(Не) пара для короля - Елена Малиновская

Мои дурные ожидания, хвала всем небесам, не сбылись. Ни в какой подвал, понятное дело, меня не поселили. Да и каморкой мои покои назвать было нельзя.

Я остановилась на пороге, с удивлением обведя взглядом просторную комнату в светлых тонах. Из огромных окон нескончаемым потоком лился солнечный свет, уже окрашенный в розоватые тона скорого заката. На полу был медового цвета пушистый ковер явно ручной работы. Королевских размеров кровать, высокое трюмо, несколько шкафов… Да о такой роскоши я и мечтать не смела!

— Здесь ванная комната.

В следующее мгновение мимо меня в комнату ловко прошмыгнула темноволосая девушка в простом шерстяном платье служанки. Показала рукой на неприметную дверцу в дальней стене.

— Наверное, вы желаете умыться с дороги, — продолжила она. — Позвольте, я разберу ваши вещи. А вы пока займитесь собой. — Замялась и вдруг смущенно улыбнулась, добавив: — Кстати, меня зовут Ребекка. Меня приставили прислуживать вам. Поэтому все ваши просьбы смело адресуйте мне. По возможности выполню все, что бы вы ни пожелали.

— Спасибо, — поблагодарила я. — А я леди Ивори Квинси.

— Квинси? — Девушка высоко подняла тонкие брови. И вдруг заливисто прыснула смехом.

Я озадаченно приподняла бровь. И что такого смешного я сказала?

— Ох, простите, леди. — Девушка, с трудом успокоившись, виновато посмотрела на меня. — Просто… Не повезло вам с родом.

— Неужели? — холодно поинтересовалась я, хотя всецело разделяла мнение служанки. — Позволь узнать, почему ты сделала такой вывод?

— Когда я была маленькой, то меня часто пугали ведьмой Джеттой Квинси, — с готовностью пустилась в объяснения Ребекка. — Например, когда я плохо себя вела или не слушалась родителей. Тогда матушка говорила мне, что, мол, ночью придет Джетта и сожрет меня живьем. Вот я и удивилась, что вы тоже Квинси. Наверное, вы частенько слышите такие шутки.

— Вообще-то, Джетта была моей прабабушкой.

Я пожалела о том, что сказала это, еще до того, как фраза сорвалась с моих губ. Ребекка уставилась на меня с таким изумлением, как будто я вдруг заговорила на незнакомом языке. В ее карих глазах внезапно промелькнул откровенный страх.

— Так вы… вы… — запинаясь, прошептала она и отступила на несколько шагов. А затем взяла — и бухнулась передо мной на колени.

— Ребекка, что ты делаешь? — Я взволнованно подалась вперед. — Встань немедленно!

— Простите, леди Квинси! — провыла Ребекка, умоляюще простирая ко мне руки. — Я не хотела вас оскорблять! Умоляю, пощадите! Не превращайте меня в жабу!

Интересно, откуда вообще взялось поверье, что темные ведьмы способны превращать людей в жаб или тому подобную гадость? Это же глупость полнейшая! Что насчет закона сохранения массы? Невозможно из обычного человека стандартной комплекции сделать что-то маленькое, как и наоборот — из небольшого существа сотворить нечто огромное.

— Ребекка, прекрати немедленно! — строго сказала я, как никогда жалея о своем признании. — Ни в кого я тебя превращать не собираюсь. И вообще, я не темная ведьма.

— Но… — Ребекка быстро и неверяще заморгала. — Вы же одна из Квинси!

— Да, но темного дара у меня нет, — сухо проговорила я. — Подумай сама: разрешили бы мне участвовать в бале невест, если бы я была ведьмой? Мою прабабушку, ту самую Джетту, о которой ты вспомнила, сожгли на костре по приказу его величества Эдуарда Первого. Вдруг я бы решила отомстить его потомку и заколдовала бы короля Эйгана?

Ребекка продолжала стоять на коленях. Но хотя бы голосить перестала и озадаченно нахмурилась, явно задумавшись над моим вопросом.

— Встань, — устало попросила я. — Честное слово, я не собираюсь причинять тебе никакого вреда.

— О, хорошо. — Ребекка медленно поднялась, но все равно не сводила с меня настороженного взгляда. Кашлянула и деловито осведомилась: — Какое платье вам приготовить для вечернего приема?

— Голубое, пожалуйста, — попросила я.

И отправилась приводить себя в порядок.

Конечно, промозглая, холодная ванная комната в замке рода Квинси не шла ни в какое сравнение со здешней. Никакого запаха плесени, никаких подозрительных склизких пятен на стенах, никаких проблем с напором воды. Полы и стены едва вибрировали от мощи обогревающих заклинаний.

Пожалуй, еще немного — и я больше не буду жалеть о том, что согласилась принять участие в этом бале невест. А когда я открыла шкаф и увидела полки, заставленные самыми разнообразными баночками, скляночками и флаконами, то мое дурное настроение окончательно развеялось. Даже недавняя стычка с верховным магом уже не казалась мне столь огромной неприятностью. Подумаешь, эка невидаль. Мы даже не поругались в прямом смысле слова. Хотя нельзя не признать, что манеры Дарриэля Тиррольда ну очень далеки от общепризнанных законов этикета и хорошего тона, однако и я слегка переборщила, отреагировав на ситуацию, которая ко мне никакого отношения не имела.

Последние остатки дурного настроения испарились в теплой ванной с приятными шипучими пузырьками розовой карамельной пены. Я долго нежилась в ней, чувствуя, как растворяется усталость после долгого путешествия, а мышцы расслабляются и перестают ныть.

Наконец, перенюхав и перепробовав все косметические средства, я замоталась в огромное пушистое полотенце и вышла в комнату, даже не пытаясь скрыть довольной улыбки.

Улыбалась я и все то время, пока Ребекка помогала мне надеть платье. Из тончайшего многослойного шелка, верх его облегал меня словно вторая кожа, а от середины бедра подол расходился несколькими клиньями.

Конечно, к такому шикарному наряду был бы уместен какой-нибудь комплект драгоценностей. Например, сапфировый. На худой конец — прозрачные крупные топазы тоже подошли бы. Но такую щедрость от загадочного жениха Этель было бы глупо ожидать. Поэтому из украшений на мне был лишь тоненький серебряный браслет — подарок Адриана.

При воспоминании о друге моя улыбка немного поблекла, а сердце привычно кольнуло от затаенной обиды. Но усилием воли я заставила себя отвлечься от этих мыслей. Не хочу портить себе настроение перед балом!

Наконец, приготовления были закончены.

— Какая вы красавица! — восхищенно ахнула Ребекка, загнав последнюю шпильку в мою высокую прическу.