Магический кристалл. Серебряные стрелы. Проклятие рубина - Роберт Энтони Сальваторе

освободившемся на окраине складе. Некоторые выборные пытались было протестовать, но если жители остальных городов время от времени и изыскивали средства воздействовать на Брин Шандер, когда речь шла о принципиальных вопросах, то место проведения заседаний Совета их мало интересовало. Кассиус прекрасно понимал важность Брин Шандера для прочих городов и умело пользовался этим для усиления своего влияния. Гвардия Брин Шандера легко могла противостоять объединенным войскам остальных городов, а офицеры Кассиуса пользовались исключительной монополией на установление торговых связей с южанами. Представители других городов, конечно, могли бы спорить и требовать возвращения заседаний Совета на прежнее место, однако, в силу зависимости от столицы, они никогда не решились бы выступить лично против Кассиуса.

Реджис появился в зале заседаний последним. Бросив взгляд на девятерых сидевших за столом выборных представителей, он вдруг в который уже раз смутно почувствовал себя здесь лишним. На самом-то деле его выбрали представителем от Одинокого Леса главным образом потому, что желающих больше не нашлось, в то время как его коллеги из других городов оказались в Совете благодаря множеству заслуг и героических поступков. Это были настоящие лидеры своих общин, люди, делавшие все возможное для процветания и повышения обороноспособности городов. Все они были испытанными бойцами – ведь гоблины и варвары посещали Десять Городов едва ли не чаще, чем на небе появлялось солнце. Для того чтобы выжить в долине, необходимо было уметь драться, и члены Совета действительно были доблестными воинами.

Реджису еще не доводилось выступать на Совете. Его маленький Одинокий Лес, расположенный в небольшом пихтовом лесу, никогда и никого ни о чем не просил. А учитывая его малочисленный рыболовный флот, остальные три города, делившие с ним Мир Дуальдон, никогда не предъявляли к нему претензий. Присутствуя на Совете, Реджис не особенно торопился высказывать свое мнение, ну разве что в ходе голосования, да и то всегда отдавал свой голос в пользу всеобщего согласия. В случае если мнения разделялись, Реджис всегда был на стороне Кассиуса. Выступая в поддержку Брин Шандера, ошибиться было невозможно.

Сегодня Реджис чувствовал себя подавленно. Те страшные вести, которые он собирался изложить, несомненно вызовут град насмешек и язвительных замечаний. Хафлинг глянул в сторону двух наиболее влиятельных выборных. Кассиус – представитель Брин Шандера – и Кемп – выборный от Таргоса – непринужденно болтали, сидя во главе массивного прямоугольного стола. Кемп был невысок ростом, но отличался плотным телосложением. Узловатые мускулистые руки выдавали в нем жителя пограничного городка. Кемп был известен суровым нравом, внушавшим страх как врагам, так и друзьям.

В противоположность ему Кассиуса никак нельзя было принять за доблестного воина. Тщедушная фигура, коротко подстриженные седые волосы, начисто лишенное растительности лицо… Его большие ясные синие глаза прямо-таки лучились. И все-таки любой, кому доводилось повидать его с мечом в руке во главе своих отрядов на поле боя, никогда не усомнился бы в его воинском мастерстве и храбрости. Реджис относился к нему с искренним уважением и тем не менее всегда проявлял осторожность.

– Внимание! – объявил наконец Кассиус, ударив молотком по столу.

По традиции председательствующий всегда открывал Совет, зачитывая длинный список титулов присутствующих. Изначально эта церемония была придумана, чтобы придать Совету значительность, и впечатляла в основном посланцев мелких поселков, которые иногда приезжали, чтобы выступить от лица своих общин. Сейчас же, с уменьшением общественной роли Совета как такового, формальное представление присутствующих лишь затягивало заседание, что крайне раздражало выборных. Поэтому раз за разом вводная часть все более сокращалась.

Закончив чтение, Кассиус перешел к основным вопросам.

– Первый вопрос повестки дня, – объявил он, даже не глянув в лежащие перед ним бумаги, – касается территориального спора между Кер-Конигом и Кер-Диневалом о разделе вод Лек Деннишира. Я вижу, что Дорим Лугар из Кер-Конига привез документы, о которых шла речь в прошлый раз. Поэтому предоставляю слово ему.

Дорим Лугар, смуглый худощавый человек с вечно бегающими глазками, выскочил из своего кресла.

– У меня в руках, – заявил он, сжимая в кулаке свиток старинного пергамента, – исходное соглашение между Кер-Конигом и Кер-Диневалом, подписанное полномочными представителями обоих городов. – С этими словами он ткнул пальцем в сторону представителя от Кер-Диневала: – Тут стоит и ваша подпись, Енсин Брент!

– Соглашение подписано во времена вечной дружбы, – парировал Брент, золотоволосый молодой человек с удивительно простодушным выражением лица, которое нередко позволяло ему легко обводить вокруг пальца людей, считавших его наивным. – Разверни свиток, уважаемый Лугар, и позволь Совету ознакомиться с ним. Пусть уважаемые выборные представители сами убедятся, что в договоре даже не упоминается Истхейвен, а это чрезвычайно важный в данном случае момент. – Сказав это, Брент обернулся к присутствующим. – В то время, когда подписывался договор о разделе озера, Истхейвен и поселком-то назвать было нельзя, – в который уже раз объяснил он. – Тогда у них еще не было ни одной лодки.

– Уважаемые коллеги! – взвыл Дорим Лугар, вырвав выборных из сонного оцепенения, которое уже начало охватывать зал. Спор продолжался в течение уже четырех заседаний, и ни одна из сторон так до сих пор и не добилась перевеса. Вопрос этот был абсолютно безразличен всем, кроме представителей от Конига, Диневала и Истхейвена.

– Вне всякого сомнения, Кер-Кониг не может нести ответственность за возникновение Истхейвена, – сказал Дорим Лугар. – Кто мог предположить, что они построят Восточный Путь? – задал он риторический вопрос, имея в виду дорогу, проложенную от Истхейвена к Брин Шандеру. Как показало время, это было мудрым решением и сильно способствовало развитию городка, расположенного на юго-восточном берегу Лек Деннишира. Соединив преимущество удаленности от основного мира с легкостью перевозки грузов, которую давала дорога, Истхейвен стал одним из наиболее быстро развивающихся поселений Десяти Городов. В настоящее время его флот по численности не уступал флоту Кер-Диневала.

– И в самом деле, этого никто не мог предвидеть, – сказал Енсин Брент. – Совершенно очевидно, что рост Истхейвена поставил Кер-Диневал в условия жесткой конкуренции за наиболее ценные в промысловом отношении участки озера и лишил возможности свободно распоряжаться его северной половиной. И при этом Кер-Кониг нагло отказывается пересматривать условия договора, что совершенно необходимо для восстановления равных прав! Мы не можем развиваться в таких условиях!

Реджис понял, что надо действовать, пока спор между Брентом и Лугаром не вышел из-под контроля. Два предыдущих заседания были перенесены из-за того, что дискуссия становилась неуправляемой. Сейчас Реджис ни в коем случае не мог допустить, чтобы Совет прервался до того, как он сделает сообщение о готовящемся нашествии варваров. Он чуть помедлил, еще раз все взвесил и окончательно понял, что отвертеться от возложенной на него миссии вряд ли