Клич чести - Морган Райс

Гвен спала в этом доме, потому что не знала, куда еще ей пойти. Она чувствовала, что ей опасно возвращаться в замок, оставаться под одной крышей со своим братом. Девушка чувствовала себя в безопасности здесь, рядом с Иллепрой, с Альтоном и Фальтоном, которые стояли на страже у двери. Ей казалось, что никто не знает о том, где она, и Гвен хотелось, чтобы так оставалось и впредь. Кроме того, ее любовь к Годфри в эти дни возросла, она обнаружила брата, которого никогда не знала, и мысль о том, что он умирает, причиняла ей боль.

Гвен поднялась на ноги, торопясь к Годфри. Ее сердце бешено билось, пока она спрашивала себя, жив ли он еще. Часть ее чувствовала, что если он проснется этим утром, то выкарабкается, а если нет, то умрет. Иллепра проснулась и тоже поспешила к нему. Должно быть, она уснула в определенный отрезок ночи, и Гвен не могла ее в этом винить.

Они обе опустились на колени возле Годфри, когда маленький домик наполнился светом. Гвен поставила свою руку на запястье брата и потрясла его, в то время как Иллепра прикоснулась к его лбу. Закрыв глаза, она сделала вдох, и внезапно глаза Годфри широко распахнулись. Иллепра удивленно отдернула руку.

Гвен тоже была удивлена. Она не ожидала увидеть, что брат откроет глаза. Он повернулся и посмотрел прямо на нее.

«Годфри?» – спросила девушка.

Он прищурился, закрывая и снова открывая глаза, после чего, к изумлению Гвен, Годфри приподнялся на локте и посмотрел на них.

«Который час?» – спросил он. – «Где я?»

Его голос казался живым, здоровым, и Гвен никогда не испытывала такого облегчения. Она широко улыбнулась, Иллепра последовала ее примеру.

Гвен потянулась вперед и крепко обняла брата, после чего отстранилась.

«Ты жив!» – воскликнула девушка.

«Разумеется, я жив», – сказал он. – «Разве могло быть иначе? А это кто?» – спросил Годфри, поворачиваясь к Иллепре.

«Это женщина, которая спасла тебе жизнь», – ответила Гвен.

«Спасла мою жизнь?»

«Я всего лишь немного помогла», – скромно произнесла целительница.

«Что со мной произошло?» – поспешно спросил Годфри. – «Последнее, что я помню, это то, что я пил в таверне и потом…»

«Тебя отравили», – сообщила Иллепра. – «Очень редким и сильным ядом. Я не встречала его многие годы. Тебе повезло, что ты выжил. На самом деле, ты единственный на моей памяти, кто остался в живых после него. Должно быть, кто-то ненавидит тебя».

После ее слов Гвен поняла, что Иллепра права, и она сразу же подумала о своем отце. Солнце било в окно все сильнее, и девушка ощутила присутствие отца. Он хотел, чтобы Годфри жил.

«Поделом тебе», – произнесла Гвен, улыбнувшись. – «Ты обещал перестать пить эль. А теперь посмотри, что произошло».

Брат повернулся и улыбнулся ей. Она увидела румянец на его щеках, и это принесло ей облегчение. Годфри вернулся.

«Ты спасла мою жизнь», – искренне сказал он ей.

Годфри повернулся к Иллепре.

«Вы обе спасли мне жизнь», – добавил он. – «Я не знаю, как отблагодарить вас».

Когда Годфри посмотрел на целительницу, Гвен заметила, что в его взгляде было нечто большее, чем благодарность. Она обернулась и посмотрела на Иллепру, заметив, как та покраснела и опустила глаза в пол. Гвен поняла, что они понравились друг другу.

Иллепра быстро развернулась и прошла через комнату, повернувшись спиной к брату и сестре и занявшись зельем.

Годфри снова посмотрел на Гвен.

«Гарет?» – спросил он, внезапно помрачнев.

Гвен кивнула в ответ, понимая, о чем он спрашивает.

«Тебе повезло, что ты не умер», – сказала она. – «Фирту повезло меньше».

«Фирт?» – удивленно переспросил Годфри. – «Мертв? Но как?»

«Его повесили на виселице», – сообщила Гвен. – «Ты должен был стать следующим».

«А ты?» – спросил Годфри.

Гвен пожала плечами.

«Он собирается выдать меня замуж. Он продал меня Неварунс. Очевидно, они направляются сюда за мной».

Возмущенный Годфри присел.

«Я никогда этого не позволю!» – воскликнул он.

«И я», – ответила Гвен. – «Я что-нибудь придумаю».

«Но без Фирта у нас нет доказательств», – сказал брат. – «У нас нет шанса доказать его вину. Гарет останется на свободе».

«Мы найдем выход», – ответила девушка. – «Мы найдем…»

Внезапно домик наполнился светом, когда открылась дверь и внутрь вошли Акорт и Фальтон.

«Миледи», – начал Акорт, после чего опешил при виде Годфри.

«Сукин ты сын!» – радостно крикнул Акорт своему другу. – «Я знал! Ты жульничал относительно всего в своей жизни. Я знал, что и насчет своей смерти ты тоже жульничаешь!»

«Я знал, что не кружка эля сведет тебя в могилу!» – добавил Фальтон.

Акорт и Фальтон бросились вперед и, когда Годфри выпрыгнул с кровати, друзья обнялись.

Затем Акорт повернулся к Гвен с серьезным выражением лица.

«Миледи, прошу прощения за беспокойство, но мы заметили группу солдат на горизонте. Они мчатся к нам даже сейчас».

Гвен с тревогой посмотрела на него, после чего выбежала на улицу, пригнув голову и щурясь от яркого солнечного света. Остальные последовали за ней по пятам.

Они стояли возле дома, и Гвен, посмотрев на горизонт, увидела небольшую группу, состоящую из солдат Серебра, которая направлялась к ним. Полдюжины мужчин скакали во весь опор, и не было сомнения в том, что они спешили к ним.

Годфри нагнулся, чтобы вынуть свой меч, но Гвен утешительно положила руку ему на запястье.

«Это не люди Гарета, это люди Кендрика. Я уверена, что они едут с миром».

Солдаты подъехали к ним и, не останавливаясь, спешились и опустились на колени перед Гвендолин.

«Миледи», – произнес главный из них. – «Мы привезли Вам прекрасные новости. Мы оттеснили МакКлаудов! Ваш брат Кендрик в безопасности, и он попросил меня передать Вам сообщение – с Тором все в порядке».

Услышав эти новости, Гвен разрыдалась. Ее переполняли облегчение и благодарность. Девушка вышла вперед и обняла Годфри, который обнял ее в ответ. Ей показалось, что ее жизнь вернулась к ней.

«Они вернутся сегодня», – продолжал посланник. – «В королевском дворе будет большой праздник!»

«Это на самом деле прекрасные новости!» – воскликнула Гвен.

«Миледи», – раздался другой, глубокий голос и, обернувшись, девушка увидела лорда Срога, прославленного воина, облаченного в отличительный красный цвет запада, человека, которого она знала с детства. Он был близок к ее отцу. Когда Срог опустился перед ней на колено, Гвен стало неловко.

«Пожалуйста, сир», – произнесла девушка. – «Не склоняйте передо мной коленей».