Холостяк со стажем - Анастасия Сиалана

Я была с ним в корне не согласна, поскольку ответа на свой вопрос не знала, а вот мужчина напротив меня знал обо всем. Спрашивать еще раз не видела смысла, поэтому просто закрыла глаза и сосредоточилась на свадебном платье.

Все проходило так же, как и с утра. Я чувствовала звон в голове от вторжения чужого разума, но не сопротивлялась, а просто начинала думать о всякой ерунде. Как только связь установилась, мои мысли снова стали принадлежать только мне, а вот тело подчинялось приказам двух разумов: моему и Рафаэля. Темный объяснил мне, что его реакция и опыт помогут мне избежать ударов и остаться в живых, но только если я полностью доверюсь ему. Стоило мне только начать сомневаться или сопротивляться, и отклик тела на команды блондина происходил с запозданием.

Таким образом, я трижды обожглась о свечу, пять раз вылила на себя ведро воды, которое носила на голове и так дефилировала по покоям: семь раз упала, когда пыталась устоять на одной ножке на парапете вокруг большого балкона. Все это я проделывала до самого обеда, пока не научилась доверять темному и не начала принимать его посылы, как нечто естественное. Это было дико сложно для меня, особенно учитывая мое прошлое и печальный опыт общения с мужчинами, но по непонятным причинам, я доверилась блондину и даже пустила его в свой разум.

Сейчас происходило то же самое. Разум Рафаэля проникал в мой и пытался сойти там за своего. Во второй раз было ничуть не легче. Особенно сложно было думать о всяких платьях, когда перед глазами так и норовил предстать вчерашний образ обнаженного темного. Я из последних сил представляла себе одежду, пока в результате в моей голове все не смешалось, и не вышел Раф в подвенечном платье со шлейфом и открытым декольте. Меня аж передернуло от такого видения.

– Ну и мыслишки у тебя. Даже захотелось пойти и выбить этот абсурдный образ из своей головы. – Темный скривился и отошел от меня. Связь была установлена.

– Помни, если хоть на секунду проявишь сопротивление, это может стоить тебе жизни. – Он взял меня за плечи, притянул к себе и оставил поцелуй на лбу, ровно на том самом месте, где ранее отметился Ниэль.

Ревность? Собственничество? Ну в самом деле, что за детский сад?

– Я буду стоять в первом ряду. Если что-то пойдет не так, беги ко мне. А теперь иди. – И меня подтолкнули к выходу. Как раз прозвучал гонг, знаменующий выход будущей кронпринцессы, а после и королевы.

Я понимала, почему король настоял на этом ритуале. Он совсем меня не знал, не видел, на что я способна, и должен был вверить жизнь своего сына и судьбу королевства какой-то незнакомке? Конечно же, нет. Для этого и проводился весь этот турнир, чтобы выяснить, достойна ли я титула принцессы. Конечно, от этого мне было ни холодно, ни жарко, но и сдаваться я была не намерена. Все больше хотелось вернуться домой и сбежать из этого мира, от темного и его золотых глаз, но больше всего от самой себя, какой я была рядом с Рафом. Слабой, податливой, доверчивой, другими словами – жалкой. А я не хотела быть такой в его глазах никогда. Поэтому я лучше бы погибла на турнире, чем сбежала и продолжила поддаваться своим слабостям. Это был путь в никуда.

Я вышла на середину арены и встала лицом к королевской чете. Правитель что-то торжественно вещал, народ улюлюкал, а принц пускал на меня слюни, но это все прошло мимо меня. Я больше интересовалась своими противницами. Пять воительниц, все выше и мощнее меня, что уже не сулило ничего хорошего. Топор, булава, молот, копье и меч – полный набор для приготовления котлеты. Вот только я не желала стать фаршем.

– Будь сильной, любовь моя, – проворковал Елги и ударил себя несколько раз в грудь кулаком.

– Да начнется ритуал инициации принцессы!

