Чужое сердце - Кирилл Клеванский

Вытянувшись на кровати, я впервые смог по достоинству оценить преимущества клоповьего приюта перед ветками и листьями, накрытыми плащом. В такие моменты вспоминается дом, теплая постель, согретая женским телом. Кстати, о женском теле. Это же беда просто! Вот почему в голову всякие бредовые идеи лезут, вот откуда сентиментальные сопли! Да я уже шесть лет как без бабы, пардон за грубость. А Ройс, бедняга, в принципе ни разу не… Отпад, тело двадцатилетнего девственника.

С такими весьма гнетущими мыслями я и уснул. Снились мне, как обычно, дальние страны и летающие острова, уж очень мне хотелось их увидеть. Добряк говорил, что нет ничего живописней, чем эти парящие гиганты.

Что делают нормальные люди по утрам? Правильно – спят. Как альтернатива – зарядка или легкий бег по ближайшему парку. Идеальный вариант, разумеется, – женщина, мирно сопящая на правом плече, и все отсюда вытекающее. А что досталось мне? Мне достался очень юркий клоп. Гоняя его по всей кровати с двумя кинжалами в руках, я успел сделать все – набегаться, потренироваться во владении оружием, вспомнить всю бранную лексику на всех известных мне языках, ну и сломать кровать конечно же. Последний удар, окончивший мучения кровососа, постель не выдержала и с натуженным треском надломилась.

– Эка, друг, – сказал я, стряхивая с кинжала мертвое тельце и вытирая клинок об и так грязные занавески. – Клоп по цене кровати – это уже клиника.

В углу стояла лоханка с затхлой дождевой водой, но мы ведь не благородные и лучшего все равно не будет. Почистив зубы при помощи отвратительного порошка и убогой щетки, я спустился вниз. Там уже вовсю орудовал Шрам, так я его прозвал про себя. Он уверенными движениями протирал и без того чистые столы, снимая стулья. Заметив меня, он подмигнул и вернулся за стойку.

– А ты ранняя птаха, – улыбнулся хозяин таверны. – Правда, я не помню, чтобы вечером кто-то заходил…

– Оставь! – взмолился я. – Ты бы знал, сколько усилий мне стоило прикончить его.

– Его? – опешил мужик. – Да еще и прикончить? Ну… я тебе не судья, конечно…

– Так, погоди, – замахал я руками. С утра мыслительные процессы работали лишь на треть от полной мощности, и поэтому было сложно понять, что мне пытаются сказать. – Ты о чем? Какой, к демонам, судья?

– А ты о чем? – прищурился Шрам.

– О клопе.

Сначала рассмеялся посредник, а потом уже и я. Так мы и стояли минут пять. Под конец я уже держался за живот и еле дышал. Смахивая выступившие слезы, я отрезал от буханки не самого свежего хлеба крупный ломоть, взял немного сыра и запил это дело водой. Хорошо хоть свежей.

– Ладно, слушай сюда, – сказал хозяин, попутно грызя огурец. – У нас тут небольшая заминка вышла. Выпивоха сократил срок до одной декады и прибавил новое условие. Пробку ты должен доставить лично, прямо в столицу. Там же и расчет.

– Заграф дир гос! – выругался я.

– Ого, – присвистнул ухмыляющийся Шрам. – Сильно завернул, вот только над произношением поработай.

Отмахнувшись от уже бесполезного в деле посредника, я стал думать. Вчера контракт был подписан, а меня просто надурили. В заказе такой стоимости неустойка за изменение условий составит всего двадцать пять золотых. А работы прибавляется на все семьдесят. В итоге что? В итоге потеряно почти полсотни золотом и приобретен риск попортить свою, пока целую, шкуру.

– Заказчик, видать, совсем страх потерял? – процедил я сквозь зубы. – Или он себя бессмертным возомнил?

– Для начала оставь эти замашки криволапых идиотов и помни: уши есть везде, – скривился собеседник. – А напоследок – будет тебе наука. Хотел сделать дело быстро, не обговорив все детали? Вот и пожинай.

