Теория катастрофы - Ник. Горькавый

Женщины ждали его ответа в молчании, которое никто не осмеливался разрядить какой-нибудь шуткой, и яркие ревнивые искры проскакивали в напряжённой атмосфере.

Остроумный профессор оказался в большом затруднении.

Но он не вызывает нашего сочувствия. Джентльмен не должен позволять себе быть одинаково обаятельным сразу с двумя леди.

Бал закончился, и Никки с Джерри отправились гулять в ночной парк. Широкая дорожка освещалась жёлтыми уютными фонарями, и по ней гурьбой шли, с визгом и криками носились и приплясывали целые толпы студентов и выпускников. Шумные компании постепенно разбрелись по сторонам, дорожка опустела, и голоса отдалились.

Никки и Джерри молча шли по аллее, а вокруг стоял гул ночных сверчков. Сильно пахло жасмином.

Подошла группа студентов.

— Никки, Джерри! — закричали они. — Пошли на озеро купаться!

Девушка даже вздрогнула и отрицательно покачала головой.

— Мы просто погуляем, — поддержал Джерри.

— Что вы бродите, как два сыча! — загалдели ребята.

— Пошли, Мак там плот припрятал!

— Повеселимся!

— Нет, — коротко сказала Никки, не глядя на школьников.

— Загордилась совсем — сразу видно, что королева! — с осуждением сказал кто-то.

Никки вспыхнула и хотела резко ответить, но Джерри успокаивающе взял её за локоть и увёл от назойливой компании в боковую аллею.

Кусты впереди зашуршали, и из них выскочил растрёпанный профессор Эксмин. В его тёмных волосах торчали какие-то сучки и листья. Не здороваясь, он промчался по дорожке и скрылся за поворотом.

Никки и Джерри прошли тёмную часть леса и сели на скамейку, ярко освещённую фонарём.

Девушка была непривычно молчалива и грустна. Джерри спросил:

— Что с тобой, Никки?

— Джерри, я поняла, что в проклятой взрослой жизни не найти ни одной ложки чистого мёда — здесь всё приправлено вонючим ядом. Взрослые несчастливы всегда. У них в принципе не бывает благополучных развязок и безоблачных решений. Выбор обычно идёт между «мучительно больно» и «смертельно стыдно».

— Ты стала пессимистом.

— Я оптимист, потому что надеюсь: боли в мире может быть меньше. Но за это надо платить кусками собственного убитого сердца.

— Ты говоришь ужасные вещи.

— Потому что я стала взрослой… — грустно сказала она. — Помнишь, Джерри, как мы хорошо гуляли в парке Лунного госпиталя? Какое беззаботное было время!

— Вскоре в том тихом месте тебя решили прикончить, — напомнил Джерри, но Никки будто не слышала.

— На кой чёрт сдались мне эти деньги! — непонятно на кого рассердилась она. — И какого дьявола я полезла в королевы!

Никки ударила крепким кулачком по стволу акации. Под корой дерева что-то изумлённо пискнуло, и с дрогнувшей кроны посыпались пушистые, нежно-розовые цветы.

— Никки, что с тобой происходит? Я ничего не понимаю!

— Ты должен увезти меня на какой-нибудь необитаемый остров… и побыстрее!

Девушка вскочила с места и отвернулась, глядя куда-то в серебристые ночные заросли.

Юноша тоже встал, обнял её за плечи и заглянул в лицо. И с изумлением увидел невероятные для Никки слёзы, которые ещё не проливались из синих глаз, но уже до краёв наполняли их.

— Ах, Джерри, как тяжело быть королевой! — сказала она сдавленным голосом.

— Я могу тебе помочь? — с участием спросил юноша.

— Нет… — Никки медленно покачала головой.

Джерри охватило сострадание к этой усталой девушке.

А Никки посмотрела на юношу блестящими тоскливыми глазами, и он увидел в них такое же сострадание.

Но обращённое уже к нему, к Джерри.