Девятый вал I: шторм судеб - Александр Спиридонов

руководителем разведывательного звена Армады, не участвовал в сражениях, а, скорее, отвечал за получение информации, способствующей это сражение организовать. Тайные интриги, спекуляции, шантаж — Ласкелар знал все о внутренней жизни квадросоюза, заключенного между Галерией, Банкором, Мор-Отаном и Тева-Отаном. Его агенты засели в большинстве городов этих стран и пустили свои корни во все системы взаимодействия между ними. Секреты, которые, казалось, имелись между странами и городами, были преподнесены на ладони одному из капитанов Мелеха. Диверсия была излюбленным оружием в арсенале Ласкелара, которым он и поразил сердце Ландау. Сейчас же, находясь в центре тайной канцелярии замка, он снова искал информацию о грязной изнанке квадросоюза, чтобы в последующем доложить о ней генералу.

«Хм, снова отанийцы точат зубы на Банкор. Опрометчиво, могут и поломать», — подумал Ласкелар, выходя из канцелярии. Уверенно двигаясь по коридорам центральной части замка, он обнаружил королевские покои. Зная, что король в Ландау лицо фигуральное и все основные решения принимает капитан военного корпуса, картина, открывшаяся ему, не вызвала у него никакого удивления. Несколько убитых стражников, что охраняли короля, и, конечно же, сам король, лежащий в своем ночнике непосредственно в луже крови, истекающей из распоротого живота, и с торчащим из сердца кинжалом, в котором прикреплено письмо генерала, адресованное тем, кто его найдет. В соседней комнате он обнаружил его жену со следами сексуального насилия и перерезанной глоткой. Мелех не запрещал своим солдатам подобные моменты. Сам факт получить к себе в расположение жену короля, как никогда, мотивировал бандитов взять замок, устраивая своего рода соревнование по типу, кто первый — того и добыча. Сам же король Мелеху был ни к чему, поэтому брать его живьем также никто не собирался, в отличие от документов, хранимых в его покоях. Наблюдая, как несколько пиратов вытаскивают из взломанной комнаты кучу бумаг, Ласкелар уточнил:

— Судя по ножу в груди и письму, генерал уже ознакомился с бумагами?

— Да, первым делом, — ответил светлоглазый пират.

Глава тайной службы осмотрел взглядом всю комнату:

— Вижу, варгодийцы себя не сдерживали.

— Да сэр, сегодня они дали волю эмоциям.

— Это мне в них и не нравится, — ответил Ласкелар. «Что-то солдат маловато, — подумал он, наблюдая свидетельства зверств бандитов Морского Дьявола. — Неужто отправил всех на защиту города? Что ж, достойно, но глупо».

Ласкелар был на службе у Мелеха уже 12 лет. За это время он, изгнанный из могущественного государства-континента Элеонора, дослужился до главы тайной службы и являлся фактически правой рукой Морского Дьявола. Солдаты относились к нему с опаской. Ощущая его вездесущее присутствие, они чувствовали, что даже их мысли известны деснице Мелеха. Сам по себе Ласкелар не выглядел грозно. На своем гладко выбритом, с острыми чертами лице он носил длинные, зачесанные назад волосы цвета пшеницы. А также украшение, связывающее его с Элеонором, круглые очки с тонкой золотой оправой, являющиеся весьма распространенными среди знати государства- континента. В одежде он предпочитал светлые тона и, как правило, одевался в стандартный, пошитый на заказ повседневный костюм, так не подходящий для образа жизни солдата, но прекрасно подходящий для главы тайной службы. На ногах же он всегда носил высокие туфли из змеиной темно-зеленой кожи, с небольшим каблуком на резиновой подошве и металлической окантовкой, что придавало характерный звук каждому его шагу. На бедре красовалась сабля, конечно же, выкованная из огнуса, по причине чего она имела особую легкость и прочность. Сражаться он не любил, но уж точно умел, хоть и использовал данный навык лишь в крайних случаях своих вылазок в город.

Смотря на разрушенный город через разрушенную стену королевских покоев, он отметил небольшой, окруженный деревянным высоким забором дом, стоявший прямо позади замка и совершенно не тронутый во время сражения. Дом был не новым, но на нем не виднелось следов сажи и пепла, будто сторонний наблюдатель, этот дом смотрел за смертью города, но сам не имел к этому никакого отношения.

— Дом позади замка? Это еще что за моветон? Королевская дача? Точно нет: в докладах бы фигурировал этот факт, да и место паршивое, — говорил он себе под нос.

— Есть что-нибудь интересное? — прервал его размышления спокойный и низкий голос, раздавшийся со спины.

— Да, адмирал, я обнаружил письмо капитана Альдима в ответ на запрос Тевека Аотана из Кафии. Судя по всему, созывался совет с предложением внедрить еще больше разведчиков в Банкор вследствие их признания нашего правления в общем Южном море, — монотонно проговорил Ласкелар, отдавая письмо Мелеху. — Учитывая уже имеющиеся у нас данные, можно сделать вывод о напряжении обстановки внутри квадрсоюза и возможном раздоре. Исходя из данного письма, Альдим предположил об увеличении цен на галерийский камень для Банкора, но он ошибается.

— Ошибался… — перебил его генерал.

— Ошибался, — поправил себя Ласкелар, догадавшийся о прерванной жизни капитана военного корпуса. — Мои люди говорят о внутреннем конфликте среди высших лиц Галерии. Кто-то действительно ратует за увеличение цен для Банкора, считая их действия безрассудными, но стоит отметить, что большинство считает взаимодействие с нами разумным. Назовем это экспансий на торговые корабли Галереи. Их аргумент следующий: победить они нас не могут, потери промышленности значительны, так, может, легче признать нас и платить предлагаемую нами торговую пошлину за безопасность кораблей, чем полностью потерять все, что транспортируют через море. В любом случае решение за королем.

— Прогнозы?

— Я считаю, что король примет решение большинства. Король есть король, но без поддержки людей его статус лишь временный. Власть — это крепость, а поддержка людей — ее фундамент.

— Возможно. Передай им, что наше предложение о десяти процентах пошлины временно, и, если они не примут решение в течение трех дней, она увеличится еще на десять, и так каждые три дня. Это простимулирует скорость принятия решения.

— Будет исполнено генерал, — делая шаг к выходу, сказал Ласкелар.

— Постой, — не смотря на него и не делая ни малейшего движения в его сторону, скомандовал Мелех. — Какой странный домишка позади замка, в докладах его не было, и он даже не тронут. Что это?

— Хм, — Ласкелар ощутил, как ускоренно забилось его сердце. Дыхание стало глубже: не было информации о доме, находящемся прямо на лужайке замка. Незнание чего-либо для Ласкелара было исключено. Прекрасная осведомленность обо всем сделала его тем, кто он есть, придавая большое чувство тревоги в этот момент.

— Ты стареешь, Ласкелар, — ехидно проговорил Мелех, бросая взор на десницу. — Не припомню, чтобы ты чего-то не знал.

— Прошу простить, адмирал: это моя недоработка. Но, если быть честным, в докладах разведки этот дом не фигурировал, и я нахожусь в небольшом смятении. Раньше такого