Линкор «Дасоку» - Алексей Калугин

– Хорошо, – с демонстративным безразличием Брик засунул руки в карманы комбинезона. Едва ли не по локоть. – В конце концов, это ваш корабль.

И отошел на шаг в сторону, уступая Нори оперативный простор.

– Русский прав, господин бортинженер правого края, – сказал один из техников. – Только так, ломая, а не разбирая, мы сможем управиться в срок.

– Верно, – кивнул другой техник.

– Точно, – повторил за ним третий.

– Господин бортинженер правого края, – негромко произнес стоявший справа от Нори нито рикуй.

Нори поднял руку с открытой ладонью – он никого не хотел слушать. Принимая самостоятельное решение, он полностью брал на себя всю ответственность.

– Продолжайте, – кивнул он техникам и взглядом попросил Брика отойти с ним в сторону.

– Не расстраивайтесь, господин бортинженер правого края, – произнес негромко Юрик, когда они остались наедине. – В том, что вы не можете видеть ситуацию так, как вижу ее я, нет вашей вины. После того, как мы пару месяцев поработаем рука об руку…

– Пару месяцев? – удивленно, а может быть и испуганно, воскликнул Нори.

– Ну а как вы думали? – непонимающе развел руками Брик. – Мы находимся на территории, контролируемой сайтенами. И если только попытаемся запустить ХД-двигатель, они тут же нас накроют. Придется очень тихо, осторожно уходить в нейтральную зону на маневровых твердотопливных двигателях. А это чистых два месяца. А то и больше.

Бортинженер правого края почувствовал, что от перспективы, открытой Бриком, голова у него пошла кругом. Самую малость, но все же симптом нехороший.

– Вы хотели что-то сказать, Нори-сан, – деликатно напомнил Брик.

– Да. – Бортинженер правого края снял полевую фуражку с мягким козырьком и провел ладонью по лбу. – Во-первых, если мы разломаем станину, на которой укреплен двигатель, то для того, чтобы заменить его новым, придется проводить серьезный ремонт.

– Да бросьте вы, Нори-сан, – пренебрежительно скривился Юрик. – Нам бы сначала живыми отсюда выбраться. К тому же, – он посмотрел в сторону, где вовсю орудовали плазерами техники, – обсуждать эту тему бессмысленно, поскольку станина все равно уже раскурочена.

– При демонтаже, проводимом без соблюдения установленных правил, можно серьезно повредить сам двигатель, что приведет к его отказу или преждевременному выходу из строя.

– Нори-сан, нам нужно, чтобы этот двигатель проработал всего десять секунд. Десять! – Брик показал японцу две растопыренные пятерни. – После того как модуль уйдет в гиперспейс, пусть себе взрывается на здоровье! Надеюсь, вы не собирались отправиться на его поиски?

Бортинженер правого края сосредоточенно сдвинул брови к переносице, пытаясь понять, задан ли последний вопрос серьезно или с определенной долей сарказма? Юрик смотрел на него голубыми, невинными, как у младенца, глазами, но почему-то японцу казалось, что доверять криогенщику нельзя. Во всяком случае, не во всем. Дабы разрядить обстановку, Нори наклонил голову и кашлянул в кулак.

– Не захворали, часом, Нори-сан? – тут же поинтересовался Брик.

– Нет, – качнул головой Нори.

Со страшным скрежетом из стены выломался полутораметровый лист переборки и повис, слегка покачиваясь, на тросе.

– Глядите-ка! – радостно улыбнулся Брик. – Бригада ломающих стены работает с опережением графика! Замечательные у вас люди в команде, господин бортинженер правого края!

– Да, – немного растерянно кивнул Нори и натянул на голову фуражку, – замечательные.

Он заложил руки за спину и посмотрел по сторонам.

Определенно бортинженер правого края Окато Нори не понимал, что он тут делает.