Пятый факультет - Настя Любимка

— Да, Мартина, ты была права, что ты не имеешь главного — сострадания. Все они пали жертвой глупца и одной самонадеянной девчонки, которая не принесла этому миру ничего, кроме боли и слез. Ты была наследной принцессой? Ну так и правь своим пепелищем!

Что я могла сделать против той, кто умело оперирует своим даром, имеет больше знаний и опыта? Ничего, разве выслушать историю каждого несчастного, попавшего в лапы пришлого императора да его дочурки. Времени у меня на это предостаточно. И пусть мне жаль, что ни один из планов не осуществился так, как мы того хотели, зато я не дам прорваться в наш мир еще одной озлобленной на весь свет твари. А это уже немало.

— Оборотни! Если здесь есть оборотни, послушайте! — громко крикнула я, особо не надеясь быть услышанной. Я ведь не понимала, как именно Мартина управляет душами. — У меня для вас есть хорошая весть! День Скорби стал Днем Радости!

Когда я произносила эти слова, не думала, что будет какая-то реакция. Мне просто хотелось сказать, что наш мир еще не сдался. Что он продолжает бороться, и, возможно, если не я и Райан спасут его и очистят от гнета пришлых, то после нас будут маги и люди, которые обязательно это сделают. Мне хотелось в это верить, хотя вера, как и надежда — глупое чувство. И разум давно принял за истину, что я никогда не вернусь к матушке и любимому, что все находящиеся на Грани обречены на уничтожение.

Потому что падет мир — не станет и нас.

Я смотрела на черную массу, что шевелилась как волна, неотвратимо надвигаясь на меня, но вдруг она замерла на месте, пошла рябью, а затем начала распадаться на кусочки. Мартина выставила руки вперед и вскрикнула:

— Нет!

— Ты говоришь правду? — глухой, едва различимый шепот множества голосов.

Я будто слышала единый организм, у которого не хватало сил, даже совместных, на то, чтобы крикнуть.

— Дочь рода Сизери, ты говоришь правду?

— Да! — Почему-то волнуясь, ответила им. — Да, Северный клан вернул себе третье обличье!

— Только волки? — вопрос с небольшой запинкой.

— Да. Пока альфа Южного клана не одобрил союз и противится изменениям.

— Чей союз не одобрил лис?

— Своей наследницы и представителя волков.

Образовавшуюся тишину нарушил шепот Мартины, которая творила руками различные пассы и бормотала себе под нос заклинания. В том, что она колдовала, не было сомнений. Души вновь пришли в движение, уже не распадаясь на части, а собираясь воедино, однако…

Вейра, которая до этого куда-то улетела, с небывалой скоростью врезалась в черное облако. Оно поглотило ее полностью, и на миг я не на шутку испугалась, всего на краткий миг, потому что в следующее мгновение поднялся ветер. Я точно знала, что ветер, пусть меня и не касались его порывы, пусть не могла ощутить его тепло или холод, но… Вейра взмахивала крыльями, разгоняя черную массу в стороны, разбивая ее на кусочки и не давая им объединиться.

— Мерзкая ящерица, — прошипела Мартина, а я пожалела, что не могу помешать женщине. Я не могу ее даже коснуться, не то что с ног сбить!

Но почему Вейра мешает ей? Какую роль играет погибшая пара Дрейка?

— Ты уже не так сильна, как была раньше.

Честно, в первую секунду я решила, что это заговорила Вейра, но я ошиблась. К нам медленно, будто состоящее из тысячи мушек, подплывало серое пятно, которое превратилось в маленькую девочку. Я прикрыла глаза, понимая, что передо мной настоящая Хелла. Я мысленно воссоздавала образ Хеллы и совершенно не находила сходства. Ее скулы были резче, отливающие синевой губы, откровенно говоря, пугали, но самое странное то, что она была слишком маленькой. И это абсолютно не вязалось с той историей, что я знала! Она была совсем не такой, какой я видела ее в воспоминаниях, показанных Дрейком и Велиаром Райану. Ее тело даже не достигло периода созревания, а если не всматриваться в лицо, то по фигуре Хеллу можно было принять за мальчишку, очень худого и очень болезненного. В то время как я запомнила ее вошедшей в пору невесты! Девушкой, бившейся в окна и двери, желавшей сбежать с любимым. Девушкой, выходящей замуж за неизвестного мужчину, и девушкой, что застыла статуей, — но никак не ребенком! А здесь и сейчас я вижу девчонку, едва ли достигшую семи лет! И если в первые мгновенья, когда Мартина указала мне на двух детей, я лишь вскользь отметила, что они вообще-то дети, то теперь мне действительно страшно за ту историю, которая истинно имела место быть.

Мартина ловко обвела меня вокруг пальца, желая отвести мое внимание от тех, за кем я пришла. Ну дети и дети, и жалко их, но ведь важнее другое… Именно так она хотела, чтобы я думала, и у нее получилось. Я должна была сконцентрироваться на Хелле и Эльхоре, а не давать себя заболтать. Не поэтому ли в первый раз показалась Вейра?

— Твоя сила иссякает, Мартина, — повторила девочка. — Иссякает, потому что пришла наследница.

И, уже обернувшись ко мне, спросила:

— Ты же не сдалась, Хейли Сизери?