Мертвый принц - Грегори Киз

– Он был святым человеком, – возразил Эрик. – Не говори о нем плохо. И тебе следовало бы знать, что я не получил благословения ансу, как он. Только один из нас может быть избранным – эта честь досталась Хротвулфу.

Он кивнул в сторону другого рыцаря, с волосами черными, точно уголь, и кожей такой белой, что румянец на его щеках казался розовым, как у ребенка.

– Тогда пришли ко мне его. И я буду с ним сражаться – снова. И снова заставлю его сесть на задницу.

– Мне начинает нравиться предложение старика заткнуть тебе рот кляпом, – заметил Эрик.

– Вы до сих пор не заткнули мне рот с той минуты, как я стал вашим пленником, – напомнил Казио. – Не думаю, что вы сделаете это теперь.

Эрик улыбнулся.

– Верно. Мне нравится показывать тебе, насколько твои слова меня не трогают.

– И именно по этой причине ты меня ударил, – сказал Казио.

– Нет, я просто получал удовольствие, – парировал Эрик.

– Не делай из себя дурака, приятель, – вмешался з'Акатто. – Ты разрешаешь ему говорить в надежде, что он сумеет тебя достаточно разозлить и ты его развяжешь. Ты хочешь подраться с ним не меньше, чем он с тобой.

– Ну, я бы хотел посмотреть, как он сумеет меня побить при помощи своей иголки, – не стал отпираться Эрик. – Но я исполняю священную миссию. Нельзя думать о себе – долг превыше всего.

– Нет ничего священного в том, чтобы преследовать двух юных девушек по всему свету, – проворчал з'Акатто.

– С этим покончено, – заявил Эрик, удивленно приподняв брови. – Разве ты не знаешь? Мы нашли их после того, как поймали вас. На самом деле Хротвулф считает, что их убили вы.

– Убили? – воскликнул Казио. – О чем ты говоришь?

– У обеих девушек было перерезано горло – их нашли за тем Холмом, где мы поймали вас. Вороны уже начали пировать. Тогда и пострадал Оленд.

Казио не сводил с него глаз.

– Тип, который потерял глаза? И умер от заражения крови еще до заката? Неужели ты думаешь, что это из-за ворона?

– Я видел своими собственными глазами, – проговорил Эрик, на его лице появилось недоуменное выражение, как будто он сомневался в собственных словах. – Впрочем… – Он замолчал. – Нет. Я их видел. Им почти отсекли головы.

– Ты лжешь, – сказал Казио.

Девушки спустились с холма, чтобы мужчины не видели, как они справляют нужду. Они оставались вне поля их зрения всего несколько минут. И все же Казио вдруг представил лежащих на земле мертвых девушек, и к горлу подступила тошнота.

– Ах ты, сын шлюхи, – выругался он. – Вы просто чумные собаки. Я вас всех прикончу.

– Нет, – покачал головой Эрик. – Ты был бы уже мертв, если бы нам не требовался воин. Но на крайний случай сгодится и старик, если тебе так не терпится встретиться с ансу Халья. Будь спокоен, ты умрешь, и твоя смерть не будет приятной, так что молись, пока у тебя есть время, тем ансу, которых ты почитаешь.

Он накинул на шею Казио веревочную петлю и заставил его встать. Перебросил свободный конец веревки через ветку и завязал так, что Казио теперь был вынужден стоять, чтобы веревка его не задушила.

И на этом Эрик оставил его придумывать новые проклятия.

Вскоре к лагерю подъехала большая группа рыцарей. Впрочем, часть из них были больше похожи на священников. У пленников появилась надежда, но она очень скоро умерла – оказалось, что священники ведут себя так же, как рыцари.

Казио ничего не оставалось, кроме как наблюдать за их работой и стараться не заснуть.

