Выбор Девлина - Патриция Брей

— Они испугались бы еще больше, если бы знали, что новый Избранный решил позавтракать вместе с ними.

Напоминание о том, что Избранного боятся и презирают, было излишним. Из вчерашнего разговора со Стивеном Девлин узнал все, что хотел.

— Служанка указала мне путь сюда, — объяснил он.

— А если бы ты надел форму Избранного, она показала бы тебе дорогу в Большой зал.

— Там кормят лучше?

— Нет, — ответила капитан Драккен. — Но Избранному положено обедать в Большом зале. Этого требует традиция и уважение к королю. Впрочем, я пришла поговорить не о традициях, а о мече, который ты сломал.

— Правда? — спросил Девлин, почувствовав неожиданный интерес.

Капитан наклонилась поближе к нему и понизила голос.

— Два года назад один кузнец выковал для нас двенадцать мечей. Три из них пропали вместе с Избранными, четвертый разбил ты. Оставшиеся восемь я отдала на проверку после церемонии. Пять из восьми оказались плохими.

Девлин долго молчал, обдумывая услышанное.

— Глупость какая-то. Почему испорчены не все мечи, а только часть? — высказал он наконец вслух свою мысль. — Могли пройти долгие месяцы или даже годы, прежде чем кто-то взял бы в руки один из фальшивых клинков. Зачем строить такой сложный план? Возможно, кузнец просто оказался неумехой? Тогда любой подмастерье должен был заметить дефект.

Капитан Драккен только развела руками.

— Согласна, это глупо. Кузнец, который выковал мечи, покинул город. Я послала за ним, но сомневаюсь, что его найдут.

— А насколько хорош тот кузнец, который осматривал клинки? Ему можно доверять?

— Мастер Тимо служит королевским оружейником уже двадцать лет; меч, который я отдала тебе, — его работа. Два года назад он сломал руку, поэтому сделать мечи для Избранных поручили другому.

У Девлина не было причин сомневаться в словах женщины, да и ее меч подтверждал мастерство Тимо. Однако Девлина не отпускало сомнение, что дело кроется не просто в пяти мечах, не годных к бою.

— Нужно переплавить и выковать заново все мечи. Если у кузнеца была сломана рука, то он, несомненно, отказывался и от других заказов. Пусть ваши стражники проверят каждый клинок, топор или кинжал. Расспросите всех, кто делал для них оружие, не важно, большой это был заказ или мелкий, и при малейшем подозрении, что работу выполнял изменник, отправляйте все на переплавку. — Голос Девлина окреп, как будто он отдавал распоряжения ученикам. Девлин и сам понимал, что слова, которые он произносит, по большей части принадлежат не ему, а Избранному, и не кузнец из Дункейра, а Избранный сейчас приказывает капитану королевской стражи.

Капитан Драккен смерила его взглядом, но Девлин спокойно выдержал ее взор.

— Ты и вправду считаешь, что в этом есть необходимость? Это огромная работа, не говоря уже о расходах казны…

— Так надо, — отрезал Девлин. — Даже если вы ничего не обнаружите, это успокоит солдат. Вы же не хотите, чтобы они пошли в бой, не зная, можно ли доверять собственному оружию.

На лице капитана Драккен появилась гримаса неудовольствия.

— Я сильно сомневаюсь, что в ближайшем будущем король поведет солдат в битву. Он держит нас поближе к себе и подальше от бед, которые так и сыплются на окраины королевства. Но все же я сделаю так, как ты говоришь.

Девлин кивнул и сказал:

— И если вы не возражаете, я бы хотел сам побеседовать с вашим кузнецом.

* * *

Кузница находилась в северной части дворцовых земель, сразу за внутренней стеной. Спустившись по узким ступенькам, Девлин вошел внутрь, и его немедленно обдало нестерпимым жаром. У дальней стены пылал кузнечный горн. Железо звенело о сталь — кузнец по всем правилам делал подкову. Он через плечо посмотрел на посетителя и вновь вернулся к своему занятию.

Оглядевшись, Девлин заметил, что в кузнице не одна, а целых четыре наковальни разных размеров. На двух верстаках были разложены всевозможные молоты, клещи, резцы, пробойники и прочие инструменты для работы по металлу. На козлах были свалены железные прутья, а на полках у входа красовались образцы предметов, которые изготовлял кузнец: ножи, скобы, стремена и подковы.

Будь само помещение не из дерева, а из камня, Девлин поверил бы, что он заглянул в кузницу своего хозяина в Альварене. Он вспомнил, как когда-то мечтал о собственной кузнице, и его захлестнула внезапная тоска.

Удары молота участились. Заканчивая работу, кузнец поместил подкову на ровную поверхность и, отложив щипцы, взял в левую руку пробойник. Семь быстрых ударов оставили в подкове семь ровных отверстий под гвозди. Затем кузнец убрал молот и пробойник на полку с инструментами и, зажав подкову клещами, опустил ее в корыто с водой. Когда шипение прекратилось, он вытащил изделие и повертел на ладони, внимательно рассматривая. Удовлетворенно кивнув, кинул готовую подкову на верстак в кучу к остальным и только после этого обратил внимание на Девлина.

— Добрый день.

— Ты — мастер Тимо?

Кузнец кивнул.

— Капитан Драккен отзывалась о тебе с уважением, — сказал Девлин. — Мне нужно кое-что сделать, и я хорошо заплачу тебе, если ты разрешишь мне воспользоваться твоей кузницей и твоими инструментами.

— Тебе нужна кузница, но ты хочешь сделать работу сам?

— Да.

— Не пойдет. — Мастер Тимо решительно покачал головой. — За все золото королевства я не соглашусь стоять рядом, в то время как болван, возомнивший себя кузнецом, будет гробить мои инструменты.

Девлин понимал причину отказа. На месте кузнеца он поступил бы точно так же, и внутренний голос настойчиво подсказывал ему, что хозяина кузницы не уговорить. Девлин мог воспользоваться властью Избранного и просто приказать кузнецу повиноваться ему, но, отмахнувшись от внутреннего голоса, решил попробовать еще раз.

— Семь лет я отработал в кузнице учеником и еще три года — подмастерьем. Я понимаю ваше недоверие, и если бы моя нужда не была столь велика, я бы не стал вас беспокоить.

— Покажи мне свои руки.

Девлин закинул мешок на плечо и прислонил деревяшку, которую принес с собой, к двери, потом вытянул руки и повернул ладони так, чтобы кузнец мог видеть с обеих сторон бледные шрамы. Даже самый аккуратный кузнец всегда имел такие шрамы — такова плата за работу с горячим металлом, и за годы работы в кузнице Девлин получил все, что ему причиталось.

— С тех пор, как ты в последний раз держал молот, прошло немало времени, — проворчал мастер Тимо, — однако я узнаю руки кузнеца. Я не дам тебе свои инструменты, но раз у нас с тобой одно ремесло, скажи, что тебе нужно, и я сделаю это для тебя даром.

На секунду Девлин заколебался, борясь с искушением. Работа была нетрудной — всего-навсего насадить головку топора на новое топорище, и с ней справился бы любой сносный кузнец. Необычным был сам топор. Глубоко в душе Девлин ощущал, что оружие проклято, поэтому он не имел права подвергать риску другого человека, ведь тогда проклятие коснется и его.