Полюбить двуликого - Элис Айт

— Ты… — начала Айрис и сбилась, когда Брен поднял глаза.

Теплые, лучистые, коварные, знающие ее уже так хорошо.

— Значит, ты тоже оборотень, Брен?

Он попытался сделать шаг ближе к ней. Айрис тут же отступила, проваливаясь глубже в снег. Тот забился в сапог, но плевать. Что-то страшное окатывало раз за разом грудь, сильнее задрожали руки.

— Да, — просто отозвался Брен.

Айрис зажала лицо ладонями, дыша судорожно, едва не срываясь на рыдание. Нет, нет, это какой-то бред, кошмарный сон. Она так тянулась к нему, как к самому близкому на свете человеку, как к мужчине, которого полюбила. Но он не мужчина, он зверь! Двуликий! Тот, кто ненавидит людей и чья улыбка может превратиться в волчий оскал!

— Айрис…

— Не подходи!

— Я не ем девушек. Даже таких привлекательных. Выслушай меня.

Айрис выдохнула с дрожью и посмотрела снова, чувствуя себя убитой.

— Что теперь?

— Я не думал, что ты увидишь и узнаешь так скоро…

— Мне самой теперь хоть волком вой, Брен! Как так?! Как ты… ты волк! А я была так близко и теперь… мне страшно. Дай мне уйти!

— Не могу.

— Не можешь? Подчинишься своему главарю?! Так убей тогда, раз вы все решили!

Брен подошел и резко обхватил ее, прижал к себе, вдохнул сильно. Прижал за затылок к себе, помогая унять гадкую дрожь.

— Никто тебя не тронет. Я с тобой. И я тебя никому не отдам. Останься пока со мной, пожалуйста, Айрис, это ради твоей безопасности сейчас! Я с ума по тебе схожу, дикая моя колдунья.

Он был так близко, что от его тепла снова хотелось растаять.

Айрис почувствовала, как безумно дрожат губы, как колотится сердце — а Брен склонился и прижался поцелуем снова. Зверь, оборотень, дикий лесной монстр — и все же она позволила ему целовать, чувствуя, как от отчаяния текут слезы.

— Ты помогаешь мне оставаться человеком, — прошептал Брен. — Быть оборотнем не мой выбор. Но прости меня за обман. Я не смог отказаться от тебя, хоть и должен был.

— Почему… почему единственный раз я полюбила — и не человека? Я ведь знала, что нельзя, Брен. Знала, что тебе не стоит приходить. И мне не стоило идти с тобой.

— Я клянусь своей жизнью и своих близких, что не причиню тебе вреда.

— Что теперь будет? — прошептала Айрис непослушными губами.

— Пойдем. Согреешься. Все будет хорошо.

— Ты должен рассказать мне все.

— Сколько смогу, — Брен потянул за собой, увидел ее нерешительность и улыбнулся. — Расскажу. Идем.

Айрис даже не помнила, как они оказались около той же злосчастной хижины — обители двуликих, полузверей-полулюдей. Кажется, она плохо помнила сказки, что рассказывала перед сном Мари. А ведь сквозь завывания ветра за окнами в этих сказках говорилось про оборотней, про их коварство, про то, как они хитростью заманивают в свое логово.

Но если она побежит, Брен запросто догонит. А ей пока страшно не хотелось видеть волков — жуткий взгляд, оскал и клыки с кровью дичи.

— У тебя хорошо выходит притворяться человеком, — проговорила она с трудом, когда зашла внутрь. — Даже сочинять истории про чужие армии и побег.

Брен прикрыл за собой дверь и тяжело вздохнул.

— Это я не сочинял. К сожалению. Не хочу сейчас об этом. Ты бледная как смерть. Залезь на печь, я все расскажу, принесу только пару кружек.

Айрис подчинилась оборотню. Что теперь? Она в их лапах, они знают и так просто не выпустят — это уж наверняка. И где-то внутри стыло ужасное чувство: ей и самой не хотелось возвращаться домой. Пусть здесь, пусть пропадет для всех близких, если так наивна, что дважды доверилась недостойным. Пусть лучше жить среди волков и леса, который она любила больше города.

Жаль только Мориса не увидеть… Хотя наверняка отец рано или поздно поднимет тревогу и пса с собой возьмет, а тот вполне может пройти по следу и «услышать» ее здесь. Доживет ли она до этого момента или полуволки уничтожат?

— Что, уже представила, как я тебя здесь убью?

Брен сел рядом и протянул кружку, как уже было не раз. И насколько сейчас все по-другому!

— Представила… — ответила она, а сама завороженно смотрела на его губы и не верила, что за ними острые клыки и близкая смерть.

Скорее — тепло, жар, бегущий по венам, мурашки и невероятная тяга.

— А мне кажется, ты думаешь о чем-то другом, — Брен и сам будто с трудом сглотнул и на миг отвел глаза.

От него так пахло, что хотелось наперекор всему прижаться и молчать. И чувствовать его сердце под теплой рубахой.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ — Ты был рожден… оборотнем?

— Да, но моя мать — человек. Отец — оборотень. Он погиб, мать жива и младшая сестра, она совсем маленькая. И она человек.

— Звучит так, как будто ты нормальный.

— А я нормальный.

— Ты ведь превращаешься в волка, у тебя появляются клыки и шерсть. Это ненормально! Это… безумие какое-то, — выдохнула Айрис и поджала к себе колени, чувствуя, как все тело бьет ознобом.

— Я думал, ты и правда любишь зверей, — усмехнулся Брен и подался к ней ближе. — Айрис, послушай. Я за тебя любого разорву. Даже Рока. Поверь мне.

— Поверю… А что дальше? Ты будешь держать меня здесь? Стоит мне уйти в город — и любой из вас сможет меня найти. Твой Рок сказал, что у меня нет теперь права уйти!

— Он просто нервный тип. Переживает за одно дело. Я разберусь.

— Вот сейчас я бы выпила даже вина. К демонам все!

Дрожь продолжала сотрясать все тело.

— Эй, перестань. Иди сюда, — Брен кивнул головой в свою сторону. — Иди. Я теплый, и ты перестанешь дрожать.

Он подался ближе, обхватил на тесном закутке и прижал к себе, хоть Айрис и пыталась поначалу вырваться на свободу. Но Брен держал нежно, но крепко, огладил ладонями спину, уткнулся в макушку, обхватил второй рукой шею.

— Не бойся, — прошептал он тихо.

— А вдруг укусишь, — буркнула Айрис, обхватывая его руки и греясь.