Ведьма внутри меня - Ника Маслова

Он находил моё поведение вызывающим. Он едва сдерживал гнев, а не смущался, когда я… Да не делала я ничего такого уж, чтобы видеть во мне непонятно кого. Не делала! Но он думал, что я его вновь соблазняю.

Интересно, у них с Майри дошло до постели?

Чёрт! Да не хочу я этого знать!

Да что тут знать. Он так трогательно охранял мою скромность, что нет сомнений — не было ничего. Он собирался вернуть семье непорочную деву, а вышел конфуз, и исключительно по моей вине. А также потому, что мой приёмный отец — герцог Как-его-там, вроде на «В» — человек с гнилым сердцем.

Дэбрэ может не захотеть общаться с женщиной, которая уже причинила ему боль. Если так — очень жаль, насильно мил не будешь. Он хороший человек, но — всё же — не единственный на земле.

Временами он мне нравился, и даже без всяких почти что, но я смогу прожить и без него.

В жизни Майри наверняка были и другие люди — родные, близкие, друзья и знакомые. Дэбрэ говорил, что все отвергли Майри, но сейчас-то я не преступница. И если кто-то отвернулся только из страха (или вопиющей глупости, как герцог Как-его-там), то бояться этим людям больше нечего. Друг познаётся в беде, но я не стану отказывать тем, кто захочет вернуться в жизнь Майри. Время всё расставит по местам, так всегда случается — нечего торопить его отказами и излишней категоричностью.

Когда попадаешь в сложную ситуацию, то каждый из окружения показывает себя. Никогда не узнаешь заранее, кто друг, а кто так, на поболтать за чашкой кофе. Хочется отказаться, больше вообще не видеть всех тех, кто не поспешил прийти на помощь, но нет, такой ошибки я больше не допущу. Отказывать всем, кто не на все сто идеальный человек — глупость. Иначе может оказаться, что и кофе будет не с кем попить.

Ну а если говорить о настоящих друзьях, то та девушка просила за меня у короля с королевой — скорее всего, в ней я найду того человека, на которого можно положиться. Ну а если нет, и никто вообще не захочет мне помогать, то остаются драгоценности — живые деньги, на которые можно снять или даже купить жильё. Скромный домик с хотя бы небольшим садом… Мечты-мечты. Ладно, там разберёмся. На семье герцога Как-его-там и Дэбрэ мир не заканчивается — нечего унывать.

Я смогу со всем справиться и сама, без чьей-либо помощи. Но помощь, конечно, не помешает. И терять Дэбрэ я не хочу. Я буду пытаться заслужить его доверие. Но если он раз за разом будет меня отвергать, со слезами на глазах за ним не побегу.

— Учитывая нашу историю, о которой я совершенно не помню, — осторожно сказала я, — вам, наверное, неприятно видеть меня и заботиться обо мне. Есть ли возможность перепоручить меня другому? Возможно, есть человек — мой друг или родственник, или, не знаю, учитель, который мог бы позаботиться обо мне…

Я бы ещё долго терзала наш слух многочисленными «наверное», «если бы» и «не знаю», но Дэбрэ прервал меня. Не думаю, что его преподаватель этикета был бы им доволен. С другой стороны, стараться не оскорбить — тот ещё квест, когда ты не можешь предположить реакцию на самые простые слова.

Ничего обидного я, кажется, не сказала, но он разозлился. Старался сдержаться, не показать гнев, но Дэбрэ, с его лицом-маской, не так уж сложно читать.

— Вы предполагаете, Майри, что я не смогу как следует позаботиться о вас? Или думаете, я воспользуюсь властью, которую даёт мне ваше незавидное положение?

Ох. А он умел загонять жертв в угол. Он заставил меня говорить «нет», «нет» и «нет», чтобы в итоге получить:

— Да, я согласна ехать с вами туда, куда вы скажете. Вы можете мне не доверять, но я вам доверяю.

Сколько в моих словах правды — не знаю. Он давил на меня, и хотелось вывернуться, ускользнуть из-под его тяжёлой руки. Если бы я была настоящей Майри, то, скорее всего, ни за что бы не приняла его помощь. Но меня толкали к нему не только обстоятельства, незнание мира, людей, но и любопытство. И тайны «моего» прошлого, и азарт — смогу ли изменить к себе отношение.

— Вот и отлично, — он откинулся на спинку сидения и скрестил руки на груди. — Может быть, поедим? Франк привёз из деревни не только одежду, но и корзинку с едой. Уверен, что вы проголодались. Земляника, конечно, вкусна и полезна, но вы не смогли бы насытиться ею, как бы ни старались.

Вот же! Значит, на моём лице всё-таки остались пятна от земляничного сока, и я вот такая — раскрасавица, да — сидела перед ним всё это время. А он моей невольной неловкостью наслаждался. Вот же му… мужчина мечты.

Еда оказалась отменной — вкусный, несколько мутноватый напиток и пышные пироги. Он сказал — это пиво. Извинился за то, что мне приходится пить столь неблагородный напиток. Я покивала и подставила ещё кружку. Местное пиво не походило на то, оставшееся в прошлой жизни. Оно было лёгким, ароматным, с приятной кислинкой.

— Мне всё нравится, перестаньте переживать.

— Я не переживаю.

— Ага. Это я так, выразилась неудачно. Будете ли вы шокированы, если я прилягу вот тут, на скамье? Насколько такое поведение непристойно?

— По десятибалльной шкале — примерно на восемь, — ответил Дэбрэ.

Я рассмеялась.

— Ого. Значит, мне ещё есть, куда падать. Спасибо, что не отговариваете меня.

Я лежала, смотрела на проплывающие в вышине кроны деревьев, облака, танец зелёного, синего, белого. Фрагмент окна многое увидеть не позволял, но мысль в голове крутилась всего одна: «Какая красота. Красота невозможная».

— Куда вы везёте меня? — спросила я, резко повернувшись, и застала Дэбрэ за разглядыванием. — Тот дом, о котором вы упоминали — он ваш?

— Да. Подарок короны. Это небольшой дом с садом. Там тихо, уединённо, там вы сможете прийти в себя, и мы решим, что делать дальше. Мой статус не позволит трактовать ваше пребывание у меня как нечто непозволительное. Мы даже оформим бумаги.

— М-да? И о чём же они?

Он смотрел на меня с таким странным выражением, которого я ещё не видела у него. Так кот смотрит на мышь… Хотя нет, всё же нет, не так однозначно. Но я явно видела в нём предвкушение. Дэбрэ хотел мне помочь так же сильно, как я хотела принять его помощь — но если, конечно, она придётся мне по душе.

— Вы будете моей заключённой. Под домашним арестом. Тогда никто не посмеет осудить вас за жизнь в моём доме. Никто никогда не задаст лишних вопросов.

— А какая причина моего заключения? Я думала, что свободна. Лорнский источник ведь уже доказал, что я не ведьма.

— Но вы ею были — это несомненно. Должны же мы узнать, как вам удалось меня обмануть.

Я приподнялась на одном локте.

— Вы опять за своё?

— За своё, — ответил он резко. Его лицо… Хм.

Я вновь легла. Улыбнулась, глядя на кусочек синего неба, а затем закрыла глаза. Мысленно я рисовала его лицо, и в его выражении никто бы не обманулся — там жило неравнодушие, даже страсть. Он так хотел доказать свою правоту? Сомневаюсь.