Спящие дубравы - Вячеслав Шторм

«А иди ты… куда вздумается!!!»

С минуту я тупо смотрел на записку, потом сквозь зубы прорычал кошмарное гномье ругательство и схватил портье за грудки:

– Куда она пошла?!

– Не знаю! – придушенно прохрипел тот.

– Одна?!

– Да!

– С вещами?!

– Да, да! Сударь, помилуйте! Вы же меня задушите!

Уронив бедолагу на его стул, я швырнул на конторку ключ и метнулся к двери.

На улице я осознал, что у меня нет ни единой мысли, откуда следует начинать поиски. Прежде всего я бросился в конюшню, где мы оставили драконозавров. У меня еще теплилась дурацкая надежда, что все это – неудачный розыгрыш.

Надежда эта, как ей и положено, скоропостижно сдохла. Изверг был на месте, а вот Лака… Ухаживающий за драконозаврами золотушный паренек, получив монету, согласно закивал. Да, описанная мною девушка была тут. Да, часа два назад. Да, оседлала свою рыжую самку, приторочила к седлу сумку и уехала. Нет, ничего не сказала. Нет, не заметил.

Я вытер вспотевший лоб и обвиняюще посмотрел на Изверга.

– Ты что, так прямо их и отпустил?

Как ни странно, мой приятель не выглядел ни виноватым, ни даже встревоженным. Такое ощущение, что он предвидел все случившееся, знал, что нужно делать и лишь терпеливо дожидался, когда до меня, тугодума, тоже дойдет. Вся штука в том, что до меня упорно не доходило.

Я только-только закончил прилаживать на спине Изверга седло, как послышалось требовательное фырканье и радостный голос паренька:

– Эй, а вот зверь той девушки, про которую…

Я моментально обернулся и увидел стоящую в дверях Лаку. Седла на ней не было, на шее болтался огрызок веревки, а морда была жутко довольной. Подойдя поближе, драконозавриха сперва потерлась о нос Изверга, потом ткнулась в мою ладонь и не спеша пошла к выходу. Мы переглянулись и двинулись за ней.

Со стороны мы, должно быть, смотрелись презабавно: два умильно поглядывающих друг на друга драконозавра – на флангах, ваш покорный слуга с крайне решительным выражением лица – в центре. По крайней мере, дорогу нам без единого писка уступали все – от пешеходов до почтовых экипажей.

Отмахав с полкилометра и немного попетляв в запутанных улочках Старого города, мы остановились перед двухэтажным постоялым двором, помнившим, должно быть, еще основателей Хойры. Лака решительно обогнула дом и направилась в сторону конюшни.

– Вот ты где, негодная девчонка!

Сгорбленный старик-грум всплеснул руками, увидев драконозавриху, потом заметил меня, и улыбка сползла с его лица. Придав себе наиболее солидный вид, я подбросил старикану медяк:

– Ты не в курсе, в какой комнате остановилась ее хозяйка?

Повертев между пальцами мою монету, старый хрыч прищурился:

– А тебе-то что до того?

Я кинул ему вторую и пояснил:

– Мы завтра женимся. Только она сегодня ни с того ни с сего разнервничалась, чего-то испугалась и убежала. А ее красавица меня нашла и сюда привела.

– Да, это бывает, – беззубая улыбка вновь появилась на лице грума. – Моя старуха, помню, тоже перед свадьбой все боялась, м-да…

Такое многозначительное окончание фразы явно давало понять, что сейчас дедом овладел склероз, вылечить который никак нельзя без еще одной монеты. Я скрипнул зубами и раскошелился.

– Дай тебе боги, сынок! В десятом твоя невеста, в десятом. Прискакала давеча, я, говорит, у вас в десятом остановилась, чтоб за моей подружкой как следует…

Не слушая окончания фразы, я выбежал вон, влетел в гостиницу, в два прыжка преодолел пятнадцать некрашеных ступенек и какого-то перепуганного постояльца и толкнул дверь с грубо намалеванной белой десяткой. Заперто. С замиранием сердца я постучал. Нет ответа. Неужели надул? Еще громче.

– Ну, кто там еще?

Слава богам! Она здесь!

– Глори… – демон, у меня, кажется, голос сел.

– Сэд?..

– Да, я. Открой, пожалуйста.

Голос девушки звучал странно глухо:

– Я что, недостаточно понятно написала?

Ну, спросила!

– Да нет, вполне. Только вот мне вздумалось идти вот сюда и напоследок перекинуться с тобой парой слов. А поскольку говорить через дверь я не приучен, выбирай: или ты откроешь, или я ее вышибу.

Через минуту, когда я уже был готов выполнить свою угрозу, звякнула щеколда и дверь распахнулась. Похоже, несмотря на покрасневшие и слегка припухшие глаза, настроена девушка была весьма решительно. Но не успела она и рта раскрыть, как я рявкнул:

– И как это все следует понимать?!

Пожав плечами и стараясь выглядеть равнодушно, Глори ответила:

– Это следует понимать так: ты совершенно свободен.

Эта простая фраза подействовала куда сильнее пинка, коим меня наградил Изверг при первой попытке его оседлать. А ведь тогда я, помнится, неделю лежал пластом и охал.

– Не понял, – пробормотал я, запинаясь на каждой букве.

– Зато я многое поняла. Давай сделаем вид, что ничего такого не было и мы познакомились пару минут назад. Потом пожелаем друг другу удачи и мирно разойдемся в разные стороны.

Час от часу не легче! Я подставил носок сапога, не давая девушке закрыть дверь, и ляпнул первое, что пришло в голову:

– Эй, одну минутку! А как насчет твоего экземпляра контракта?

Девушка горько усмехнулась:

– Разумеется, я блефовала. Никакого доверенного человека в Дыре у меня не было и нет. А мой экземпляр два часа назад превратился в пепел. Если хочешь, пошарь в камине.

– Чего я хочу, так это ехать с тобой. Сам. Добровольно.

– Бред.

– Нет, бес тебя дери! Бред – это то, чем ты тут занимаешься! – разозлился я не на шутку. Еще ни одной девчонке не удавалось отшить меня под столь возмутительным предлогом. – Во-первых, ты плохо знаешь мир и без меня пропадешь.

– Ну, это мы еще посмо…

– Во-вторых, – продолжал я, не дав ей закончить и повышая голос, – Изверг скинет меня со спины, но не позволит ехать куда-нибудь еще, кроме как за Лакой! А в-третьих, у меня к тебе есть деловое предложение: мы с тобой сейчас идем к бургомистру и официально регистрируем паевое товарищество. Ты – старший компаньон, я, так и быть, соглашусь на роль младшего. Все возможные прибыли делим пополам. Нет больше хозяек и слуг, а если ты только заикнешься о жаловании, я тебя отшлепаю!

Все это я выпалил на одном дыхании и теперь с тревогой ожидал результатов. Ура! Щеки девушки слегка порозовели.