Химера - Виктор Волков

Внутри периметра чёрных стен, украшенных зубьями и шипами, стоял замок, для правителя крепости и подчинённых высших рангов, плац для тренировок, несколько зданий для хозяйств и трапезы, бараки для новичков, и яма для мусора — закрытая тяжёлой решёткой. Внутри неё чавкали пожиратели отходов. Они радостно перерабатывали то, что падало в яму — мусор, отбросы, и иногда случайно подскользнувшихся недотёп из новичков. Новичок падал в яму где-то раз в два месяца. Командир крепости счёл это достаточным. Из ямы поднималась привычная всем фиолетовая дымка — именно в неё перерабатывали все отходы пожиратели.

Фиолетовая дымка стелилась по земле. Просачивалась под дверьми, растекалась по комнатам. Она текла вверх, поднималась по лестницам, и всегда клубилась над любой поверхностью, куда могла добраться. Пурпурная дымка, что существует лишь в землях демонов. Миазма. Миазма пропитывала всё — воздух, землю, воду, растения, еду и самих демонов.

Тальграк был одним из новичков — серо-синий гуманоид с чёрными глазами без видимых зрачков, и костяными наростами на голове вместо волос. Худой, тощий, и очень слабый. Он резко проснулся рано утром и увернулся от летевшего в голову пинка. Подскочил с пола и уставился на одного из соседей по бараку — серого, с красноватым оттенком, лысого молодого демона. Кажется, его звали Тгарнт? Сосед был старше. Значит, крепче. Значит, надо драться. Тальграк пригнулся, расставил руки в стороны, изображая когти. Но сосед мотнул головой, моргнул жёлтыми глазами и указал на дверь, потом на место у стены. Тальграк кивнул.

Две дюжины таких же, как он, сухих, тощих и слабых новичков, каждый из них в простых холщовых штанах, занимали позиции вокруг двери. Он подбежал к одной из стен, вжался в неё, присел. Он чуть больше походил цветом на стену. Может быть, его не заметят сразу.

Дверь открылась. За дверью не было никого. Несколько мгновений никто не шевелился, потом один из новичков, с коротким рогами, высунул голову в проём. Появившаяся из-за двери рука молниеносно схватила его за шею и выдернула в коридор. Что-то хрустнуло.

— Плохо. — сказал спокойно голос за дверью, и их Наставник зашёл внутрь.

Он был худым и высоким — выше на полголовы любого из них. Его кожа была серой, без красного, синеватого или пурпурного оттенка. Он носил простые чёрные одежды, похожие на халат. Его чёрные волосы были коротко острижены, а на лбу красовались подпиленные рога. Чёрными глазами он осмотрел всех них, и улыбнулся.

Всей группой они молча бросились на него. Они пытались ударить его, ранить, убить, выцарапать глаза, укусить. Кто-то орудовал спрятанным со вчерашнего дня камнем. Наставник раскидал их всех легко и без усилий. Они разлетались в стороны, врезались в стены, друг в друга. Падали на пол. В молчаливой драке раздавался лишь иногда хруст и глухие удары.

Тальграк попытался достать наставника пинком, но тот перехватил его ногу, дёрнул и отправил в полёт, как и остальных. Несколько мгновений короткого боя и наступила тишина. Дюжины пар глаз настороженно смотрели на Наставника. Кто-то медленно сел, придерживая вывернутую под странным углом руку.

— Я всё ещё сильнее. — сказал Наставник. Он подошёл к новичку с вывернутой рукой, и с силой дёрнул её. Со щелчком сустав встал на место, но новичок даже не поморщился.

Сильные повелевают слабыми. Слабые подчиняются сильным. Таков закон мира демонов.

— Жрать похлёбку. Потом на площадку для тренировок.

Будет ещё один день, будет ещё одна попытка, и быть может, им удаться ранить или убить Наставника — тогда их роли изменятся. Пока что он сильнее. Пока что любой в крепости сильнее их. Они сделают, как он сказал и выполнят приказ.

Они вышли в коридор. Там сидел первый новичок — тот, что выглянул наружу. Он держал голову двумя руками, и медленно поворачивал её из стороны в сторону, будто пытаясь вернуть ей правильное положение. Кажется, он пропустит кормёжку.

В пыльной комнате, в старые посудины им налили пурпурную похлёбку. Тальграк быстро влил жижу в себя — проворно, чтобы его сосед не успел на неё позариться. Он ел без ложки. Жижа отдавала Миазмой, но вкус и запах Миазмы был приятен всем демонам.

На тренировочной площади Наставник разбил их на пары, и приказал драться. Можно было взять палку, но многие дрались руками. Вдали работали другие группы — другие новички, со своими Наставниками.

— Не убивать. — говорил Наставник — Не пробивать голову и кожу насквозь. Дать подняться. Слушать чувства. Слушать пульс. Пытаться понять свою силу. Вы не пробудились. Кто-то из вас может быть полезен.

Наставник ухмыльнулся и махнул рукой.

Тальграк взял палку. Ему попался тот самый сосед — с красноватым оттенком кожи и лысой головой, Тгарнт. Тальграк кружил вокруг него, примериваясь, куда ударить, когда сосед просто молниеносно схватил его за голову и впечатал в землю. Палка Тальграка улетела куда-то в сторону.

Нельзя показывать боль — тогда слабый станет ещё слабее. Тальграк пытался прислушаться к чувствам, выполнить указания Наставника. Мир двоился перед глазами и в ушах звенела, но он медленно встал пошатываясь. Тгарнт подошёл и быстро и сильно ударил в торс кулаком. Что-то хрустнуло, стало чуть труднее дышать. Тгарнт схватил его за голову, дёрнул, и Тальграк снова впечатался в землю. Противник молча ждал, пока Тальграк встанет. Несколько ударов, вспышка боли, удар об землю. Удар, вспышка боли, удар о землю. Снова и снова.

Кажется, по лбу Тальграка струилась кровь. Тёмная, с фиолетовым оттенком, похожая на ту жижу, которую он недавно ел.

Удар, вспышка боли, удар о землю.

Что-то пульсирует в теле, передвигается по сосудам, движется по кругу внутри тела, жадно впитывается в его мышцы. Снова удар, снова он оказывается на земле, в этот раз противник пинает его.

— Слабак. — бросает Тгарнт.

Вспыхивает раздражение. Недовольство. Перерастает в злость. Тальграк здесь всего лишь две недели. Первое, что он помнил — это как он ехал сюда в повозке. Несколько дней он привыкал к дракам, учился просыпаться вовремя. Конечно, он слаб. Тгарнт снова впечатывает его в землю.

— Слабак. — с лёгким злорадством говорит противник.

Тальграк лежит на земле. Злость кипит, и сливается с пульсом, что движется по сосудам. Непривычным, чуждым пульсом. Вот-вот получится ухватить нужное чувство, о котором говорил Наставник. Наставник, имя которого он до сих пор ни разу не слышал.

— Слабак — радуется Тгарнт, и пинает лежащего на земле Тальграка снова. Ярость кипит, и ускоряется то чуждое биение, быстрее движется по сосудам.

Вот оно. Тальграк понимает, что надо делать.

Пульс