Снова ударили в гонг, и я поняла, что битва началась. Первой на меня напала троллиана с топором. Раф мастерски уводил меня из-под ее атак, умудряясь даже оставлять на противнице неприятные, саднящие порезы. В какой-то момент воительница слишком разошлась и это позволило мне вынести ее одним ударом рукоятки в висок.

Следующая – была девица с копьем. Этим же копьем темный и пригвоздил ее бедро к арене с помощью моих рук. Даже действуя через чужой разум, и управляя женским неподготовленным телом, Рафаэль справлялся блестяще. Так он подрезал ахиллово сухожилие на обеих ногах троллианы с молотом, а воительница с мечом имела неосторожность всадить свое оружие глубоко в деревянное ограждение, за что и поплатилась сломанной коленной чашечкой и выбитой челюстью. Я только надеялась, что не развалюсь на части после всех этих выпадов и ударов, ведь мое нежное тело не привыкло выколачивать из троллей дух. Пока Раф был в моей голове, боль мы делили на двоих, и я с ужасом представляла тот момент, когда темный оставит меня наедине с моими травмами.

Последней противницей была бритоголовая троллиана с кучей пирсинга, тоннелей, цепей и булавой наперевес. Она внушала опасение, и блондин долго ходил вокруг да около, прежде чем попытался ее контратаковать. И не зря. В первый же свой выпад, мы получили шипами булавы по бедру и еле ноги унесли от второго удара. Я была вымотана, тело не справлялось, и по всему выходило, что пятую воительницу мне не победить. Как Раф ни старался, подобраться к лысой и не получить по темечку было невыполнимой задачей.

«Сдаемся, Чарли. Иначе она тебя убьет», – настаивал на капитуляции темный. Я была с ним в корне не согласна.

«Еще нет!»

Я посмотрела на руку, в которой держала клинок, и ужаснулась ее виду. Вся кожа была в ссадинах и намечающихся синяках, а от перекатов по песку пекло нежные места на костяшках пальцев. Я перевернула ладонь и мое внимание привлекли ногти. Пусть я не одобряла этот дикий способ сражения, но стоило признать, что он был весьма действенный.

Троллиане надоело ждать, когда я нападу, и она первая пошла в атаку. Раф мастерски увел мое тело от удара булавы, а я дополнила успех, пройдясь коготками по оголенной спине воительницы. Несмотря на мороз, на арене было жарко и все троллианы не носили ничего, кроме тонких брюк и нагрудников из кожи, какой был на мне, поэтому верхняя часть спины была доступна для царапин. Одного мы с темным не учли, что бритоголовая крутанется на месте и выкинет булаву назад.

Удар пришелся точно по затылку, принося неимоверную боль. В глазах потемнело, я потерялась в пространстве и даже не чувствовала ног. Одно я ощутила четко: Рафа выкинуло из моей головы.

– Слабачка, – выплюнула женщина, завела руку за спину и попыталась почесать свежие царапины.

Я же медленно приходила в себя и понимала, что бой проигран. Когда туша троллианы нависла надо мной, я уже готова была выкрикнуть «Сдаюсь!», но взгляд уловил колебание красного в районе груди воительницы. Пусть меня все еще шатало, в глазах двоилось, а ноги не держали, и я сидела на сырой земле, мысль сдаться испарилась мгновенно. Не раздумывая больше ни секунды, я схватила конец нити судьбы и что есть мочи потянула на себя. Как раз вовремя, ибо троллиана уже заносила булаву для нового удара.

Мой маневр сбил ее с толку. Наверняка теперь эта женщина видела во мне дорогого сердцу человека и просто не могла пересилить себя и нанести завершающий удар. Ее смятение дало мне отличный шанс атаковать противницу, что я и сделала. Я поднялась, посмотрела в растерянные глаза троллианы с занесенной для удара булавой и со всего маха ударила ее лбом в переносицу. Послышался хруст, крик боли, и через несколько секунд песок арены забрызгало кровью поверженной воительницы.