Дракон серебряной метели - Ольга Вешнева

Следующий день я провела в хлопотах по хозяйству. Они отвлекали от жутких мыслей. Ждала хороших новостей, но так и не дождалась.

Дракон не прилетал. Матушка Сельма не вернулась. Связующих камешков я не нашла.

С наступлением темноты изнеможденно рухнула на кровать, заползла под уютное одеяло и тут же провалилась в сон.

Меня разбудил Филимон. Кот скреб мягкой лапкой по щеке. Очнувшись от сонного забвения, расслышала далекий вой.

Во дворе заржали лошади. Я вскочила с кровати и подбежала к окну.

Увидела, как лошади сломали ограждение и убежали в лес.

Вой приближался.

Я накинула пуховое пальто поверх длинной ночной рубашки и сунула ноги в меховые сапоги. Отправилась проверить надежно ли заперта входная дверь. Подбежала к большому окну гостиной и увидела, как из лесной темноты один за другим выскакивают взъерошенные белые звери. Похожие на волков, но с пушистыми гривами и ростом не меньше взрослого медведя.

Завывая с противным повизгиванием, хищники окружили дом. Я боялась взглянуть, что творится на скотном дворе. Не понимала, почему звери не удовлетворились легкой добычей — скотом и птицей, а продолжали бродить вокруг ведьминой избы, царапая когтями бревна.

Самый смелый и яростный из них, как видно, вожак стаи, выбил стекло широкого окна в гостиной. Он просунул голову, щелкая ужасающими клыками, но пролезть не смог, так был огромен.

Я разожгла печь, зачерпнула ведром зардевшихся красными искрами угольков и выплеснула их прямо в оскаленную морду зверя. Белое гривастое чудовище оглушительно взревело и отскочило от дома.

Затушив упавшие на пол угольки подошвами теплых сапог, чтобы не начался пожар, я сделала факел из длинной четверти расколотого на дрова полена и приготовилась отразить новую атаку.

Вооружилась не напрасно. Получив неожиданный отпор, лесные хищники еще больше рассвирепели. Выбили все окна и попытались открыть дверь. Найдя щелку, старались ее подцепить когтями и дернуть на себя.

Я поняла, что лесные твари умнее волков и медведей. Земные хищники отступили бы, а звери двулунного мира не намеревались бросать запертую в ловушке сочную добычу.

Кот испуганно вился у ног. Цепляясь когтями за пуховик, он влез мне на плечо, когда натужно скрипящая дверь поддалась и слетела с петель, и в дом ворвался разъяренный вожак с обожженной мордой.

Стоя на четырех лапах, он был едва ли не выше меня ростом. Размахивая факелом, я попыталась защитить себя и Филимона. Внезапно расхрабрившийся кот решил встать на защиту хозяйки и прыгнул на зверя, метя когтями в глаза. Чудовище мотнуло головой и кот отлетел в угол.

Белый зверь выхватил из моей руки факел и бросил на пол.

Щелкнув острыми зубами и скребаныв изогнутыми лезвиями когтей по полу, он приготовился меня растерзать…

Огненная вспышка озарила ночной мрак за выбитой дверью. Раздались жалобные визги.

Мелькнувшая в дверном проеме голова дракона схватила белого зверя за хвост и вытащила из дома.

Я погасила факел, оставивший на полу широкое выжженное пятно. Взяв на руки перепуганного, но целого и невредимого Филимона, вышла за порог. Белые звери с подпаленными гривами и хвостами убегали в лес.

— Магическая защита подворья Матушки Сельмы пала. Значит, снежной ведьмы больше нет среди живых, — дракон печально понурил шипастую голову, подходя к крыльцу. — Тебе нельзя здесь оставаться. Иначе погибнешь. Летим в замок.

— Благодарю на спасение, — я вымучила вежливую улыбку. — Снова.

— Тебя нельзя было оставлять без присмотра, — тихо прорычал дракон. — Я ждал подобного, пусть и надеялся, что мои плохие предчувствия неверны.

Я вернулась в дом за холщовой котомкой, и посадила в нее Филимона. “Кот в котомке”, — улыбнулась, глядя, как любимец растерянно водит ушами, высунув голову.

Дракон опустил крыло и подтолкнул меня мордой, помогая взобраться на спину.

Новый полет был не так страшен, как самый первый. Сияющие луны висели в небе так обманчиво близко, что казалось, их можно коснуться рукой. Они освещали мягким желтоватым светом кучерявые облака. Игриво подмигивали звезды…

Морозный ветер обдувал мое лицо, но я не чувствовала обжигающего холода, лишь нежные прикосновения.

Родная стихия не могла мне навредить. Только чужая темная сила. Когда она вернется? Откуда придет? Как найти ее источник?

Вопросы мучили меня, и дракон летел неспешно, словно в глубокой задумчивости. Или не торопился ради моего удобства?

Как бы то ни было, я почти на сто процентов была уверена, что Матушка Сельма обманывала, пугая ужасным тираном. Зачем ей понадобилось врать, я не могла понять.

Впрочем, ответ узнала скоро.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Несмотря на поздний час, в крепости царила суета. Женщины ожидали возвращения воинов из ночного рейда. Туда-сюда сновали обеспокоенные слуги.