Королева нагов - Анна Одувалова

Нам обеим было страшно, даже из комнаты мы вышли крадучись и постоянно оглядываясь, словно опасались, что кто-то догадается о наших нехороших замыслах. Я впервые чувствовала себя преступницей, хотя еще ничего не успела сделать постыдного, но это щемящее чувство неуютного стыда раздражало и заставляло шарахаться от каждого шороха. Подозреваю, со стороны мы выглядели жалко. Ксюха посмотрела на меня, остановилась и решительно сказала:

— Нет. Так дело не пойдет. Выдохнули, расслабились и пошли вперед, весело улыбаясь, словно отправляемся на ужин. Почему мы жмемся к стене, словно воришки?

— Кстати, по поводу ужина! — оживилась я. — Может быть, зайдем сначала в столовку? Мне от нервов начинает сильно хотеться есть.

— Никаких столовок. — Подруга была сурова и непоколебима. — На сытый желудок хуже бегается. — Мне не понравился Ксюхин настрой, я даже сбилась с шага, и подруга тут же поспешила уточнить: — И вообще, после ужина уже ничего не захочется. Сначала грандиозные планы по разоблачению, а еда после. Хороший диверсант — голодный диверсант, — перефразировала Ксюха известную поговорку и ускорила шаг.

Меня все это очень напрягало, но спорить я не решилась и на подгибающихся ногах двинулась дальше. Я не представляла, как мы проникнем в кабинет к помощнице директора, и совсем не знала, как это можно сделать незаметно. На время ужина коридоры оживали, а кабинеты администрации находились на одном этаже со столовой, видимо, чтобы лицейское начальство не оголодало, бегая по закоулкам старинного здания. Ей-богу, я бы с большей охотой спустилась еще раз в подземелье. Живущих там не вполне реальных монстров я боялась на порядок меньше, чем разгневанную Елену Владленовну. В подземельях было лишь чувство страха, здесь к нему примешивался еще и стыд. Какую бы благую цель мы ни преследовали, копаться в компьютере помощницы директора было плохо, и я это прекрасно понимала. От осознания преступности собственных замыслов становилось еще хуже.

Мы неспешным шагом прогулялись по подземному тоннелю между корпусами и по лестнице вышли в холл первого этажа. Перекинулись парой слов у зеркала, висящего между лестничными пролетами, с уже успевшими поужинать однокурсницами, пообещали Олегу и Теме, что обязательно сегодня вечером будем в холле второго этажа.

Олег был настроен пообщаться со мной подольше, но я так сильно нервничала, что не смогла связать и двух слов, только стояла и глупо улыбалась, пока Ксюха болтала за двоих. Она обладала удивительной способностью найти тему для разговора с любым человеком. Знала, например, что Тема интересуется историей Древнего мира, и тут же упомянула про какую-то археологическую находку, которую ученые обнаружили в песках пустыни Сахара. Об этом с утра говорили в новостях, я пропустила мимо ушей ненужную информацию, а Ксюха запомнила. Потом так же мимоходом обсудила с Олегом вчерашний футбольный матч и развитие нанотехнологий в России. Причем все это с искренним интересом и совершенно свободно. Я так не могла. Мне казалось, просто нереально помнить об увлечениях каждого своего знакомого и уметь проявлять к ним искренний интерес.

Огромное старинное зеркало в потемневшей бронзовой раме висело между лестничными пролетами справа от меня. Около него постоянно толпились прихорашивающиеся лицеистки, и я все никак не могла уловить свое отражение, чтобы посмотреть, не растрепались ли волосы и не размазалась ли тушь. Наконец пространство освободилось, и я сделала шаг в сторону, чтобы видеть свое отражение ближе. Мое внимание привлекла неясная тень в зеркале. Сзади отражалась Ксюха и общающиеся с ней парни, вот Олег поворачивает голову… и на его щеке проступают отчетливые стальные чешуйки. Я прикрыла рот рукой, стараясь не вскрикнуть, и резко обернулась назад. Парень как ни в чем не бывало улыбался Ксюше, а на его гладкой щеке не было даже щетины. Я, чувствуя, что снова начинаю сходить с ума, снова уставилась в зеркало, но и в отражении сейчас не было ничего странного. Я, так и не поняв, что происходит, отступила назад, но еще несколько раз пыталась поймать странное отражение — пробовала делать вид, что увлечена разговором, а сама невзначай косилась в сторону зеркала, но так и не заметила ничего подозрительного. Видимо, все же воображение сыграло со мной очередную злую шутку.