Наш темный дуэт - Виктория Шваб

Как же говорил Келлум?

«Дорога наверх вымощена трупами».

Слоан часто думал, что он мог бы стать сунаи, однако некая незримая рука изваяла именно его. Возможно, так случилось потому, что в той комнате в ту ночь невинных не было.

Или, возможно, у судьбы имеется свое чувство юмора.

Раненый малхаи утратил запал. Из горла его вырвался скрежещущий звук, за ним следом – бульканье, и тварь упала на колени. Сгустки черной крови испятнали пол, и Слоан пинком отшвырнул малхаи подальше от отметины Келлума.

Девушка стояла на коленях. Ее удерживал второй монстр. Он смотрел на кровь, пульсирующую в горле второго малхаи, и его скелетоподобное лицо превратилось в искаженную маску.

Слоан достал из кармана рубашки темный платок.

– Убирайся, – велел он, стирая с пальцев запекшуюся кровь. – И дружка с собой прихвати.

Малхаи повиновался. Чтобы вытащить второго монстра за дверь, он отпустил девушку.

Но, как только его хватка исчезла, девушка вскочила и попыталась сбежать.

Слоан улыбнулся. Он всадил каблук в ковер и дернул его на себя. Девушка пошатнулась, пытаясь удержать равновесие, и в этот чудный миг, прежде чем девушка успела рухнуть навзничь или устоять, Слоан прыгнул.

И вот он очутился сверху, припечатав ее спиной к полу. Девушка сопротивлялась, как и Кейт – тогда в траве или на гравии. Она вцепилась в него связанными руками, слишком короткие ногти скребли по его твердой коже. А потом он запустил пальцы в ее волосы цвета соломы, оттянул голову девушки назад, открывая жилку на шее, и впился ртом в изгиб шеи, наслаждаясь ее нарастающим криком.

– Катерина, – прошептал он, прежде чем укусить.

Зубы легко пронзили кожу и мышцы. Красная кровь брызнула ему на язык, выплескивая силу и саму жизнь, и крик девушки умер. Она пыталась сопротивляться, но удары становились слабее, конечности двигались вяло, и тело постепенно сдавалось.

Девушка содрогнулась, и Слоан с наслаждением впитал то мгновение, когда ее тело обмякло, а сердце все еще пыталось биться, и блаженную неподвижность, когда оно наконец замерло.

Он разжал челюсти. Клыки вышли из раны с влажным чавканьем. Слоан выпутал пальцы из волос девушки. Золотые пряди липли к руке, как паутина, и ему пришлось стряхивать их. Пряди легли на ее лицо, тонкие и прекрасные, словно старые шрамы.

– Что ты будешь делать, – раздался от двери ледяной голос, – когда блондинки закончатся?

Слоан щелкнул челюстями. Силуэт непрошеного гостя маячил на грани его видимости, вместе со стоящим за ним призраком девушки, со знакомой, но искаженной тенью.

Алиса.

Слоан с трудом поднял взгляд.

На ней были старые вещи Катерины, брошенное ненужное барахло – черные джинсы и потрепанная рубашка. Волосы у Алисы, скорее белые, чем белокурые, оказались подрезаны под острым углом на уровне подбородка. Кровь – потемневшие артериальные брызги – покрывала ее руки от локтей и до длинных когтей. С окровавленных пальцев свисало несколько лоскутов, и на каждом были напечатаны три буквы: «ФТФ».

– У каждого свои вкусы, – пробормотал Слоан, вставая.

Алиса нарочито медленно склонила голову набок. Глаза у нее были красными, как угли, как и у Слоана, и у всех малхаи, но каждый раз, глядя на нее, Слоан невольно ожидал, что они окажутся голубыми (как у ее – он чуть не подумал «отца», хотя это было неверно). Келлум Харкер являлся отцом Катерины, а не Алисы. Нет, если Алису кто-то и породил, так это сама Катерина – или ее преступления, точно так же, как Келлум породил Слоана.

– Ты добилась цели? – спросил он. – Или устроила кутерьму?

Алиса достала что-то из кармана и бросила ему. Слоан поймал предмет на лету.

– Четыре закладки готовы, – сообщила Алиса. – Три ушли.

Слоан посмотрел на предмет. Маленький кубик, желтовато-белый, как свежий труп, но Слоан знал, что это такое. Некоторое количество пластиковой взрывчатки.

Небольшой улов.

– Где остальное?

Алиса проказливо улыбнулась.

– В безопасном месте.

Слоан вздохнул и выпрямился. Кровь перестала бурлить, в желудке разлилось тепло. Эйфория убийства – прискорбно краткая штука. Умерев, девушка потеряла всякое сходство с Катериной, что было крайне неудовлетворительно. Пусть кто-нибудь полакомится трупом. Какой-нибудь корсаи. Они все сожрут.

Алиса заметила, как он взглянул на тело. Внешность мертвой девушки смутно напоминала ее собственную. Ее глаза заблестели, но не от гнева или отвращения, а от интереса.

– Почему ты ее ненавидишь?

Слоан задумчиво провел языком по зубам. Он не ненавидел Катерину. Ему доставляла удовольствие мысль о том, как он ее убьет. И он негодовал на нее за то, что она отняла ту жизнь, которая должна была принадлежать ему, – жизнь ее отца. Теперь он уже не изведает, какова на вкус кровь Келлума Харкера. Но, пока Катерина где-то прячется, он может предаваться мечтам.

Он смахнул с уголка рта случайную каплю крови.

– Ненавидит ли хищник свою жертву? – спросил Слоан. – Или он просто голоден?

Внимание Алисы по-прежнему было приковано к девушке.

– Ее здесь нет, – она моргнула. – Я это чувствую, словно паутину на коже.

Слоан понял, что Алиса имела в виду. Каждый день их совместного существования он ощущал нити жизни Келлума – тонкие и незримые, – от которых невозможно было избавиться. А смерть своего создателя он ощутил как освободивший его щелчок острых ножниц.

Алиса согнула пальцы, и последние задержавшиеся бусинки крови упали на пол.

– Когда-нибудь я найду ее и…

– Пойди вымойся, – перебил ее Слоан, швырнув платок в сторону Алисы. – Ты устроила беспорядок.

Он не стал говорить, что Катерина – его добыча, и когда она вернется домой – а она вернется, ее всегда тянуло домой, – ее смерть будет принадлежать ему.

Но Алиса даже не шелохнулась, чтобы подобрать лоскуток ткани, и тот спорхнул на пол и опустился мертвой девушке на лицо. Алиса поймала взгляд Слоана и медленно расплылась в улыбке.

– Конечно, папа.

Слоан от отвращения стиснул зубы.

Когда Алиса в первый раз назвала его так, он ударил ее, ударил с такой силой, что она врезалась в стену. Алиса же лишь выпрямилась, издала бесящий его смешок и покинула пентхаус, вышла из здания и растворилась в ночи.

Когда она вернулась после рассвета, руки ее были скользкими от крови, но тогда она не принесла нашивок ФТФ. Она улыбнулась Слоану, поздоровалась и прошла к себе в комнату. И, только покинув пентхаус, Слоан узнал, что она сделала: Алиса пошла и убила всех светловолосых голубоглазых девушек, каких только смогла найти. А трупы выложила рядочком у входа в Харкер-Холл.