Возле Тьмы. Чужой - Мария Круз

О пари он слышал от Джо.

— Не знаю, сегодня должен был самолет там пролететь и посмотреть. Вернемся — и сразу в город поеду. Пива с Мартенсеном выпью на его сотню. Точнее — уже мою сотню.

— Ты так уверен в выигрыше?

— Процентов на сто. Или больше.

Джо с Бадом забрались в кабину грузовика, а я поехал впереди, на белом рабочем «форде». Люди все же старались здесь далеко от своих мест на одной машине не ездить. Сломаешься — и что тогда делать будешь? А так хоть есть на чем вернуться. Но запас приключений, похоже, на ближайшее время был исчерпан: мы ни на бандитов не нарвались, ни на тварей, ни на преследователей из Южной Дакоты. Впрочем, насчет последних мне казалось, что тема полностью исчерпана должна быть. Потерь у них много, толку от всех погонь мало, и продолжать в том же духе — это уже маньячеством начнет отдавать. Хотя черт его знает, чужая душа — потемки, а уж на этот мир потемки влияют очень сильно.

На ферму вернулись поздно, разгрузку решили отложить на завтра. Попрощались все, и я, вместо того чтобы ехать спать, или даже ужинать в бар к Эрни, покатил в Баффало. Сменил побитый рабочий пикап на свою новую «тойоту» — все же в свет решил выбраться, — переоделся прилично, прихватил короткий FAL «на случись чего» да и поехал.

Город был, к удивлению моему, довольно ярко освещен. Свет из зарешеченных уже окон, свет от фонарей — вроде как почти нормальная жизнь. Хотя жизнь тут уже вполне устоялась, в этом плане канзасский Гарден-Сити от Баффало отставал. Город здесь меньше, а людей в нем больше, успели все освоить и почистить. Хотя заколоченных домов и здесь хватало — теперь уже примета времени.

Мартенсена, с его слов, следовало искать на Мэйн-стрит, в баре «Оксидентал Салун», что расположился рядом с одноименным отелем. Зарешеченная витрина бара была ярко освещена, свет падал на заставленную машинами стоянку. Я приткнулся на «тойоте» к боку военного невооруженного «хамви», на котором, подозреваю, Мартенсен и ездил, огляделся, прислушался к «радару» на предмет проверить, не прячется ли где-то поблизости темная тварь, намеренная мной перекусить, и никаких угроз не обнаружил.

Но пока шел до двери бара, руку все же держал на кобуре: привычки уже въелись в кости, слово «темнота» стало синонимом слова «угроза». Над дверью звякнул колокольчик, несколько человек, сидевших за стойкой и столиками, обернулись на меня и сразу отвели глаза, вернувшись к своим делим. Только Мартенсен, сидевший на высоком табурете, помахал мне рукой, предлагая присоединиться. Что я и сделал.

Несмотря на военную машину, если он действительно приехал на ней, одет он был обычно для этих мест — джинсы, толстый ремень, на котором в вышитой серебряной нитью кобуре висел огромный револьвер, по виду вроде как старый «сингл» кольт, но явно мощнее и массивней. В общем, этот револьвер и спровоцировал первый вопрос, который я задал после того, как уселся рядом и попросил у бармена бутылку «Корз Лайт»:

— Ты местный?

— Почти. Я из Айдахо-Фоллз, но здесь часто бывал. Кстати, — Мартенсен полез в карман, вытащил не слишком толстую пачку наличных, скрепленных серебряным зажимом, отсчитал сотню десятками и двадцатками. — Я проиграл: место уже «мутное».

— Летали туда? — поинтересовался я, убирая деньги в нагрудный карман фланелевой рубашки и застегивая клапан.

— Пролетали сверху. Сегодня от чужих прилетел самолет с почтой, я попросил их пролететь сверху и посмотреть, а они не поленились и даже сделали фото, смотри… — Мартенсен снял со спинки барного стула небольшую сумку, вытащил из нее планшет, включил. Потыкав пальцем в символы на экране, он нашел нужную папку и придвинул планшет мне.

Место я узнал сразу — насмотрелся и с земли, и с воздуха. Но изменилось оно сильно: на месте «цирка» поднимайся вихрь колеблющегося воздуха, накрывавший собой и пруд, и мотель примерно до половины. До входа в ресторан — как раз до того места, где мы с Джо убили двоих. А еще на снимке оказалась пара «гончих» — они смотрели на явно круживший над мотелем самолет, задрав в небо свои черные хари.

— Вода непроточная. — Я щелкнул ногтем по изображению пруда на снимке.

— Что? — не понял Мартенсен.

— «Мутные пятна» не должны наползать на проточную воду. А на стоячую, вроде прудов или болот, — как видишь.

— Уверен?

— Почти. Ферму на это не поставлю, но из наблюдений так выходит.

Мартенсен явно задумался, покусывая нижнюю губу, потом несильно хлопнул ладонью по стойке:

— Хорошо, я это учту. Может быть очень полезно.

Хлопок почему-то сработал как триггер. Мысль моя описала петлю и вернулась к началу разговора.

— Стоп! — до меня вдруг дошло, что я только что пропустил. — Это ведь чужие снимали?

— Чужие, — подтвердил он. — Сегодня самолет прилетел с базы ВВС Малмстром, что в Грейт-Фоллз, Монтана, с ним четыре человека. У них там вроде форпоста. А что?

— А как бы их увидеть?

— Как? — немного озадачился Мартенсен. — Они, насколько я помню, здесь, в «Оксидентал» и остановились, но как дальше — не подскажу. Хочешь в комнаты стучаться? Менеджмент отеля не одобрит.

— Нет, хочу хотя бы узнать, где их можно увидеть.

— Здесь, за завтраком, я думаю, — почесал в короткостриженном затылке Мартенсен. — У них дела в сити-холле, но он откроется в девять, значит, до того времени они будут здесь. Логично?

— Вполне. Тогда я тоже буду здесь. Номера свободные найдутся, как думаешь?

— Наверняка. Отель наполовину пуст, как мне кажется.

— Кстати, — мой взгляд упал на его кобуру с револьвером, — это что у тебя?

— Это? — переспросил он, вытащив из кобуры действительно здоровенный револьвер. — Это «Фридом Армз», одинарного действия, калибр «Пятьсот Вайоминг Экспресс». Их во Фридоме делают, даже сейчас.

— Фридом? — Я как-то не понял сначала, что речь идет о городе, решил, что это просто очень по-американски названо: «Оружие Свободы».

— Прямо на границе с Айдахо.

— А что за калибр?

Мартенсен выдернул из поясного патронташа один патрон, со стуком поставил его передо мной донцем на стойку.

— М-да, серьезно, — взяв патрон, я подкинул его на ладони. — Сорок четвертый по сравнению смотрится как мелкашка.

— Пуля весом в четыреста сорок гран, летит со скоростью полторы тысячи футов в секунду. Более чем достаточно. Я двух «демонов» уложил просто с одного выстрела.

— Правда? — уже куда живее заинтересовался я.

— Есть и мощнее, вроде «Пятьсот Смит-Вессон», но там уже отдача не очень переносима. А из этого может еще стрелять нормальный человек.

Забрав у меня из рук патрон, он положил передо мной револьвер. Взяв оружие в руки, я несколько раз приложился, целясь в самого себя в зеркале на стене и стараясь не направить ствол ни в чью сторону, хотя из револьвера одинарного действия так не выстрелишь, потом вернул оружие владельцу.