Черный вдовец - Ирина Успенская

Заброшенная крепость у черта на рогах

Рина

Первым, что она увидела, было голубое небо вверху. Вторым – то же самое небо, только со всех сторон. На миг показалось, что она падает, внутри все сжалось от инстинктивного страха, но тут до нее дошло, что под ней – что-то твердое и скрипучее.

Осторожно, чтобы не свалиться в облака, проплывающие внизу, Ринка пощупала это твердое пальцами и повернула голову. Слава богу, твердое оказалось сухой и скрипящей от старости древесиной, а между ней и облаками нашелся даже каменный барьер. Низкий, обломанный и ограждающий лишь часть башни, но все же, все же!

Еще осторожнее сев, Ринка обхватила себя за плечи – холодно! – и огляделась.

Судя по виду обломанной стены, это была очень старая и заброшенная сторожевая башня. Где-то на вершине горы.

Как Ринка сюда попала, она не помнила от слова «совсем». Может быть, доктор Курт сумел открыть портал и сбежать вместе с ней?

Ощупав голову – последним, что Ринка помнила, был удар по голове, – она убедилась, что крови нет, только шишка. Болезненная, но не смертельная. Еще понять бы, куда ее занесло? И есть ли кто-нибудь рядом?

Прислушавшись к завываниям ветра, Ринка различила какой-то скрип внизу. Скрип и шаги. Здравый смысл подсказывал, что стоит затаиться, а лучше – сбежать. Вот только куда? Слева – облака, справа – облака, далеко впереди – торчащие из облаков скалы. А позади… Обернувшись, Ринка увидела все те же облака, цепляющиеся за скалы, и далеко-далеко внизу что-то зеленое вроде мха. М-да, отличный выбор! Просто роскошный!

Зажмурившись, Ринка велела себе прекратить истерику. Утерла выступившие от ветра слезы рваным рукавом и встала, держась за обломок стены. Чертовски ненадежный обломок. Но сидеть тут и ждать? Нет уж, хватит.

Она почти добралась до пролома в полу, когда оттуда показалась чья-то замотанная окровавленной тряпкой голова. Первым побуждением Ринки было стукнуть по этой голове со всей дури, а потом только разбираться, кто это такой. Но она вовремя вспомнила, что именно такой тряпкой бинтовали доктора Курта.

От облегчения она чуть снова не заплакала, шагнула к пролому – и ногу пронзила резкая боль.

– Черт!

Схватившись за стену, Ринка зажмурилась. Из-под век потекли-таки предательские слезы. И в довершение неприятностей обломок стены, за который она держалась, пошатнулся и выскользнул из-под ее руки со страшным пыльным шорохом.

Ринка только и успела, что вскрикнуть от ужаса, как ее поймали сильные руки.

– Убиться, когда мы почти у цели, было бы крайне глупо, ты не находишь? – с такой знакомой иронией сказал Курт, ставя ее обратно на пол.

– В самый раз, – сердито буркнула Ринка, опять утирая слезы рукавом. – Это вы почти у цели, а я одна, в чужом мире и понятия не имею, в чьей игре опять играю роль пешки! Как вы мне надоели, Петер, если бы вы только знали!

– Догадываюсь. Посиди-ка спокойно, я все же принесу тебе воды.

Машинально опустив взгляд, Ринка увидела валяющуюся на полу жестяную кружку. Вылившаяся из нее вода быстро впитывалась в пересохшие щелястые доски.

Сглотнув насухую, Ринка опять зажмурилась. Пить хотелось зверски. Почти как поубивать Курта, Берцеля, драконов, Гельмута с Германом, Людвига… даже Рихарда, чтобы им всем икалось!