Невеста безликого Аспида - Полина Рей

– Я больше не могу, – шепнула я Адальмару, когда желающие познакомиться перевалили через четвёртый десяток. И разумеется, я перестала запоминать их задолго до этого момента.

– Что не так, госпожа Аллаос? – откликнулся он. – Вас не учили этикету?

В это мгновение мне очень захотелось показать ему насколько не обучена этому самому этикету, вот только Адальмар это вряд ли бы оценил. И у меня имелась цель – пришлось напомнить себе, чтобы окончательно не потерять надежду, что всё это когда-нибудь кончится.

Уныло улыбнувшись следующему соискателю, я постаралась незаметно опереться на Тео, но, поймав его удивлённый взгляд, встала ровно. Ещё не хватало, чтобы он подумал, что мне нужна его поддержка…

Фух… Наконец вереница знакомств подошла к концу, и Адальмар, выглядевший свежо и бодро, словно ему не пришлось только что представить меня паре сотен гостей, отошёл к хозяину особняка. А меня оставил одну, за что я была ему очень благодарна.

Взяв с подноса официанта бокал с рубиновой жидкостью, по вкусу напомнившей мне Сангрию, я отпила добрую половину, чтобы хоть немного утолить жажду. И продолжила делать то, чем подспудно занималась всё то время с момента, когда мы вошли под крышу этого дома – искать глазами дядюшку.

Я совершенно не представляла себе, как он выглядит, и рассчитывать на то, что его вспомнит Элла, не могла – ведь не узнала же она ни Адальмара, ни Тэону. Но надеялась, что тот сам даст мне понять, что передо мной любящий родственник.

– Я уже устал подавать тебе знаки, – зло проговорили прямо возле моего уха, после чего на предплечье моём сомкнулись старческие пальцы, ногти которых впились в кожу до острой боли. И не успела я возмутиться, как меня поволокли подальше от чужих глаз.

Боже мой! Неужели это и есть мой дядюшка?

Я округлила глаза, когда повернулась к нему, пытаясь подстроиться под его размашистый шаг. Он был высоким и очень неприятным на вид. Нос его напоминал клюв хищной птицы, губы – были бескровными, сжатыми в тонкую полоску. А янтарные глаза больше бы подошли какому-нибудь демону, а не человеку. В довершении всего голову венчала скудная шевелюра мышиного цвета, один вид которой был способен оттолкнуть, не говоря уже обо всём остальном.

Я настолько опешила, что у меня даже сил не хватило на то, чтобы справедливо возмутиться его обращением.

– Ну? – требовательно гаркнул он прямо мне в лицо, обдавая зловонным дыханием, как только втолкнул в нишу в дальнем конце зала.

А я так растерялась, что даже не представляла, что же ему ответить. Но первое, что попросилось в голову – «баранки гну», от чего с губ моих сорвался нервный смешок.

Меж тем дяде – если конечно передо мной стоял он – было совсем не до смеха. Он так и сверлил меня своим ужасным хищным взглядом, от которого мне стало окончательно нехорошо.

– Ты слышишь меня, глупая бестолочь?!

– Слышу, – выдавила я из себя. – И не понимаю, что вам от меня нужно.

Я ведь действительно не понимала, но даже если бы знала – один вид этого мужчины был способен нагнать жути. И если он действительно был тем самым дядюшкой Гисбором… ох, и не завидовала я Элле. Впрочем, я не завидовала ей с самого моего попадания в этот мир.

– Ты притворяешься? Или решила играть в свою игру? – зашипел мужчина прямо мне в лицо, опаляя его кислым запахом. – Ты же помнишь, с какой целью ты оказалась у Адальмара?

– Помню, – шепнула я, не понимая, как себя вести. Одно дело рассчитывать на то, что встретишь дядюшку, родственную душу и сможешь ему открыться. И совсем другое – понять, что тебя обложили со всех сторон. – Я приехала к нему, чтобы выйти за него замуж, дядя.

Пришлось пойти ва-банк и надеяться, что передо мной действительно тот самый архи-кто-то монастыря.

– Никаких дядей, маленькая дрянь. Для тебя я господин Гисбор, – процедил он мне в лицо, подтверждая то, что и так было очевидным. – И кажется, оказавшись вне стен моей обители, ты забыла, что должна мне по гроб жизни?

Он отстранился и заложил руки за спину, а я наконец смогла сделать нормальный вдох. В этот момент захотелось оказаться рядом с Адальмаром. Тот, по крайней мере, не был настолько противен и мерзок. Впрочем, я очень быстро выкинула эти мысли из головы, когда дядюшка задал следующий вопрос:

– Ты подливаешь ему зелье?

Наверное, выражение моего лица дало понять Гисбору всё, что я думаю о произнесённых им словах, что дядя интерпретировал по-своему, по-видимому, решив, что я попросту забыла о вышеупомянутом зелье. Вновь нависнув надо мной, он зашептал:

– Немедля начни это делать! Уже к свадьбе Адальмар должен быть от тебя без ума, а через девять месяцев после неё ты должна родить ему сына. И тогда сможешь убрать Теогарда, как мы и договаривались.

– Что?

Сердце моё забилось так часто, что казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Элла ехала в замок, чтобы влюбить в себя Адальмара, родить ему сына и… убить его? А дальше что? А дальше всё как раз было просто. Дядя наверняка бы взял управление на себя, пока бы малыш не вырос, но и после, скорее всего, прикладывал бы руку ко всему, во что захотел бы вмешаться.

– Немедля начни это делать! – буквально выкрикнул Гисбор. – Или ты считаешь, что сможешь поразить его своей… красотой?

Он зло рассмеялся, и я почувствовала себя в этот момент особенно маленькой и ничтожной. Гисбор был прав – Элла и впрямь не обладала привлекательностью, но он ошибался в одном. Его «племянницей» теперь была вовсе не невзрачная госпожа Аллаос, согласная сделать всё, что бы ей ни приказали.

– Я начну, – заверила его как можно спокойнее, мысленно решив сразу же, едва окажусь вновь в замке Адальмара, отыскать чёртово зелье и выкинуть его куда подальше.

– Вот и славно, – после небольшой паузы порешил сам с собой дядюшка. – Я надеюсь, Теогард не будет тянуть со свадьбой.

– Родственные беседы? А я уже потерял вас, дорогая!

И откуда у Адальмара эта способность оказываться рядом незаметно и очень вовремя? Или же это в моих ушах так шумит кровь, что я не слышу ничего кругом?

– А! Господин Адальмар! – В мгновение ока на лице Гисбора нарисовалось самое елейное выражение, а вот я смотрела на жениха с беспокойством. Не был ли он всё это время поблизости и не слышал ли слов дядюшки? – А мы с Эл’лаар как раз говорили о вашей скорой свадьбе!

– Вот как? И что же поведала вам госпожа Аллаос? Неужто решила сообщить, что не желает выходить за меня замуж?

Послышался высокий и противный смех дяди, в котором, впрочем, засквозили нотки тревоги, а меня передёрнуло от отвращения. На губах Тео же заиграла та самая усмешка, которую я уже успела изучить до чёрточки.

– Ну, что вы! Эл’лаар уже не знает, как дождаться этого дня! – заверил дядюшка Адальмара, и тот насмешливо вздёрнул бровь, глядя на меня. – Правда, милая?