Жмурки с любовью - Ольга Герр

Проснувшись утром, я не сразу поняла, где нахожусь. Впервые за свои девятнадцать лет ночевала вне дома. Даже у подруг никогда не гостила.

Привыкала к новому месту тяжело. Все выглядело иначе и лежало не там. Похоже, я жуткий консерватор. Своей одежды и той нет. Пришлось выбирать наряд из тех, что были в гардеробной. Кстати, размер подошел идеально.

Заплеталась у зеркала в полный рост. Оно висело так, что поймать свое отражение можно было из любой точки в спальне. Наверное, комната изначально предназначалась женщине. Мужчинам вряд ли интересно любоваться своим отражением.

Приведя себя в порядок, я подергала ручку двери в коридор. С утра дверь оказалась открыта, и я вышла из комнаты. Есть хотелось невероятно, накануне не ужинала толком. Но где здесь столовая?

Коридор расходился в две стороны. Я не помнила, откуда мы вчера с Эльзой пришли. Это все игристое вино виновато. Не стоило его пить, да еще в таком количестве. Из-за вина многое стерлось из памяти, но не общение с мистером Никто в темноте. Я вела себя вызывающе и теперь сгорала от стыда. Лучше бы вино уничтожило и эти воспоминания.

— Привет, красотка, — из-за угла вышел мужчина и отсалютовал мне. Кажется, его зовут Роб, мы знакомились вчера. — Куда-то собралась?

— В столовую.

— Я провожу, — Роб галантно предложил мне локоть.

Вдвоем мы спустились на первый этаж. Я считала повороты, запоминая дорогу. Дом был огромен и густо населен, настоящее общежитие. Здесь ничего не стоит заблудиться.

— Не переживай, ты быстро привыкнешь, — подбодрил меня Роб.

— Откуда такая уверенность?

— Ты смышленая. Такая хорошенькая девушка не может быть глупой.

Я могла с этим поспорить. Частенько именно хорошенькие девушки не отличаются умом. К тому же после событий этих дней меня точно нельзя назвать благоразумной. Как-то же я угодила в эту передрягу. Уж точно не от большого ума. Но Роб хотел сделать мне комплимент, он старался, и я молча приняла похвалу.

— Вот и столовая.

Он привел меня в зал с множеством столиков – каждый рассчитан на четверых. Зал делился незримыми, но четкими линиями на части. В одном его углу завтракали охранники, в другом – обслуживающий персонал, в третьем – девушки легкого поведения и так далее.

Эльза, увидев меня, махнула рукой, приглашая присоединиться к ней. Эх, судьба мне сидеть с продажными женщинами. Папа, наверное, в гробу перевернулся.

Я заняла место за круглым столом, где помимо Эльзы были еще две девушки. Перед каждой стояла тарелка с омлетом, чашка кофе и гренки. У меня не было ничего.

— Почему ты не взяла завтрак? — спросила Эльза. — Объявляешь голодовку?

Я не сразу поняла, чего от меня хотят. Дома завтрак приносил слуга и ставил передо мной. Видя мое замешательство, Роб пришел на выручку:

— Я поухаживаю за тобой, не вставай.

Одарив мужчину благодарной улыбкой, я проследила за ним. Раз уж здесь самообслуживание, надо знать, где брать еду, а то так недолго с голоду помереть.

Роб поставил передо мной поднос с завтраком и откланялся. Его галантность покоряла. Помог и ничего не попросил взамен. Настоящий джентльмен, не то что некоторые. Иные придумывают кучу условий, не могут бескорыстно выручить девушку из беды.

— Послушай, — наклонилась ко мне Эльза, чтобы другие не слышали. — Мне поручили научить тебя пользоваться парадной дверью.

Мистер Никто сдержал слово. Что ж, это приятно.

— Я смогу входить и выходить, когда пожелаю? — уточнила тоже шепотом.

— Естественно. Ты же не заключенная.

А так и не скажешь, вздохнула про себя. По моим ощущениям очень даже заключенная. Конечно, здесь комфортнее, чем там, куда меня посадили за «Чары», но все же. Муж ясно дал понять, что я обязана возвращаться в Пристанище до заката. В противном случае наш договор будет расторгнут. Он сдерживал меня не решетками, а страхом. Тюрьма была не снаружи, а внутри меня. И еще неизвестно, что хуже.

— Ты поосторожнее с Робом, — предупредила Эльза, когда мы после завтрака направились к парадному входу. — Он только поначалу кажется славным, а как узнаешь его поближе, сразу разглядишь гнилое нутро.

— Вы с ним не ладите?

— Он ни с кем не ладит.

— По-моему, ты предвзята.

Эльза в ответ только плечом дернула, чем подтвердила мою догадку: она сама неравнодушна к Робу, но, похоже, получила отворот поворот. А, может, они были вместе, но разбежались. В любом случае Роб меня не интересовал. Меня вообще мало что интересовало, кроме способа поскорее вернуться домой в свою привычную жизнь.

— Дверь управляется прикосновениями, — начала Эльза инструктаж. Она указала на кнопку, похожую на звонок. Снаружи была точно такая же, именно на нее давил адвокат, когда мы приехали. — Эта кнопка считывает ауру. Если твоя аура заложена в память, то ты сможешь входить и выходить, когда тебе вздумается. Давай руку, я добавлю твою.

Эльза прижала мой большой палец к кнопке и надавила сверху своим.

— Гостей впускает и выпускает охрана, — кивнула она на здоровяка, дежурившего около двери.

— А вы обходитесь сами? — уточнила я.

— Если ты про девушек вроде меня, то мы стараемся лишний раз нос не высовывать. Выходим только в случае крайней нужды или по поручению мистера Никто.

— Но почему? Вас держат взаперти?

— Что ты, — отмахнулась Эльза. — Просто снаружи таких, как мы, ждут одни неприятности. А здесь мы в безопасности.

Что ж, первое впечатление меня обмануло: в Пристанище все сплошь добровольные затворники. Все, но не я.

Эльза еще прижимала мой палец к кнопке, его слегка покалывало, но не больно, скорее, щекотно. Спустя минуту кнопка сверкнула синим, и Эльза отпустила мою руку.