Бегущий в лабиринте - Джеймс Дэшнер

Наконец, провыв целых две минуты, сирена смолкла. В центре двора, вокруг стальных дверей собралась толпа мальчишек. Томас, вздрогнув, осознал, что он прибыл сюда через эти двери не далее как вчера. «Вчера? Неужели только вчера?»

Кто-то подёргал его за локоть. Чак.

— Как делишки, Чайник? — спросил он.

— Отлично, — ответил Томас, хотя это было невообразимо далеко от правды. Он указал на двери Ящика. — Что это все как будто спятили? Они ведь тоже прибыли сюда точно так же, разве нет?

Чак пожал плечами.

— Кто его знает... Думаю, всегда шло по графику: раз в месяц, в один и тот же день. Может, те, что заправляют делами, решили, что облажались с тобой, вот и послали кого-то тебе на замену. — Он ткнул Томаса локтем под рёбра и хихикнул. Почему-то из-за этого пискливого смешка Томас почувствовал к своему новому приятелю ещё большее расположение.

Он метнул в него притворно сердитый взгляд:

— Честное слово, какой ты доставучий!

— Да, но мы же теперь всё равно приятели! — звонко расхохотался Чак.

— Похоже, от тебя просто некуда деться, — сказал Томас, но на самом деле он очень нуждался в друге, и Чак вполне подходил для этой роли.

Чак сложил на груди руки, вид у него при этом был весьма довольный.

— Ну вот и хорошо, Чайник. В таком месте, как наш Приют, каждому нужен товарищ.

Томас шутливо ухватил Чака за воротник.

— Ну хорошо, товарищ, тогда зови меня по имени — Томас. Не то брошу тебя в яму, когда Ящик уедет. — Это натолкнуло его на одну мысль, и он отпустил Чака. — Постой-ка, а вы не пробовали...

— Ага, пробовали, — оборвал его Чак, даже не дав закончить фразу.

— Что «пробовали»?

— Пытались спуститься в Ящик после того, как доставали оттуда посылку, — пояснил Чак. — Ничего не вышло. Он просто стоял на месте и никуда не двигался. Пока из него не убирались.

Томас вспомнил, что Алби это ему уже говорил.

— Да, я знаю. Но вы пробовали...

— Пробовали.

Томас с трудом подавил стон — эта игра начала ему надоедать.

— Тьфу ты, как с тобой трудно разговаривать! Пробовали-пробовали... Что пробовали-то?

— Спуститься в шахту, когда Ящика там не было. Не-а, не получается. Двери открываются, всё нормально, но под ними — пустота и темень. Ну совсем ничего. Никаких тебе тросов, nada[4]. Голый номер.

Да разве такое возможно?

— А...

— И это тоже пробовали.

Томас уже и стонать устал.

— О-кей, что? Что вы пробовали?

— Бросали всякую дрянь в шахту. Удара о дно так и не услышали. Яма просто бездонная.

Томас немного помолчал перед новым вопросом: не хотелось, чтобы его сходу обрывали.

— Ты что, экстрасенс, мысли читаешь? — Он постарался вложить как можно больше сарказма в свои слова.

— Да нет, просто я очень умный, — пренебрежительно отмахнулся Чак.

— Чак, не надо от меня отмахиваться, — сказал Томас, улыбаясь. Чак действительно чуть-чуть раздражал его, но было в мальчике что-то такое, отчего всё вокруг как-то светлело и уже не казалось таким мрачным. Томас набрал побольше воздуха в грудь и оглянулся на толпу, окружающую вход в шахту. — М-да, ну и сколько времени это занимает? Ну, чтобы посылка дошла сюда?

— Обычно приходит через полтора часа после сирены.

Томас на секунду задумался. Должно же быть что-то, чего они не пробовали!

— Ты точно знаешь насчёт шахты? А вы никогда... — он подождал, думая, что сейчас его снова оборвут, но не дождался и продолжил: — Никогда не пробовали сами сделать трос?

— А как же. Сплели из плюща. Длиннющий. Этот маленький эксперимент... ну, так скажем, завершился не совсем удачно.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Томас и подумал: «Интересно, что последовало на этот раз».

— Я при этом сам не был, но слышал, что пацан, который вызвался на это дело, не успел спуститься на десять футов, как что-то просвистело в воздухе и вж-жик! — разделило его ровненько на две половинки.

— Что? — расхохотался Томас. — Думаешь, я поверю этой сказке?

— Ах так, умник? Так я тебе скажу, что видел косточки этого бедняги. Разрезан точнёхонько пополам, словно масло ножичком. Останки хранятся в гробу, чтобы остальным была наука.

Томас ожидал, что Чак вот-вот рассмеётся или хотя бы заулыбается, ведь не может же он говорить это всерьёз. Слыханное ли дело, чтобы кого-то неизвестно что разрезало на две половины? Но Чак и не думал смеяться.

— А ты не шутишь?

Чак лишь бросил на него пристальный взгляд.

— Я не врун, Ча... Томас. Ладно, пошли взглянем, кого там принесло. Надо же, кто б мог подумать, что тебе выпадет быть Чайником только один день. Вечно всяким остолопам везёт...

Пока они шли, Томас успел задать единственный вопрос, остававшийся невыясненным:

— А почему ты так уверен, что там «кто-то», а не припасы какие-нибудь?

— Потому что когда приходят припасы, тревога не звучит, — просто ответил Чак. — Они появляются каждую неделю в один и тот же день, в один и тот же час. Ты только глянь! — Чак затормозил и кивнул в сторону толпы. Из неё, зло прищурившись, на мальчиков уставился Гэлли.

— Вот чёрт, — сказал Чак. — Мужик, ты ему не нравишься.

— Ага, — буркнул Томас. — Я как-то и сам уже догадался. — Он отвечал Гэлли «любовью на любовь».

Чак ткнул Томаса локтем в бок, и ребята продолжили свой путь. Подойдя к толпе, они примолкли и стали ждать. Разговаривать Томасу — после того как он оказался рядом с Гэлли — резко расхотелось.

А вот у Чака охота не пропала.