Армагеддон в юбке 2 - Евгения Бойко

Зал для приемов превзошел все мои ожидания. При желании, в нем могла поместиться треть населения небольшого города.

— Ни фига себе! — Стив картинно упал в обморок, оценив мой наряд. — Ты в платье? Что и туфли под юбкой? Как, ты променяла сапоги на эти ужастики на шпильках? Вот леший…что с приличной ведьмой делают неприличные вампиры… эй, ладно я пошутил. Но ты все же не снимала бы сапоги. В них удобнее драпать от обозленных правителей. Не веришь? А вот сбежала бы ты от лаксайского посла, когда хвост ему отрастила… н — да, цвет конечно, шика-а-арный был — розовенький, как у крысы.

— Что-то ты сегодня разговорчив без меры, никак до еды дорвался, — фыркнула я, рассматривая зеленые шорты в красные ромашки, и свободную рубаху. — Ты чего так вырядился?

— Ви, ты совсем от моды отстала, у вампиров это последний писк моды.

— …предсмертный. — Мрачно добавила я.

Приготовления зала к маскараду были в самом разгаре: надувались шарики, ремонтировались фонтанчики и расставлялись по альковам пальмы в кадках. К моему величайшему негодованию, вампиры наотрез отказались подниматься по приставленной к стене лестнице и закреплять гирлянды магических фонариков. Ну и что, что это моя идея?! Кто из нас, в конце концов, слуги….

Ах, я ведьма? Ну, все…

Я сняла туфли, завязала узлом подол платья, и решительно убрав упавшую на глаза прядь волос, приступила к покорению лестницы.

Мне вот интересно, почему я просто не взлетела и не закрепила гирлянду?

— Как работается? — бодро поинтересовался Лайрон, появляясь в дверях зала.

— Х-хорошо, — прошипела я, пытаясь сохранять равновесие, так как лестница оторвалась от стены.

Народ замер, ожидая, чем закончиться противостояние и тут…

Белобрысая вампирша, не заметив нашего присутствия (в силу прогрессирующего косоглазия, она обратила внимание на стратегически ценный объект — короля), с криком "Мой Повелитель!" ринулась к вожделенному правителю…

Я же говорила, не надо натирать полы воском… рано еще. Но, если бы меня слушали.

На втором шаге, вампирша поняла что скользит, и ее несет не туда. На пол пути к стене, она увидела нас, а потом и меня на лестнице…. на падающей лестнице.

Конечно, откуда ей было знать, что я вовремя слеветирую и на нее приземлится только лестница?

— Я же говорила, ничего хорошего не выйдет, — я поправила платье и обулась, — я и лестница — вещи не совместимые.

— А-а-а, моя голова… — простонала вампирша, кое-как принимая вертикальное положение. — Что это было?..

— Барабашки. — Я состроила серьезное лицо.

— А они очень опасные? — с опаской поинтересовалась она.

— О, да. Прошу всех покинуть помещение, я проведу отлов и уничтожение.

— А может не надо? — Стив закашлялся, пряча смех, — ничего предосудительного существо не сделало…

— Без разговорчиков! Давайте выходите.

Народ дружно покинул зал и я, закрыв за ними двери, приготовилась к кровопролитной битве.

— Ну, Амур драконов, вылетай.

— Вишня! — рядом со мной появился донельзя довольный Рон. На сей раз одетый в черный строгий костюм, и без дурацкого лука. — Чего ты так раскричалась!

— Ну, фетишист хренов, признавайся, зачем ты воруешь мои вещи? И какой смысл был опрокидывать лестницу?

— Вишня, — вампир устало посмотрел на меня и вымученно улыбнулся. — Вокруг тебя происходит столько всего, а ты толкуешь о каком-то платье.

— Происходит, говоришь? Что тебе известно?!

— Ви… — прошептал Рон, делая шаг, и оказываясь рядом со мной. — Разве ты не рада меня видеть? — Он приподнял мое лицо, заставляя взглянуть в его потемневшие глаза.

— Ты мне зубы не заговаривай! — Я резко отстранилась и топнула ногой. — У меня есть с кем приятно провести время…тьфу! Я хотела сказать, меня куда больше интересует, откуда тебе известно о моих неприятностях?

— Ну…

— Ро-о-о-он!.. Не заставляй меня применять силу.

— Я же почти бог, — вампир беспечно пожал плечами, и мне почему-то подумалось, что в шортах, он больше соответствовал этому образу. — Мы многое можем…

— Милый, — проникновенно сказала я, — если не ответишь, ты больше ничего и никогда не сможешь.

— Вот ведьма! — в сердцах оскалился Рон, — ты меня в могилу загонишь.

— Как же, — фыркнула я, — загонишь тебя. Все равно вернешься, упырь недобитый…

Я отвернулась всего на мгновение, но этого хватило, чтобы новоявленный Амур, вернулся в свои небесные чертоги.

— Козел…чтоб тебе там икалось. — Я нахмурилась и вышла из зала.

* * *

Проигнорировав обеспокоенные взгляды друзей, я закрылась в своих покоях и не выходила до самого вечера…. Насладилась ванной с ароматическими солями, сделала маникюр… и устроилась на шикарной, пяти спальной, наверное, кровати. И зачем мне такое счастье? Я пожала плечами и зевнула.

В открытое окно, заглядывала луна. С улицы доносился неясный шум, который через пол часа превратился в настойчивые крики:

— Леди Вишнерия! О прекраснейшая…

По моим ушам резанула громкая музыка и чей-то немузыкальный голос начал исполнение серенады.

— Тьфу! — я заткнула уши и с головой залезла под одеяло, но помогло это мало.

Слова песни просачивались в мой мозг, отравляя его:

Я вспоминаю ваши зеленые глаза,

Такие же яркие, как трава после дождя,

Я вспоминаю ваши алые губы,

Века пройдут, а я их помнить буду.

И волосы черны, как ночь в аду,

И голос манит и чарует дивно,

Я вас люблю, так сильно вас люблю,

И чувства не подвластны зимам…

Я перевернулась на другой бок и завыла. Ну почему у этого почитателя такой противный голос? И почему он приперся ночью? А, наверное, стража днем не пустила…

Пока я раздумывала, тайный поклонник решил перейти к активным действиям. Он долго пыхтел, взбираясь по приставной лестнице и, наконец, в проеме окна показалась его голова, в сбившемся набок парике.

— О, роза… — мужчина, в котором я узнала одного из стражников (м — да, а я думала у всех вампиров приятные голоса) немного замешкался, отмахиваясь от настойчивых приставаний мухактуса.

— Не "О, роза", а "О, Вишня". — Со смешком поправила я стража, наблюдая за его мучениями. — Вообще-то, поклонники приходят днем, и с цветами, а не ночью со сбившимся париком. Сами назад полезете, или помочь?

Мужчина хотел, было возразить, но, оценив выражение моего лица, предпочел спуститься вниз.