Огненный подарочек в академии - Елена Шмидт

Взяла в руки газету объявлений, матушка постоянно выписывала её, подыскивая, то новых служанок, то ей были нужны ещё садовники, то грузчики, чтобы занести или вынести мебель. Чтобы как-то отвлечься, стала просматривать странички. Глаза застилали слёзы, я сглатывала их, думая о своём драконе, который прочно занял место в сердце. Представлять себя в объятиях прелестного старичка сил не было совсем. Совершенно случайно мой взгляд зацепился за объявление следующего содержания: «Уважаемые дамы и господа! Спешим сообщить вам, что на Геликосе открыта Мириамская академия магических искусств. Принимаются все магически одарённые личности. Обучение неимущих за счёт правительственных средств, с последующей отработкой. Для поступления достаточно доказать наличие магического дара».

Меня затрясло, вот оно решение моих проблем. Снизу была приписка, рассказывающая, из каких фондов это будет финансироваться, кто выступил инициатором создания, а также то, что ректором сегодня был назначен Оливер Лаун. Я подскочила от неожиданности. «Дядя?» — я не верила глазам. Дядя Лаун не появлялся у нас лет десять, потому что повздорил с матушкой, считающей его чудаком, и надолго куда-то уехал.

Раньше, когда он ещё приходил к нам, мы с ним были очень дружны. Тогда много лет назад, уходя, он сказал мне, что я всегда могу на него положиться. «Дядя! — чуть не закричала я. — Ты так мне нужен! Как же мне к нему съездить?» — я соскочила со стула и стала бегать по комнате, заламывая от безысходности руки.

Внезапно в дверь тихонько постучали. Я подскочила к ней, распахнула и увидела человека, которого безумно любила.

— Няня! — радостно выдохнула я, а старушка быстро прошмыгнула в комнату.

— Золотце моё, — обхватила меня и притянула к себе, — это что же твоя мать удумала? Отдать тебя старому козлу!

— Няня, — я укоризненно покачала головой и рассмеялась. Нянюшка, как всегда, очень метко даёт оценку происходящему. Именно это слово крутилось у меня всё время на языке. Только выучка мадам Дюбуа не дала обидеть животное.

— Так что думаешь делать, детка? — зашептала она. — Бежать тебе надо отсюда, пока они тебя не отдали этому старому хряку. Потом может не получиться.

— Нянюшка, — я схватила её за руки, — мне надо срочно увидеть дядю Оливера Лауна.

— Зачем тебе этот пройдоха? — удивилась она.

— Он не пройдоха, — заступилась за родственника. — Няня, послушай, его назначили ректором магической академии. Я всегда мечтала учиться. Ты же знаешь почему, — я умоляюще смотрела в голубые, практически не выцветшие хитрые глаза. Нянюшка была единственная моя помощница, лишь она знала, что происходит со мной и как мне тяжело. Она была моей сообщницей во всех делах. Без неё не видать мне перчаток, что сдерживали пламя в руках, и не скрыть прожжённых дырок на скатертях, шторах и платьях. Это она заказывала перчатки в магических лавках Диорании, снимала шторы и относила в ремонт испорченные вещи.

— Да поняла я, поняла, — махнула она рукой, о чём-то размышляя. — Слушай, сейчас Свен должен отправиться в город, твоя матушка, как всегда, заказала себе очередную омолаживающую косметику, которую только что привезли из какого-то забытого богами мира. Он должен забрать заказ. Идём скорее, отправишься вместо него, заодно заскочишь к своему дяде. И если всё сладится, то больше не возвращайся, коня, матушкин заказ и одежду Свена вернёшь с посыльным.

Я радостно подскочила, сердце заходилось в груди от радости и страха. Тут же вспомнилось детство и мои проделки с Кларком. Я поспешила за нянюшкой. Закрыв дверь, мы с ней проследовали по коридору в левое крыло особняка, где на первом этаже располагались комнаты для прислуги и большая светлая кухня. Я спряталась в кладовой, а няня нашла Свена, как раз в то время, когда он собрался уходить, и заскочил на кухню, чтобы взять в дорогу обещанный ему пирожок.