– «Для начала», – передразнил я Шрама. – Я никому ничего не должен! Дело сделаю, но после расчета не гарантирую жизнь этому идиоту.

– Так об этом никто и не просит. После расчета делай что хочешь, только ботинки не испачкай.

– Догадался уже.

– Ой-ой-ой, какие мы все из себя суровые. Смотрю, зубки раньше времени точить стал? – снова прищурился Шрам. – Ты бы усвоил, что пока еще ничего не стоишь и обучение у Добряка поставило тебя на одну ступень со столичными скилсами, бегающими всей толпой за бочонком дерьмовой браги! Помалкивай и мотай на ус, раз мозгами работать не хочешь.

Вот тут он меня уел. Сыграл вчистую. Закончив обучение, я действительно посчитал себя эдаким суперменом, разве что без обтягивающего костюма и плаща. А вышло так, что на первом же деле меня больно щелкнули по носу, фактически обокрали. А как теперь выпутываться? На одну лишь дорогу уйдет четыре дня, в остатке – шесть. За это время я даже толком подготовиться не успею, придется идти «на сухую», без зелий, ядов и прочего. Да и проблем прибавляется: работа из поля переносится в замок цели, где состоится бал или что-то в этом роде. Дело уже не просто попахивает, а начинает вонять похуже уборной Гайнесов, а по сравнению с ней даже авгиевы конюшни – просто парфюмерный магазин. Да за такие выверты мне полагаются две сотни, а не те гроши, что я получу. Хорошо хоть магов в деле нет, а то мне Добряк давал расклад по цифрам. Присутствие волшебника поднимает цену на несколько порядков, и если учитель не врал, то за Ози он получил чуть больше трех тысяч.

– Ты прав, – согласился я. – Придется работать с тем, что имею.

– Вот это правильно. Вот это уже не сопли пацана, но слова начинающей Тени, – одобрительно кивнул Шрам и похлопал меня по плечу. – Ты время-то не теряй, я тебе сейчас лошадку подгоню, а завтрак и ночлег – за счет заведения.

– Спасибо.

Рассветное солнце, приятно обдав лицо теплыми лучиками, спешило дальше в своей бесконечной гонке с ночной соперницей-луной. Хозяин таверны с нелепым названием взял с меня за животину целых пять серебряных, а это без малого треть золотого. И вот теперь, без седла, как самый последний землепашец, я мчался в сторону родового баронского замка. Вообще количество замков на этих землях просто поражает. У каждого более или менее древнего рода имелось по замку, если не больше. А сколько их у шести высоких родов, и думать-то вредно. Думаю, звезд на небе и то меньше, хотя преувеличиваю, конечно.

К сожалению, я еще не видел ни одного города. Но если верить Добряку, то чем ближе к приграничью, тем меньше город и выше стена. Исключение составляет, пожалуй, столица Империи. Наставник описывал ее как один из величайших городов, уступающий по красоте лишь далеким столицам востока и подземной крепости гномов. Жаль, фотоаппарата здесь нет, а то бы вырядился как недалекий турист – и вперед, разорять общественное достояние и бухать, попутно обвешавшись различной техникой.

В очередной раз ударив пегую кобылу по бокам, я пожалел, что поскупился на седло. Всего два серебряника могли избавить меня от еще одной пытки, которой подверглась пятая точка. Что приятнее, ездить на лошади без седла или на телеге в обществе полусумасшедшего мага? Удобнее бегать, и, если бы на ногах красовались не стоптанные дешевые башмаки, а нормальные ботфорты или, на худой конец, обычные кожаные сапоги, я бы так и сделал. Но я не жалуюсь, так даже интересней. В конце концов разве не этого я желал, будучи мальчишкой? Причем неважно, Ройсом или Тимом – мы оба грезили о приключениях и звоне шпаг. Ну ладно, звон шпаг – это сугубо мой фетиш, Ройс же больше по двуручным гигантам слюни пускал.