Мертвые и забытые - Шарлин Харрис

— Вы можете спросить об этом Дава Бэка, — сказала я, тут же заняв оборону. Элсии Бэк был детективом в Бон-Темпском отделении полиции, а мужчина, с которым изменила Кристалл, был его кузен Дав. — Да, Кристалл и Джейсон разошлись. Но он никогда бы ничего не сделал своему ребенку.

Я знала, что Джейсон никогда бы не сделал такой ужасной вещи с Кристалл, как бы та его не провоцировала, но я не ожидала, что кто-нибудь мне поверит.

Латтеста подошел к нам, агент Вайс следовала за ним. Ее губы слегка побледнели, но она держалась стойко.

— Исходя из состояния тела, я полагаю, что эта женщина была… верпумой, — она сказала это слово так, будто это слово было сложным для ее губ.

— Да, мэм, так и есть, — я кивнула. Я всё ещё боролась за контроль над своим желудком.

— Тогда, возможно, это преступление на почве ненависти (Прим.: Термин для преступлений, направленных против тех или иных социальных групп на почве национальной, религиозной розни, гомофобии и пр.). — сказал Латтеста. Его лицо было непроницаемым, а мысли последовательны. В уме он составлял список звонков, которые ему необходимо сделать, и пытался придумать какой-нибудь способ получить это дело. Если это убийство было преступлением на почве ненависти, у него были хорошие шансы подключиться к расследованию.

— А вы кто будете? — спросил Бад Диаборн. Он заткнул пальцы за ремень и смотрел на Латтесту и Вайс, будто они были агентами похоронного бюро.

Пока силовые структуры были полностью поглощены сами собой и обсуждали профессиональные тонкости в картине преступления, Энтони сказал:

— Я сожалею, Сьюки. Мы должны были вызвать их. Но мы позвонили тебе домой сразу после этого.

— Разумеется, вы должны были их вызвать, — сказала я. — Я просто хотела бы, чтобы Сэм был здесь.

Вот, черт! Я достала сотовый из кармана и вызвала его в быстром наборе.

— Сэм, — сказала я, когда он ответил. — Ты можешь говорить?

— Да, — сказал он с тревогой в голосе. Он уже понял, что что-то было не так.

— Ты где?

— В своей машине.

— У меня плохие новости.

— Что случилось? Бар спалили дотла?

— Нет, но на парковке убили Кристалл. За твоим трейлером.

— Твою мать! Где Джейсон?

— Он по дороге сюда, близко, насколько я поняла.

— Соболезную, Сьюки, — его голос звучал истощенно. — Это должно было плохо кончиться.

— Здесь ФБР. Они думают, что это может быть преступление на почве ненависти, — я пропустила объяснения того, почему они оказались в Бон Темпсе.

— Ну, многие люди не любили Кристалл, — сказал он осторожно, с долей удивления в голосе.

— Она была распята.

— Бог ты мой! — долгая пауза. — Сьюк, если моя мама будет стабильна, и у полиции не возникнет никаких проблем с отчимом, я выеду обратно сегодня вечером или завтра рано утром.

— Хорошо, — я не могла вложить достаточно облегчения в одно это слово. Значит, мне нужно делать вид, что все под контролем.

— Мне жаль, милая, — заговорил он. — Мне жаль, что ты должна справляться с этим, мне жаль, что подозрения падут на Джейсона, и еще о куче вещей. Мне жаль и Кристалл.

— Я буду рада видеть тебя, — сказала я голосом, дрожащим от сдерживаемых слез.

— Я приеду.

И он отключился.

— Мисс Стакхаус, эти мужчины работают в баре? — спросил Латтеста.

Я представила ему Энтони и Д’Эрига. Выражение лица Энтони не изменилось, но Д’Эриг был полностью под впечатлением от знакомства с агентом ФБР.

— Вы оба знали эту Кристалл Норрис, не так ли?

— Просто виделись. Она приходила в бар иногда.

Д’Эриг кивнул.

— Кристалл Норрис Стакхаус, — сказала я. — Она моя невестка. Шериф позвонил моему брату. Но вы должны связаться с ее дядей, Кэлвином Норрисом. Он работает в Норкроссе.

— Он ее ближайший живой родственник? Помимо мужа?

— У нее есть сестра. Но Кэлвин — глава… — я замолкла, не будучи уверенной, что Кэлвин поддержал Великое Откровение. — Он ее вырастил, — сказала я. Довольно близко к истине.

Латтеста и Вайс подошли к Баду Диаборну. Они были поглощены разговором, наверное, о Кэлвине и дальней крошечной общине возле унылого перекрестка. Хотшет был кучкой маленьких домиков, хранивших большие секреты. Кристалл хотела вырваться оттуда, и все же там она чувствовала себя в наибольшей безопасности.

Мои глаза обратились к замученной фигуре на кресте. Кристалл была одета, но ее одежда порвалась, когда руки и ноги превращались в лапы пумы, и везде была кровь. Ее ладони и ступни, пронзенные гвоздями, были в кровавой коросте. Веревка притянула ее к перекладине, не давая туловищу сорваться с гвоздей.

Я видела много ужасных вещей, но эта была самой душераздирающей.

— Бедная Кристалл, — сказала я и поняла, что слезы стекают по моим щекам.

— Ты не любила ее, — сказал Энди Бельфлер.

Я понимала, как далеко он был сейчас, глядя на останки той, что некогда была живой, дышащей, красивой женщиной. Щеки Энди были оторочены щетиной, и у него был красный нос. Энди замерз. Он чихнул и извинился за то, что воспользовался носовым платком.

Д’Эриг и Энтони разговаривали с Элсии Бэком. Элсии был еще один Бон-Темпский детектив, и он не считал, что следствие выглядит слишком многообещающим. Он также не слишком переживал по поводу смерти Кристалл. Энди снова повернулся ко мне после того, как спрятал платок в карман. Я смотрела в его изнуренное, простое лицо. Я знала, что он лучший следователь из тех, кто здесь находился. Я доверяла Энди. Широкоплечий Энди, на несколько лет старше меня, никогда не был улыбчивым парнем. Он был суров и недоверчив. Не знаю, то ли работу он себе выбрал под характер, то ли характер изменился в соответствии с работой.

— Я слышал, что она и Джейсон разошлись, — сказал он.

— Да. Она изменила ему, — это знали все. Я не собиралась доказывать иное.

— Беременная и так далее, она пошла на это? — он покачал головой.

— Да, — я развела руками. Такой уж она была.

— Это ненормально.

— Да, согласна. Изменять с ребенком мужа в животе между тобой и… это просто ужасно мерзко, — я думала об этом, но никогда не озвучивала.

— Итак, кто был этот другой мужчина? — спросил Энди мимоходом. — Или мужчины?

— Ты, наверное, единственный парень в Бон Темпсе, который не знает, что это был местный трахальщик Дав Бэк, — ответила я.

На сей раз, это было зафиксировано. Энди бегло глянул на Элсии Бэка и вернулся ко мне.

— Теперь я знаю, — сказал он. — Кто мог ее настолько сильно ненавидеть?