Обсидиановый пепел - Анна Восковатая

— Тиана! — огласил он ревом «царство теней».

Молодая, гордая и бесконечно прекрасная принцесса, не торопясь, подошла к своему сюзерену и брату и преклонила колено.

— Да, мой господин…

Ферфакс услышал насмешку в её голосе. Наверняка в глазах сестры сейчас плясали непоседливые огоньки пламени.

— Ты не идешь с нами, — коротко приказал ей, мысленно приготовившись к жестокому сопротивлению.

— Ты ошибаешься, мой господин, — спокойно ответила Тиана.

— Хватит издеваться! — заорал он. — Я сказал, что ты остаешься в городе. Не смей приближаться к битве. Карлант напортачил с твоей магией, и ты теперь беспомощней котенка.

Тиана вскочила. Милое личико изменила гримаса гнева.

— Я иду, — рыкнула она в ответ. — Чтобы там не сделал со мной Карлант, я — видгар! Я принесла жертву пламени, в моих венах течет жидкая лава…

— Я сказал нет! — продолжал настаивать Ферфакс. — Я не переживу, если что-то с тобой случится, — добавил он тише.

Но Тиана не сменила гнев на милость. Гордо задрала подбородок вверх и высокомерно ответила:

— Там мой сын и твои дети. Даже если вы уйдете без меня — я приду сама. Ты не заставишь меня, брат, сидеть и ждать, изнывая от волнения. И если я погибну — я погибну как видгар!

Ферфакс только устало вздохнул. Слишком взрослая она стала — его маленькая непоседливая сестра. Он уже не в силах ей приказывать. Не теперь. Вдруг ему показалось, что Тиана больше королева, чем он сам. Её аура сияла ярче, чем у любого видгара здесь. А он — старый дурак. Из-за него его народ претерпел столько бед.

Отдай бы он сестру сразу Карланту в жены: не было бы войны. Да что там — Симфонии не было бы. Ведь велел же им король мира смешивать кровь, а он, дурак, был горд и слеп. Если бы не его мальчишеская спесь — в мире бы правил настоящий король — наследник четырех стихий. А Симфонии бы не было как и дурацкой междоусобной войны, не было бы Багрового повелителя и предстоящей битвы.

время повествования

Золотой видгарский храм принимал последнего из видгаров будто мать дорогое дитя. Нигде в Симфонии Магда не чувствовала себя настолько дома, как в его облицованных золотом и исписанных рунами стенах.

Магия испуганно притихла, подавленная авторитетом Пылающего, склоняла перед богом голову, не решаясь бесноваться и калечить носителя. И только безумно ревущее на алтаре пламя, ласкало потолок храма, будто не одна Магда осталась из огненного народа, будто они все сейчас выйдут из портала в сияющих доспехах, бесстрашные, сильнейшие и от того безумные.

Самая страшная война видгара — война внутри. Сейчас Магда как никогда понимала эти слова. Собственная магия пыталась выжечь душу хозяйки, стремилась оставить только голые инстинкты и желание убивать. Каждого, не разбираясь, где друг, где враг. В мозгах пульсировала только одна мысль: Убить! Увидеть кровь, насладиться ею. Магда проглотила горячую слюну, скопившуюся во рту, и упала на колени перед алтарем своего Бога.

Сердце бешено стучало и ныло, выла огненная магия. Магда не ощущала неудобств о долгого стояния на коленях, повторяя про себя слова, начертанные на пороге храма: «Смири свое высокомерие видгар…». Магия жгла изнутри, будто кто-то поджаривал внутренние органы на медленном огне. Из глаз против воли потекли слезы от боли и осознания собственного бессилия.

— Я пришла, я сдаюсь на Вашу милость, — пробормотала она, покорно склоняя голову и опуская глаза. — Помогите мне, умоляю! — сама не знала кого молит бога или предков. — Я не хочу приносить смерть. Я никого не хочу убивать!

Но ничего не происходило. Она шептала молитвы, не замечая времени. Тело давно онемело от неподвижности, но Магда продолжала молить о милости.

— Сжальтесь! Помогите понять, что происходит!

Но Пылающий молчал, а магия продолжала бесноваться.

— Помогите мне! — в отчаянии закричала Магда и со злостью ударила кулаками в пол, игнорируя боль. — Пылающий! Всезнающий! Все боги Бездны! — кричала она. — Помогите мне!

Лишь пламя на алтаре продолжало реветь.

— Карающий, прошу! — почти прошептала она имя проклятого божества Симфонии.

В золотой храм ворвался воздушный вихрь, распахнув тяжелые двери. Пламя на алтаре испуганно прижалось к земле. По спине пробежали мурашки, казалось будто она заледенела. Такого ужаса Магда не испытывала никогда в жизни. Чувствовала, что кто-то стоит за ее спиной и боялась повернуться. От существа веяло древностью и первобытным холодом Бездны.

Стены храма поблекли, золотые узоры покрылись инеем. Пламя опало и прижалось к углям. Магда поняла, что ее колени примерзли к полу, на котором рисовал причудливые узоры мороз. А потом храм изменился. Она увидела его стены в виде переплетения ярких обсидиановых нитей, живых, дышащих, ослепляюще ярких в своей черноте.

За ее спиной стояло древнее и невероятно могущественное существо, но Магда не поворачивалась. Где-то внутри испуганной птичкой билось осознание того, что всего один взгляд на проклятого бога будет стоит ей не только жизни, но и посмертия.

— Помогите мне, — прошептала она окоченевшими губами.

По храму пронесся глубокий и усталый вздох. А у нее сердце остановилось в тот момент.

— Спи, дитя, — наверное, это галлюцинации, так как голос раздался казалось отовсюду одновременно. — Там твои ответы! В прошлом!

Магда вздрогнула от прикосновения к собственному плечу. Машинально обернулась и на миг встретила взгляд, в котором сталкивались звезды и рождались целые галактики. Сердце дернулось и замерло. Магда поняла, что умирает и Бездна принимает ее в объятия.

за много лет до начала новой истории

Карлант осматривал войско, которое навсегда лишилось магов отражения. Сегодня ожидалась очередная атака войск Багрового повелителя. Принцы-полукровки со своими отрядами элитных воинов будут сдерживать врагов, пока все симфы не будут эвакуированы к королевскому двору.

Прослойка воинов-симфов присоединилась к борьбе за выживание и новой кровью влилась в поредевшие ряды защитников. Все они возбуждены и готовы драться, не смотря на то, что симфы отказались от насилия много веков назад.

Больше всех гудит молодежь, воодушевляемая воинственными призывами Ровада. Карлант вздохнул, наблюдая за сыном — мальчишка так и остался наполовину видгаром, несмотря на то, что магию войны и крови забрали у него в самом детстве.

Да он не был таким отличным воином, как предки-видгары, но, к сожалению, сохранил их вспыльчивость, агрессивность и упрямство. Более взрослые симфы стояли чуть поодаль и как-то неуверенно сжимали мечи и это не странно, самые старшие из них сражались в последний раз много веков назад за идею их магистра, которая сейчас обернулась таким провалом.