступил точно так же. Ой!

Нила лягнула Бо по здоровой ноге.

– Да, я бы так и сделал.

– Нельзя говорить такое, – упрекнула его Нила.

– Так кто же из вас ученик? – спросил Тамас.

– Ни слова больше, старик, – фыркнул Бо.

Тамас ошеломленно уставился на него:

– Ты не называл меня так с тех пор, как тебе исполнилось пятнадцать.

– Теперь это слово больше вам подходит.

– А ты так и остался дерзким мальчишкой.

– А как же, – ухмыльнулся Бо. – Старался изо всех сил.

– Спасибо тебе за то, что отговорил Таниэля в одиночку отправиться за Ка-Поэль.

– Он слишком нетерпелив. – Бо посмотрел на север, в сторону другой рощи, где прятался Таниэль, держа на прицеле людей Кларемонте, которые все еще не решались подъехать ближе. – Надеюсь, он этим вечером никого не пристрелит.

– Я тоже.

– Между прочим, среди них есть Избранные.

– Сколько?

– Шестеро. Похоже, Кларемонте не особенно вам доверяет.

– Как и я ему. Поэтому и взял с собой тебя и Нилу. Не считая засевших в кустах Таниэля, Норрин и Андрийю.

Бо постучал по деревянному протезу, и Тамас почувствовал себя неуютно.

– Только не говори, что задумал отомстить.

– Я потерял ногу. И та, из-за кого это случилось, здесь. Я точно знаю. И знаю, кто она такая. Ее зовут Лоури. У нас с ней кое-что было.

– Есть ли в Королевских советах Девятиземья хоть одна женщина, с которой у вас ничего не было? – поинтересовалась Нила.

– Есть, но не много.

Тамас выругался сквозь зубы.

– Надеюсь, ты не поставишь под угрозу всю операцию?

– Нет, разумеется. – Бо сделал успокаивающий жест. – Буду держать себя в руках. Они подъезжают.

Тамас насыпал немного пороха на язык, чтобы углубить транс. Всадники на дороге разделились на две группы, меньшая направилась прямо через поле к фельдмаршалу. Он тихо позвал Олема и вместе с ним вышел на опушку.