Город-невидимка - Екатерина Неволина

— Но что же я все о своем да о своем! — всплеснула лебедиными руками княгиня. — Лучше расскажите, дорогие гости, о себе, о том, как живете…

— Даже не знаю, с чего начать, — задумался Глеб. — В мире многое изменилось. Хотя, конечно, изменилось скорее внешне — чувства остались прежними.

— Это хорошо, что прежними! — живо откликнулась Ирина Алексеевна, и на свежих девичьих щеках вспыхнул легкий румянец.

Глеб, удивленный ее реакцией, слегка смутился, но рассказ тут же подхватила Динка, которая совершенно точно знала, о чем нужно рассказать княгине прежде всего.

— Появились машины. Они как повозки, но без лошади и гораздо быстрее, — заявила она. — Но самое хорошее, что изобрели компьютер и Интернет… Эм-м… Как бы это получше объяснить… — девочка нахмурилась. — Ну, в общем, это такое устройство, которое может обрабатывать, принимать и передавать информацию. Например, по сети… ну, через Интернет… можно пообщаться с человеком, который далеко от тебя, и даже увидеть его, если у тебя есть Скайп и камера… Это все технические устройства…

— Как же это сложно! — покачала головой Ирина Алексеевна. — Да, мир изменился. У нас все гораздо проще. Если хочешь увидеть кого-то, не нужно так много… как ты там сказала?.. устройств. Можно просто посмотреть в блюдечко.

— Это как?! — не поняла Динка.

Даже Александра, рассеянно слушавшая беседу, с удивлением взглянула на княгиню.

Ирина Алексеевна улыбнулась.

— Ну, не знаю, как объяснить. Может, хотите посмотреть? — предложила она.

— Конечно, хотим! — дружно отозвались все «русичи».

Княгиня дважды хлопнула в ладоши. Дверь открылась так быстро, словно служанка стояла под ней, ожидая приказа своей госпожи, а может, так оно и было.

— Принеси-ка блюдечко и яблочко, — велела княгиня.

Девушка ушла и вскоре вернулась, неся требуемое, и с низким поклоном вручила это Ирине Алексеевне.

— Ну вот, — сказала та, гладя блестящий бок наливного красного яблочка, лежавшего на небольшой серебряной тарелочке. — Если хочешь что-то или кого-то увидеть, подумай об этом, покати яблочко по тарелочке и слова нужные скажи:

Катись, яблочко, катись,

О чем думаю, явись…

— А можно я попробую? — не выдержала Динка и протянула к тарелочке руки.

— Дина, — укоризненно одернул ее Глеб, но княгиня улыбнулась ему:

— Не мешай девочке, ей же интересно, — сказала она и протянула Динке блюдце и яблоко.

Динка, как компьютерный и технический гений, а следовательно, закоренелый материалист, прежде всего внимательно осмотрела и блюдце, и яблочко. Видимо, в поисках скрытых микросхем. Яблоко она даже долго нюхала и, кажется, едва удержалась от того, чтобы попробовать на зуб.

— Хочешь яблочка? — заметила эти манипуляции Ирина Алексеевна. — Ешь, я другое велю принести.

— То есть работает не именно это яблоко? — уточнила Динка, но кусать плод не стала.

— Конечно, — удивилась княгиня, — любое. У нас в саду полным-полно яблок.

— Понятно, — хмыкнула девочка, хотя, кажется, ничего не поняла. Еще покрутила в руках блюдце и наконец решилась на следственный эксперимент.

Она опустила на тарелочку яблоко, покатила его и, зажмурившись от усердия и еще детского желания чуда, забормотала магическое заклинание.

Саша с интересом наблюдала за происходящим и видела, как блюдечко едва заметно засветилось, а потом в середине его появился словно бы экран. На этом экране был кабинет директора школы, сам Евгений Михайлович оказался на месте. Он сидел, склонившись над какими-то бумагами, и вдруг вздрогнул и поднял голову, словно почувствовав, что за ним наблюдают. С минуту он хмуро оглядывал комнату, ища источник непонятного раздражения, а потом вздохнул и снова принялся за бумажную работу.

Яблочко остановилось. Изображение погасло.

— Вот это да! — выдохнула восторженно Динка. — Это же в чем-то даже круче Интернета!

— Тогда возьми. Пусть это пока побудет у тебя, — предложила княгиня.

На Динкином лице промелькнула целая череда разнообразных эмоций: недоверие, счастье, смущение…

— Я… я, наверное, не могу это взять… Это, наверное, очень ценная вещь, — пробормотала девочка, тем не менее прижимая к груди драгоценность и явно не собираясь с ней расставаться.

— Не бойся, — успокоила ее княгиня, — я даю тебе это только на время. Потом вернешь.

— А тут можно увидеть только настоящее или прошлое тоже? — вдруг спросил Северин. Он сидел дальше всех и до этого, казалось, даже не слушал, думая о чем-то своем.

— Почему же только настоящее?.. Что хочешь — то и увидишь, — объяснила Ирина Алексеевна.

Северин кивнул, жадно уставившись на серебряное блюдце, а Саша догадалась, что именно он собирается смотреть на нем, и, кажется, впервые за этот необыкновенный и прекрасный день действительно расстроилась. Смерть Арины была еще слишком свежа в памяти, слишком болезненно воспоминание о том дождливом дне, темном небе, вспоротом молниями, и о бледном лице, разом потерявшем все живые краски. Слишком больно. Зачем же все время растравливать собственное сердце?..

Похоже, Глеб тоже подумал о том же, поскольку нахмурился, кинув быстрый взгляд в сторону друга, а потом посмотрел на княгиню.

— Ирина Алексеевна, спасибо за такой радушный прием, — решительно произнес он, — собственно, мы прибыли сюда, чтобы…

Княгиня смертельно побледнела, и алый платочек, который она вертела в пальцах, упал на пол, показавшись Александре вдруг лужицей крови.

— Прошу вас! — она выставила вперед ладонь, словно стараясь защититься от неведомого зла. — Прошу, не говорите так! Неужели я плохо вас приняла? Может быть, наши кушанья для вас недостаточно изысканны? Или… да… мне не следовало рассказывать эту печальную историю!.. Простите!..

— Но… Видимо, я сказал что-то не то, — Глеб смутился. — Простите мое невежество и… незнание здешних обычаев.

— Нет, ничего, — княгиня вынужденно улыбнулась, но улыбка вышла напряженной, примерно так же могла бы улыбаться мраморная статуя. — Простите меня, мне пора.

Она вышла из горницы, а на полу так и остался лежать тоненький алый платок.

Глеб задумчиво поднял его и беспомощно оглянулся на друзей.

— Зря я заговорил о деле. Она решила, что мы хотим покинуть Китеж, и, похоже, обиделась. Признаться, это я виноват, — сказал он, — в прошлом дела действительно не делались так скоро, нужны были длинные предварительные церемонии. Похоже, нам придется задержаться. Надеюсь, никто не против?..

— Уж точно не я! — хмыкнул Ян. — Мне пока… гм-м… есть чем заняться. Любопытно здесь все устроено.

— Я тоже хочу пока что остаться! — Динка мертвой хваткой вцепилась в серебряную тарелочку, и было ясно, что так просто девочка с ней не расстанется.