Большой мир. Книга 1 - Дмитрий Олегович

— Ройан? — удивился я, увидев недовольную морду голого спасителя. Он рылся в заплечном мешке и выбрасывал одежду.

— А ты думал, кто? Не Бэдхор же снизошел спасти тебя, мальчик, — хмыкнул он, натягивая штаны.

— Но как?

— По волшебству, — хохотнул он. — Знаешь это слово?

— Ага, — протянул я, скривившись от боли в плече.

— Каин, — сказал он серьезно. — Пройди двадцать шагов влево и наткнешься на тушку рогача. Жрать хочу, очень.

Я не стал задавать вопросы и пошел в указанном направлении. Маны восстановилось достаточно, чтобы зажечь одну каплю.

Как он и сказал — тушка молодого рогача лежала под деревом. Не церемонясь, я поднял будущую еду за задние лапы и пошел к месту встречи. В голове шумел рой мыслей, начиная от вопросов "какого черта здесь делает Ройан?" и заканчивая подготовленной снедью.

Он что, заранее припас мясо?

А еще его облик. Я уже слышал о том, что фойре "обращаются", но особо не задумывался. Это ведь не что иное, как мифическая ликантропия. Древние люди охотно придавались страхам и любили запугивать друг друга всякой чепухой. Но то, что я увидел, совсем не страшилка или попытка представить зверя-человека, как не человека, а оборотня, чтобы объяснить его нечеловечность.

— Тьфу ты, — буркнул я, дернув больной рукой.

— Нашел? — тут же спросил Ройан, когда я вышел к освещенному костром месту. Фойре расположился в двухстах шагах от трупа.

Я молча бросил тушку возле костра.

— Отлично, — хмыкнул он и занялся разделкой мяса. Ройан не просил помочь и уверенно орудовал ножом. — Твои все живы. Разложили идиотов быстро. Вы разбежались в разные стороны, но скоро найдут. Если станут искать, конечно.

Это успокаивало. Не хотелось потерять отряд. Да и целитель мне пригодился бы, плечо ныло, а рана пульсировала.

Тяжело прислонившись к стволу, я наблюдал за его работой и готовил вопросы, которых было достаточно много, чтобы тугодумить с выбором.

— Как ты здесь оказался? — начал я с простого.

— Должок возвращал и искал кое-кого, — ответил он сразу же, оглянувшись в сторону, где лежал труп. — Да только заигрался, как видишь.

— Заигрался?

— Ага. В личине зверя разум мутнеет. Если долго находиться в ней, можно потерять себя, — пояснил он просто. — Вот я и заигрался. Так было проще следить и наблюдать, да только счет времени потерял.

— А я…? — намекнул я на то, что в моей груди бьется сердце.

— Я же сказал, что заигрался, — повторил Ройан устало. — Разум мой был в порядке, и твоя жизнь мне не нужна была.

— А часто так бывает с вашими? Когда разум гаснет, — cпросил я заинтересованно.

— Не-ет, — протянул он, втягивая запах жареного. — Не всем дано Обращаться. Но если разум полностью гаснет, свои же выслеживают и убивают.

Чудная забота.

Ройан так жадно разглядывал и покручивал мясо, что у меня самого желудок заурчал.

— Зачем они напали на тебя в тот день? — спросил я, нарушив тишину.

— Давай так, — повернулся фойре ко мне резко. — Сначала ты ответишь на один мой вопрос. Маленький. Ничтожный. А потом я на твой. А то как-то нечестно получается.

Кивнул.

— Откуда у тебя золото на свитки обнуления и структуру ножа?

— Заработал, — сразу же ответил я.

— Нет-нет, мальчик. Некрасиво обманывать старика, — мотнул он головой разочарованно. — Если будешь мне лгать, а ложь я чую хорошо, мы перестанем разговаривать как старые знакомые.

Я напряг извилины. С одной стороны, он спас мою шкуру, хотя мог не высматривать возможность. Ясно же, что напал, только когда увидел отсутствие меча перед моим лицом. Да и не выглядел он как любитель придать ведьму очищающему огню. Но все же, я и так слишком многим растрепал о себе. Одной по незнанию, второму по глупости.

— Решайся быстрее, Каин, — напомнил о себе фойре. — Я в любом случае уйду, но следующая встреча будет зависеть от твоего ответа.

Что бы это значило?

— Сам, — сказал я себе под нос, — обнулил.

Он даже брови не вскинул и просто повторил:

— Сам, значит…

— Ага, — подтвердил я, уже подозревая причину его расспросов.

— Я вот тоже сам, когда-то.

Он отнял палку от огня и вгрызся в полусырое мясо.

— Дикий маг, — выдавил я, наблюдая за его движениями. — Сорас знает?

— Ммм, вкуснятина. Хочешь? — протянул мне второй кусок.

— Нет, благодарю. Я люблю прожаренное.

— Как знаешь. Молодой еще, глупый. В крови, знаешь ли, самый сок, — хмыкнул он. — А насчет старикана… все сложно, и пока это не твое дело.

Я по привычке поднял ветку, чтобы порыться в костре, и обронил при этом:

— Говорят, все Дикие маги сходят с ума и убегают за каменную границу.

— Говорят, если три раза сплюнуть через левое плечо, затем повыть на Ночных Свидетелей и отпить крови девственницы грендар, можно жить вечно, — завернул он, опрокинув бурдюк.

— Значит, ты не сошел с ума.

— Кто знает, Каин. В чертовой вселенной нормальные бывают настолько безумными, что сложно с уверенностью определить эту грань.

Я потянул холодный воздух и задал следующий вопрос, причина нападения на фойре меня уже не интересовала:

— Как работают со структурами Дикие?

— По-разному, — уклончиво ответил Ройан. — Как договоришься с Сосудом.

— А как с ним договариваться?

— Тут уж методом проб и ошибок. Сосуд ведь не бочонок с пойлом. Но раз ты уже что-то умеешь, значит, твои попытки увенчались успехом. Так?

— Мой успех начался со свитка капли, который я вытащил с трупа одного из тех, кто пришел за тобой.

— Ясно, — ухмыльнулся фойре. — Значит судьба, никак иначе. Вспомнил себя?

— Отчасти.

— Как это? — спросил он, укладывая свой мешок.

— Мир все равно не помню, — и в этом сложно было солгать.

Он стянул узел мешка, надел широкополую шляпу и сел на корточки.

— Итак, выходит, ты юный разрушитель, — сказал он внезапно и спокойно. —