Кара Тель - Степанида Воск

Пришлось слезать с кровати и шлепать по холодному полу до артефакта, лежащего на столе.

- Тельма, ну слава Создателю, наконец-то, ты ответила, - радостно выдала в трубку подруга.

- Ты так это говоришь, будто я улетела на край земли. И связаться со мной невозможно ни каким способом, - я не очень любила ранние побудки.

- Как ты вчера добралась? Я так за тебя переживала.

- Зря переживала. Со мной все хорошо. Водитель попался общитльеный, довез к самым воротам, - поделилась.

- Голова не болит? У некоторых бывает после сильного алкоголя головная боль.

- Лу, ты же знаешь, что она мне не грозит. У ведьм алкоголь перегорает очень быстро.

- А дурно тебе от чего стало? Ты не знаешь? - продолжала выяснять состояние моего здоровья Луиза.

- Наверное, в помещении было душно, - предположила.

- Нет. В ресторане вентиляция на уровне. Администрация за этим следит. Может от чего другого?

- Не знаю. Переволновалась из-за Айрона, - сослалась на бывшего парня.

И только сейчас поняла, что за целый вечер и все утро о нем даже не вспомнила. Все мои мысли занимал вчерашний незнакомец.

Даже во сне он мне приснился. Будто сидит за столом, работает, как обычно это делает мой папа. Кружка с горячим чаем дымится рядом.

Не знаю кто ее принес.

Когда занят папа, то жидкостью его снабжает мама, не доверяя прислуге. А кто принес кружку незнакомцу — полная загадка, которую я хотела разгодать во сне, да Луиза разбудила.

- Айрон, теперь в прошлом, - изменившимся тоном заявила Луиза.

- Не знаю. Я слышала его оправданий. Может быть, все не так, как на первый взгляд кажется.

Если бы вчера папа с мамой не выслушали меня и безоговорочно поверили сплетнице о скандале в нашей семье знал бы уже весь высший свет. Почему-то я в этом не сомневалась. После папиных угроз вряд ли госпожа Лоуренс отважится хоть слово сказать, способное мне повредить.

Как хорошо иметь такого сильного и влиятельного папу, как мой.

- Да что с ним разговаривать? - возмутилась Луиза. - Гнать его надо взашей.

- Все же я вначале с ним поговорю.

- Как скажешь. Ты всегда была жалостлива к сирым и убогим, - я даже видела, как задрался носик Луизы в характерном жесте головой.

Ее чрезмерная заносчивость, касающаяся людей ниже ее по положению не вызывала во мне отклика. Я всегда считала, что надо быть более снисходительной к тем, кому повезло меньше в этой жизни.

- А как здоровье твоих родителей? С ними все в порядке? Не болеют? - поинтересовалась подруга.

- Все хорошо. Папенька с маменькой в полном здравии. Спасибо за беспокойство. Как поживает господин Майори?

Не так давно случилось ужасное событие мама Луизы погибла в при столкновении двух мобилей. Подруга очень переживала по поводу смерти родительницы. Даже проходила лечение в специальной клинике. Любое упоминание о случившемся было под запретом. С тех пор мы больше никогда не говорили о ее матери. А вот об отце Луиза с радостью рассказывала.

- А что с ним будет? Дымит в свое удовольствие. Сколько раз я ему говорила, что не надо курить, не надо. Это плохо влияет на здоровье. А он все равно за свое.

- Да, подружка, родителей не выбирают.

Мы частенько шутили на эту тему.

- Это точно, - поддакнула она.

Мы еще немного поболтали с Луизой на разные темы и в конце-концов попрощались.

И лишь когда связь разорвалась, я подумала, что она так ни разу и не спросила о незнакомце, с которым я пошла танцевать.

Похоже что ей на самом деле он не понравился.

После разговора с Луизой смысла и дальше спать не было. Я позвонила в колокольчик, приглашая прислугу в свою комнату. Сегодня дежурила Лайма. Она не очень мне нравилась. Не лежала у меня к ней душа, хотя никаких нареканий девушка не имела.

Весь персонал на работу принимала мама. Меня только ставили перед фактом — эту уволили, та ушла в декрет, а вот эта новенькая.

Чтобы одеться я в прислуге не нуждалась, хотя мама периодически мне напоминала, что девушка из высшего общества должна уметь пользоваться посторонней помощью при одевании. Мне же это казалось ужасным.

Я жутко стеснялась когда служанки пялились на меня. Пусть и не специально, украдкой, но все равно пялились. Рассматривали. Видимо, гадали, чем же я лучше них, раз мне положена прислуга, а им нет. А я не лучше их, просто у моего папы много денег. И нанимая простых девушек он тем самым дает им рабочие места, вместо того, чтобы они побирались или же продавали себя.

- Лайма, я в душевую, а ты пока прибери в комнате. К тому времени как я выйду, ты как раз успеешь.

Уборка в моей спальне это максимум из того, что я позволила делать для себя. Все остальное я могла сама.

Чтобы просто расчесать волосы не нужен другой человек. Так же как можно обойтись без помощи надевая простое платье или свободную одежду.

Какое счастье, когда никто не дышит мне в спину, когда я прихорашиваюсь перед зеркалом.

- Будет сделано, госпожа, - Лайма чуть поклонилась.

Я прошла в ванную, не забыв запереться. Для этого даже не понадобилось магичить, достаточно простой задвижки, чтобы быть уверенной в безопасности.

Почему я закрывалась?

Не хотела быть застигнутой в самое неподходящее время. Ведь, иногда за закрытыми дверями девушки любят себя разглядывать со всех сторон. Как правило, при этом они остаются без одежды. И в такой интимный момент появление постороннего человека не очень приятно.

Я скинула халатик на пол. Сняла ночную рубашку. И заступила в душ. Сегодня я не была настроена на долгие омовения.

Закончив с гигиеническими процедурами и хорошенько просушив волосы, я выглянула в спальню. Лайма уже управилась. Постель заправлена, книги разложены по местам. На туалетном столике порядок.

Меня ожидал совместный завтрак в кругу семьи.

Он проходил в малой столовой на первом этаже. Недалеко от папиного кабинета. Проходя мимо него, я услышала шум визора. Папиного последнего приобретения. Он с удовольствием покупал все технические новинки, поступающие в свободную продажу. Иной раз долго выбирал по каталогам, сравнивая характеристики товаров.

- Опять на севере империи волнения. От этой программы переселения неугодных императору только хуже. Люди злятся, ведь уезжая от одного разбитого корыта к другому, они только теряют, и ничего не приобретают, - услышала я голос папы. Он с кем-то разговаривал. Но я уже ступила на порог. Возвращаться поздно.

- Доброе утро, - поздоровалась, входя в комнату.

Кроме папы никого в ней не было.