Наука чудес - Ольга Коротаева

– Говоришь так, словно не в другую школу перевожусь, а в рабство продаюсь, – хмыкнула я, а по спине так и маршировали вышколенные мурашки. По сути, так и есть, если вспомнить слова и поведение Норда. Сынок директрисы, с которым меня связывает тайна, уже ведёт себя так, будто я его рабыня. Разве он простит мне разбитый нос и помятое чувство собственного достоинства?

Стало тоскливо, но я с усилием улыбнулась:

– Не переживай. Я справлюсь. Я же твоя победа!

– Беда ты моя, – обнял меня отец и, чмокнув в макушку, сурово проговорил: – Хочешь учиться магии? Хорошо. Я продам пиццерию! Думаю, на один год хватит, и ты поймёшь, нужна ли тебе эта наука.

Я отстранилась и недоверчиво посмотрела на отца:

– Продать пиццерию?! А жить на что будем?

– Я найду работу, – уверенно заявил он.

– Нет, – помотала головой. – Это не выход! За одним годом последует другой, и… что тогда продать?

– Твоего папу, – вошла на кухню мама. Она весело рассмеялась и подмигнула отцу: – Только вот не знаю, кто, кроме меня, сможет выдержать его характер! Так что быстро вернут, и ещё приплатят так, что на второй год обучения хватит!

Отец, ворча себе под нос нечто невразумительное, вернулся к рабочему столу, а мама приблизилась и, лукаво поглядывая на меня, вытащила из кармана длинную деревянную шкатулку. Но не отдала мне её, а громко проговорила:

– Я уже всё обсудила с учителем Тодом, милая! Конечно, парнишка пытался увильнуть, даже наговорил, что ты применила магию, чтобы получить отличную оценку. Но я намекнула, что нехорошо удерживать талантливую ученицу, даже если она очень нравится, да ещё напомнила об учительской этике…

– Мам! – возмущённо воскликнула я и, прижав ладони к горящим щекам, быстро обернулась и испуганно посмотрела на застывшего с ножом в руке отца: – Папа, это неправда! Тод не проявлял ко мне никакого интереса…

– Тогда почему ты зовёшь его по имени? – иронично поинтересовалась мама. – Ладно, ладно! Не проявлял, так не проявлял! Но покраснел он от моих слов сильнее, чем вон тот помидор…

Овощ разлетелся под ударом папиного ножа, но мама сделала вид, что не заметила раздражения мужа.

– Ты переведена с завтрашнего дня! Я уже всё подписала.

– Как ты могла? – осуждающе покачал головой отец. – В школу ходила, а сказала, что отправилась к бабуле Лини. Всё решила за нас. Это серьёзный вопрос, милая! Виктория излишне эмоциональна и недостаточно умна…

– Кто сказал? – взвилась мама и ткнула коробочкой в грудь мужа так, что он отшатнулся и немного побледнел. – Это тот юноша? Молодой учитель Тод думает так! А ты лишь вечер с ним посидел за рюмочкой, так сразу и поверил, что дочь не осилит науку магии? А я верю в нашу Беду!

– В беду и я верю, – едва слышно пробурчал отец, но возражать больше не стал.

– Я действительно забегала к старой ведьме! – Мама с улыбкой посмотрела на меня и протянула коробочку: – Это подарок от бабули. Лини сказала, что слишком стара для магии, а тебе желает хорошо учиться…

Я содрогнулась и испуганно посмотрела на коробочку, не зная, как поступить. С одной стороны, старушка, словно высушенная гарпия, всегда вызывала у меня суеверный ужас… Да и у всех, если честно, в нашем квартале. И лишь мама могла нормально общаться с ведьмой, даже называла её ласково – бабуля! Но с другой, я понимала, что подарок действительно фееричный. И в прямом и в переносном смысле этого слова.

Приняв шершавую коробочку, дрожащими пальцами раскрыла её и при виде потемневшей от времени сучковатой и блестящей волшебной палочки, затаила дыхание. Мама знаками показывала «возьми», и я неохотно выудила кривое уродство. Вытянула руку в сторону и, не зная, что делать дальше, посмотрела в окно. При виде выпученных и светящихся глаз в быстро сгустившихся сумерках я вздрогнула.

Клякса смотрел на меня как-то совсем уж обречённо.