Трое в песках - Юрий Никитин

Он держал горного мага за горло. С великой мукой сдержался,не стиснул челюсти… внезапно понял, что мага держит за глотку зубами. Вишандразастыл, выпученные глаза не отрывались от страшной волчьей морды. Олегподнимался с земли. Мраку почудилось, что волхв только что вернулся из птичьейличины. Таргитай и Лиска прилежно держались за пояс Вишандры.

Мрак с отвращением разомкнул челюсти, подпрыгнул и грудьюударился оземь. Правда, получилось больше пузом, но Вишандра вытаращил глазаеще шире. Мрак повел плечами, разминая человечье тело.

— Олег, я как чуял, что эта костлявая зараза сотворитпакость.

Со всех сторон грудились огромные могучие дубы — поперексебя шире, в наплывах, наростах. Сырой воздух был пропитан запахом свежейстружки и смоляного сока. Вишандру коленями вмяли в толстый влажный мох. Вразрушенном при их падении трухлявом пне забегали потревоженные краснотелыемуравьи, а белые личинки, жуки и сороконожки спешно юркнули под остатки коры.Сильно пахло сладостью истекающего сока, над головой скреблось, шуршало,сыпалась ореховая скорлупа.

— Убей его, — сказал Олег просто.

Секира молниеносно оказалась в руках оборотня. Страшноблеснуло широкое лезвие, свистнул рассекаемый воздух, тяжелый удар обрушился натолстую подушку мха, с треском рассек толстый корень. Таргитай и Лискаповалились друг на друга: их колени, что прижимали Вишандру, попали на примятыймох.

Над их головами прохрипел искаженный голос Олега:

— Быстрее… Да быстрее же!

Вишандра висел в воздухе в двух десятках шагов. Ноги ужеотделились от земли, он медленно поднимался — багровый, с перекошенным лицом,словно нес на плечах гору. Мрак с ревом вскочил, секира оказалась в руке.Вишандра словно ужаленный рванулся вверх, но неведомая сила тянула к земле, онзавис в сажени от трухлявой валежины, начал медленно проламываться ввысь.

Когда Мрак добежал, брызгая глиной и проваливаясь до колен,Вишандра был уже на высоте в два человеческих роста. Секира бессильно рассеклавоздух, а черный маг толчком поднялся еще на вытянутую руку.

— Теперь умрете, — процедил Вишандра сквозь стиснутые зубы.— Меня не удержать… Я сильнее всех на белом свете…

Таргитай и Лиска кинулись к Мраку. Олег остался на коленях,его глаза неотрывно держали парящего над болотом мага, на лбу выступили крупныекапли.

— Это Пралес, — сказал сверху Вишандра, в запавших глазахбыло злое торжество. — Тот самый Пралес, середка мира… Здесь самые лютые звери,самые странные и злобные существа… Здесь пралюди, свирепые и могучие, никого неоставляют в живых…

Лиска на бегу сорвала лук, в тонких пальцах появиласьстрела. Вишандра, по мере того как освобождался от волевой хватки Олега,поднимался все быстрее. Улыбка становилась шире, но она замерзла, когда онувидел блеснувший наконечник стрелы.

— Бей точнее, Лиска! — гаркнул Мрак люто.

Стрела описала короткую дугу, вонзилась в живот йога. Так иосталась торчать, словно вонзилась в дерево. Йог продолжал подниматься, еще миг— и стрелы уже не достанут…

Звонко щелкнула тетива. Вишандра вскрикнул, а Мрак гулкозахохотал:

— Так, Лиска!.. Все одно грамотный, ему дети ни к чему. Еще!

Вишандра вскрикнул еще дважды, когда стрелы, пущенныебезжалостной рукой женщины, поражали цель. Подниматься перестал, судорожнодергался в воздухе. Олег воспользовался и пытался если не сдернуть вниз, торывком по наклонной повести к земле.

Мрак подавал стрелы Лиске, невиданное дело, а она быстро иловко всаживала их в обнаженное тело мага — тот висел над их головами всего втрех саженях. Наконец он быстро пошел вниз. Последняя стрела с силой ударилапод левую бровь. Глазное яблоко хлопнуло с овальным звуком разбитого яйца.Вишандра уже выл, не в силах заглушить острую боль ни волей, ни магией.

Мрак поймал за ногу, сдернул на землю. Снова нож оказался угорла мага, а колено на тощей груди.

— Зачем занес сюда? Случайно?

Маг шевелил губами, стонал, на губах пузырилась пена. Олегсказал, отводя взгляд:

— Нарочито. Отсюда еще никто не выходил живым. Сами богисделали это место таким, чтобы живыми не выходили. Здесь хранится Яйцо!

Мрак с недоумением вскинул брови.

— Что еще за Яйцо?

— Гольш рассказывал, — напомнил Олег. — Новое Яйцо, изкоторого может возникнуть новый мир. Кто расколет — станет богом, а старый мир…вместе с людьми, богами, звездами исчезнет.