Лагерь находился неподалеку от кургана, в Вителлио такие назывались персай, или седос, и на них часто строили храмы. Рассказывали, что будущие священники должны посещать эти храмы в определенном порядке, получая тем самым благословение своих святых. Но то, что происходило здесь, явно попахивало нечестивством. Вновь прибывшие привели с собой пленников, женщин и детей, и сразу же установили вокруг кургана семь шестов, после чего принялись выкорчевывать кустарник. Другие на вершине холма складывали из камней нечто напоминающее храм.

– Ты знаешь, что они собираются сделать, з'Акатто? – спросил Казио, продолжая наблюдать за врагами, сновавшими вокруг, точно муравьи.

– Понятия не имею, – ответил старик. – Да и думать без вина мне трудно.

– Тебе и стоять трудно без вина, – проворчал Казио.

– Точно, – ответил старик. – Мужчинам нельзя отказывать в вине, в особенности тем, кому предстоит скоро умереть.

Их разговор был прерван какой-то суматохой. Откуда-то донеслись крики, рыцари вскочили на коней и ускакали прочь, за ними последовали пятеро человек, одетых в монашеские сутаны. Через час они вернулись и привели с собой новых пленников. Все они оказались мужчинами, один был средних лет, а трое парней – совсем молодыми, младшему едва ли исполнилось четырнадцать. Все четверо имели легкие ранения.

Мужчину привязали так же, как Казио, рядом с ним.

– Вы, наверное, из Вителлио, – заговорил он на родном языке Казио. – И вас зовут Казио и з'Акатто.

– Вы нас знаете, сэр? – спросил Казио.

– Да, у нас есть двое общих друзей, очень симпатичных друзей.

– Энни и…

– Тише, – прервал его мужчина. – Попридержи язык. Похоже, это монахи Мамреса, но некоторые из них могут принадлежать и к ордену Декмануса. В таком случае они слышат даже шелест крыльев бабочки.

– Но… наши друзья, они живы и здоровы?

– Насколько мне известно. Меня зовут Арторе, и я помогал им разыскивать вас. Ну, можно сказать, что часть задачи мне удалось решить, но, честно говоря, я бы предпочел, чтобы обстоятельства сложились иначе.

– Они спаслись? Рыцари их не нашли?

Арторе пожал плечами.

– Не могу быть уверен. Мы с сыновьями задержали их, насколько могли, вот только монахи очень меткие стрелки. И они хотели взять нас живыми – в противном случае мы бы давно уже были мертвы.

– Но как церковь может в этом участвовать? – прошептал Казио. – Такого просто не бывает.

– Любого человека можно подкупить, – со вздохом ответил Арторе. – А если сказать, что ты делаешь угодную святым работу, за тобой пойдут многие. Честно говоря, я знаю о них не больше, чем ты. Вопросы следовало бы задавать моей жене. – Он помрачнел. – Хотел бы я увидеть ее еще разок, напоследок…

– Мы обязательно спасемся, – пообещал Казио. – Подожди. Я найду способ.

Но когда он в очередной раз безуспешно попытался растянуть прочные веревки, он все еще не представлял какой.

Нейл сидел на лошади, сцепив руки на луке седла, и размышлял о том, что ему не нравится лес, раскинувшийся перед ним. Начать с того, что он редко бывал в лесу – на Скерне их не росло, и, если не считать небольших рощиц, по которым он проезжал, пересекая Вителлио, он не видел больших лесов и на материке. Но однажды, когда ему исполнилось пятнадцать лет, вместе с Файлом де Лири он отправился на север, в Хериланц. У Файла были полномочия посла, но их атаковали рейдеры из Вейханда. Они вступили в морское сражение и одержали в нем победу. Впрочем, корабль получил повреждения, и они пристали к берегу для ремонта. Сразу за узкой и каменистой прибрежной полосой начинался лес, кроны сосен смыкались так тесно, что Нейлу показалось, будто он попал в пещеру. Одно дело – встретить врага на открытой местности или в море, и совсем другое – когда противник может выскочить из-за любого дерева. Им пришлось углубиться в лес, чтобы срубить сосну для мачты, – обратно они вернулись, потеряв половину людей. Моряков по пятам преследовали орды татуированных дикарей, не признающих ни короля, ни короны.