— Ну-ка иди сюда, — скомандовала няня пареньку лет пятнадцати. Свен, не раз пойманный на воровстве сладостей, испугавшись, чуть не дёрнул в дверь без своего, честно заработанного пирожка, но няня, явно ожидавшая от него нечто подобное, быстро схватила его. — Пойдём, у меня к тебе дело есть, — потащила его к двери, — не переживай, с меня блюдо пирожков. А сделаешь всё как надо, насыплю кулёк карамелек.

Блюдо пирожков сразу перевесили чашу весов, и Свен с няней быстро пошли в её комнатку. Через десять минут я переодевалась в его вещи в каморке, а он сидел, обмотавшись простынёй, лицом к стене, пил вкуснейший шоколадный напиток и поглощал со скоростью света пирожки, что принесли с кухни.

— Да не торопись ты так, Свен, — подошла к нему нянюшка и погладила по вихрастой макушке. — Я тебе ещё прикажу принести. Тебе здесь придётся посидеть, пока твою одежду не вернут. Можешь поспать на диванчике, когда наешься.

Я облачилась в вещи, собрала волосы и надела кепку. Закончила и мы выскочили из дома, где нас уже поджидал осёдланный гнедой жеребец, и тут, откуда ни возьмись, в проёме дверей нарисовалась мадам Дюбуа.

— Куда это мы собрались? — спросила она. Я юркнула за жеребца и уткнулась носом в седло.

— Кто? — голос нянюшки выражал полное недоумение. — Вот Свен едет в город, графиня отправила его по своим делам, а я хотела, чтобы он мне капли от головной боли купил, потому принесла ему деньги. А что, что-то случилось?

— Случилось, — мадам Дюбуа стала обходить по кругу жеребца, я попятилась от неё. — Свен, — позвала она, — мне тоже надо купить лекарство. Подойди, я тебе монеток отсчитаю.

Мне хотелось закричать от безысходности, я была в шаге от того, чтобы попробовать сбежать, но, видимо, не судьба. Я сжала зубы и попросила Святейшего, чтобы он обрушил на эту мадам все несчастья, начиная от расстройства живота до несварения желудка.

— Свен, я всё знаю, — вдруг сказала она, — представляю, что ты сейчас мне желаешь, выходи давай, я в курсе твоих проделок.

Мне ничего не оставалось, как выйти из-за крупа жеребца. «Святейший, только бы не полыхнуть от безысходности. Всё хорошо, всё хорошо», — повторяла я про себя, стараясь успокоиться.

— Почему ты так выглядишь? Что это за маскарад? Почему собрался в город в старой одежде? Так можно опозорить дом семьи Деброн, — набросилась она. Потом осмотрела меня с ног до головы ещё раз и повернулась к няне.

— Сюзен, у тебя ещё остался тот замечательный коньячок, что тебе передают с Заорании? — прошептала заговорщически ей.

— Конечно, Мари, — подошла к ней нянюшка, — я там ещё нам закусочку приготовила. Свен, — посмотрела строго на меня, — что открыл рот? Давай скорей, поезжай по своим делам, а мы пойдём немного расслабимся, то есть полечимся, всё-таки голова и зубы доставляют немало хлопот.

— Я тоже бы сбежала, — прошептала мне мадам и подмигнула, — как только посчитала бы разницу в возрасте и увидела вставную челюсть. Постарайся передавать нам весточки, как у тебя дела. Жаль не могу тебя обнять, боюсь привлечь внимание. Вот тебе монетки, — громко сказала она, — купи мне настойку от зубной боли, а то я сегодня слягу от неё совсем, — сунула мне в руки увесистый кошелёк. — И не смотри так, мне нужны три пузырька, сдачу оставишь себе на нужды.