Осада. Часть 2 - Сергей Садов

— Может, вы не ели? Угощайтесь.

Тут же слуги вынесли и поставили на стол кувшин с вином и отлично прожаренный стейк, источающий умопомрачительный аромат. Карен сглотнул, и тут же машинально проверил мясо и вино на яды. Конечно, чисто. Ну тут без сюрпризов. Искусство отравления как-то не прижилось в мире, где каждый, даже крестьянин, может быстро и точно проверить еду.

— Мы сюда не есть пришли! — рявкнул Карен, потеряв самообладание.

Осмон позади мысленно скривился. Что он творит⁈ Карен — идеальный кандидат в парламентёры, всем своим видом демонстрируя мощь гарлов, он одним своим присутствием мог подавить кого угодно, этакий детина под два метра, у которого бицепсы в обхват как у иного талия. И при этом совсем не дурак. С точки зрения Осмона, у него был единственный недостаток — он был слишком молод, всего двадцать четыре года. Но раньше как-то прокатывало. И вот сейчас этот недостаток проявился. Столкнувшись с чем-то неожиданным, он растерялся и сейчас совершенно не понимает, как себя вести. И тем самым всем показывая, что гарлы, в общем-то, действительно варвары. Но как отреагирует девчонка? Рык Карена вгонял в дрожь и бывалых мужей. Девчонка же улыбнулась как-то виновато.

— Это одна из моих ошибок, да? Простите, я потом уточню у советников, в чём не права. Продолжайте, господин… Э… Простите, вы не представились.

Осмон прикрыл глаза. Чудовище. В кресле сидит настоящее чудовище, которое со своей невинной улыбкой буквально размазывала Карена… С соблюдением всех приличий.

— Я — Карен, посланец верховного вождя гарлов Лата!

Карен, похоже, даже не понял, что происходит. Девочка кивнула.

— Спасибо. Продолжайте, господин Карен. Что хочет верховный вождь Лат?

Карен покосился на стейк на столе, который продолжал источать аромат. Сглотнул.

— Верховный вождь Лат предлагает вам сдаться, тогда ваши жизни будут сохранены.

— Сдаться? То есть ваш вождь хочет захватить Тарлос?

— Да.

— Хм… — Девочка задумалась. — Но это же наш город.

— Если сдадитесь, будет наш! — Видимо Карен посчитал такой ответ остроумным.

— Не могу, — девочка развела руками. — Меня папа ругать будет.

— Что?

— Папа будет ругать, если я отдам вам его город. Город ведь моему отцу принадлежит, как правителю герцогства. Только он может что-то своё отдать. А если это сделаю я, то он меня будет ругать.

И снова эта невинная улыбка. Осмон и хотел бы сказать, чтобы Карен закруглялся, но не знал, как это сделать кратко. Если же он начнет что-то нашептывать, то его прикрытие как простого сопровождающего накроется.

— Тогда многие погибнут, и вы будете нести за это ответственность!

Глаза девчонки вспыхнули.

— Вы тоже читали описание Каройской войны, да? Мне этот момент тоже нравится. Как там было… Командующий Рокской империи осадил город Лурис и послал им сообщение, что если они не сдадутся, то ответственность за это ляжет на вождя луров. А вождь ему ответил: «Моя ответственность всегда со мной». Я, правда, не совсем поняла это, потом папа объяснил. Меня всегда восхищали такие моменты.

— Что? — опять растерялся Карен. Осмон был уверен, что никакое описание войны Карен не читал.

— Ну как же? Все герои книг всегда говорят такие возвышенные слова. Вот, например, я еще читала. Один царь говорит другому: «Наши стрелы затмят солнце!» А тот отвечает: «Тогда мы будем биться в темноте!». Или вот: «Если через час вы не сдадитесь, то живые позавидуют мертвым»… Ой, это не совсем про героев. Это про пиратов.

Карен молча смотрел на девчонку на троне, явно пытаясь сдержаться и не сказать всё, что ему хочется. Осмон осторожно ущипнул его за спину.

— Держи себя в руках, ты представляешь сейчас гарлов.

— Что она несёт? — буркнул он.

— Считай, что она пытается вывести тебя из себя.

Это объяснение было понятно, и Карен сумел взять себя в руки.

— Леди, жизнь — это не ваши книги.

— Да, — вздохнула девчонка. — Это я поняла. Вот приказываешь, а получаешь не то, что хочешь.

— Потому я ещё раз хочу донести до вас волю верховного вождя гарлов. Сдавайтесь и тогда не будет лишней крови.

— Хм… Сейчас мне надо придумать какой-нибудь героический ответ, который потом запишут в книги, да?

Карен сдержался.

— Достаточно просто ответить. Пожалейте жителей города. Вы еще ма… — Осмон незаметно, но сильно вдарил по спине Карена.

— Не смей говорить про «маленькую девочку», — прошипел он.

Карен замолчал, подумал.

— Вам, леди, трудно представить, что творится в захваченных городах, — Карен обвел тяжелым взглядом зевак, которые толпились за спинами гвардейцев. Последнюю фразу он явно адресовал им, а не маркизе.

— Ну, полагаю, и не увижу, — легкомысленно пожала она плечами. — Мне тут сказали, что вы не умеете брать крепости.

— Леди, вас ввели в заблуждение, — Карен, похоже, сумел взять себя в руки. — У нас есть специальные машины, одних больших требушетов четыре штуки.

— Минуточку! — Девочка подняла руку и повернулась к одному из гвардейцев рядом. — Что стоите? Быстро доставайте бумагу и записывайте.

Тот, вопреки ожиданиям Осмона, возмущаться не стал, достал лист бумаги, устроил её на спинке трона, достал карандаш.

— Госпожа?

— Пишите. Четыре больших требушета. Видите, как здорово? Даже разведчиков посылать не надо, они сами нам всё говорят. Господин Карен, продолжайте, что там у вас еще есть, мы записываем.

Карен молча смотрел на девчонку, играя желваками. При этом гвардейцы явно веселились, хотя дисциплинированно демонстрировали серьезность, а вот среди зевак уже отчетливо доносились смешки.

— Карен, надо уходить, — шепнул Осмон. — Быстро, но очень вежливо. Очень!

— Это и есть ваш ответ, ваша светлость? Вы действительно готовы обречь жителей города на смерть? Вы-то в любом случае выживете, за вас заплатят выкуп, и вы вернетесь к отцу.

Девочка на этих словах застыла. Улыбка пропала. Она некоторое время очень серьезно смотрела на Карена.

— Мы не можем предсказать, как повернется жизнь. Я уже умирала, господин Карен, полагаю, вы не можете этого не знать, иначе я разочаруюсь в вас как парламентёре. Не думаю, что вас выбрали только за ваш рост. Что же касается, куда я там вернусь… Господин Карен, вы сначала возьмите Тарлос, а потом уже будем смотреть, за кого выкуп вноситься будет. Может так оказаться, что и за вас.

— Верховный вождь предлагал вам свою милость, вы отвергли её! — Карен встал из-за стола, развернулся и направился к воротам. Осмон, стараясь до последнего не упустить выражение лица девочки, отправился следом не сразу, потому заметил, как, стоило Карену отвернуться, улыбка с её лица исчезла. Разговор явно дался ей непросто.

Всю дорогу до лагеря Осмон был крайне задумчивым, игнорируя все вопросы Карена. Тому явно