Последняя Арена 7 - Сергей Греков

— Ну?.. — спросил я у материализованного жезла. Хаотическое оружие на мой глубокий вопрос не дало никакого ответа. — Гну…

Айгыз, конечно, успеет разрушить все нужные алтари — это дело нехитрое. Ей не нужно гадать, какие характеристики и какой класс выбирать, но для распределения баллов по параметрам требуется время. Помнится, развитие той же мощи в первый раз у меня заняло часа два с половиной. Маловероятно, что она не захочет усилиться и прочувствовать на себе все прелести, даруемые системой. В общем, прожду её некоторое время, но, если не появится — ходу отсюда. А пока что у меня имеются другие дела. Надо ещё одному человеку передать способность инициализатора.

Я купил фиал, покинул данж и сразу же понёсся к дому Зенги-Бабы. Почему туда? Я вспомнил избитую женщину, которую раз за разом насиловала толпа ублюдков, смелую девчонку, переживающую за брата, и хрипящего мальчишку с проломанной грудной клеткой. Надеюсь, ребёнок ещё жив. Если подключится к Игре, то он сможет воспользоваться зельем регенерации и достаточно быстро залечит все повреждения.

Ко всему прочему там неподалеку находился Алдияр. Снова, наверное, интуиция взяла бразды правления в свои руки, но мне почему-то кажется, что у него нет запасных жизней и что само мироздание хочет избавиться от него. Когда сдохнет, из его инвентаря выпадут предметы. К порядку он не принадлежит, так что я спокойно заберу все вывалившиеся артефакты. Все, включая шкатулку, в которой хранятся нити опыта. И данный предмет я передам Айгыз, но перед этим вложу туда несколько сотен тысяч опыта. Этого хватит, чтобы новые игроки, когда у них снимется ограничитель, достигли десятого уровня. Там уже и почта откроется — смогут скооперироваться. Шанс на выживание я им дам.

К тому же, если никто не проболтается, то другие избранные очень долго не узнают, что у них под боком зреет могущественная и многочисленная сила. Их хаотическое естество проявится только через год — по нынешним временам такое время сопоставимо с целой жизнью. Я подключен к системе меньше пяти месяцев, а создается ощущение, что прошло уже лет пять. И ведь при этом у меня было несколько значительных временных скачков!..

Я бежал. Ладони сжимали два предмета: первый — сфера телепорта, чтобы в случае надобности смыться от опасности, второй — убойное зелье, аннигилирующее пространство в радиусе двадцати сантиметров. Склянка предназначалась для меня. Если кто-то из адептов порядка ударит коварным заклинанием, то я моментально убью себя.

Уже попадались суетливые группы игроков, сверкающих дешевой броней и грозно оголивших системное оружие. Пару автоматчиков зыркали по сторонам, пытаясь обнаружить неведомого врага, но мой арканум перекрывал их наблюдательность. К тому же я двигался вдалеке, чтобы кто-то глазастый не засёк рябь воздуха и не шарахнул наудачу.

Подумать только, когда-то я был доволен, что приобрел качественные лопаты и вилы. В тот момент ощущал себя всесильным, готовым не только встретиться с любой тварью, но и победить её. Потом у меня появился огнестрел, и мои игры с железками показались детской возней в песочнице.

Следом я обрел магию, защитные артефакты, способности и уже всякие пистолеты перешли в разряд «бесполезно». Через год-другой, наверное, буду смотреть на себя нынешнего и ухмыляться. Опыта у меня станет намного больше. Смогу выкладывать на один элемент брони сотни миллионов. Я же видел на аукционе интересные образцы, по сравнению с которыми моя кираса паладина — смешная безделица. Но сейчас это дорого для меня. Пока что работаем с тем, что имеем. Да и автоматы я зря недооцениваю. Угодит шальная пуля в голову, когда я буду без шлема и без защитной повязки — и здравствуй перерождение. Хотя с такими мыслями и отвертки можно бояться. Если попадет кто-нибудь острием в висок, приятного мало.

Я двигался вдоль дома с высоким кирпичным забором. В строении отсутствовали игроки, зато имелся данж. Оглянувшись по сторонам, перемахнул через ограждение. Затем заскочил на террасу второго этажа и лезвием срезал замок балконной двери.

Послышались встревоженные разговоры неинициализированных. Они забились в помещение и носа не высовывали на улицу. В принципе, верное решение. Тут рядом происходят непонятные события, в которых замешаны игроки, так что им в наши разборки лезть не стоит.

Донеслось эхо автоматной очереди, а после и мощный взрыв. Что за чёрт? Я же сейчас ни с кем не воюю.

Проверил карту и удостоверился, что Лика до сих пор не вышла из хаотического провала. Странности, однако… Паника нарастает.

Через пять секунд вспыхнуло оповещение об уничтоженном игроке. Потом ещё одно. После — третье и последнее. При этом мне отсыпало немало опыта, который я сразу же конвертировал в шкатулку.

Так, видимо, кто-то не разобрался в ситуации и убил постороннего человека. Тот улетел на поле с артфиксами, и попал там в устроенный мной филиал ада. Ну или всё гораздо прозаичнее: под шумок избранные начали избавляться от недоброжелателей, конкурентов и прочих насоливших. Контингент тут такой, что удар в спину ближнего — это норма.

Проник в подвал и установил очередную точку телепортации. Следом пошарился на кухне и нашел несколько пятилитровых бутылок. Припал к горлышку, жадно заглатывая воду. Всем хороши авалонские батончики, но от них жуткий сушняк. Да и километраж я немалый намотал.

Поместил четыре ёмкости в баул — пригодятся. Потом запихнул пару обычных ножей — отдам Айгыз.

Активировал стихийного жучка и вскинул брови. Алдияр находился в трех сотнях метров от меня. Он попадал в зону действия картографа жизни. Одна из отметок — его. Проблема была только в том, что рядом с ним находилось ещё четверо бойцов. Хотя у меня уже появилась идея, как можно обезвредить эту пятёрку, не привлекая к себе особо внимания, но пока есть дела поважнее.

Спрыгнул с балкона. Снова забег по территории. На мой след ещё никто не вышел — как-то медленно поселение работает, но мне это на руку.

Вскоре я просачивался в знакомый дом, который Зенги-Баба превратил в притон. Пока что никто не позарился на хоромы извращенца.

Сразу же увидел опухшую девчушку с безжизненным взглядом. Она трясущимися пальцами держала брата за руку. Мальчишка тяжело и отрывисто дышал, высунув фиолетовый язык через бледные губы. Конвульсивные подергивания говорили, что счет идёт на минуты. На подбородке виднелись засохшие кровавые разводы. Признаков сознания нет. Агония… Зато теперь я могу спасти этого человека, но мне требуется кто-то более взрослый, чтобы помимо подключения к метрике мира передать ещё и информацию,