Дневная битва - Питер Бретт

Этими словами она хотела ужалить его и напомнить о клятве бороться в первую очередь с подземниками, как сделала когда-то в пещере, где они укрылись по пути из Энджирса. Она ждала от него удивления, гнева или огорчения, но Арлен ответил терпеливым взглядом.

– Ты не можешь вертеть мною, Лиша, только потому, что мальчишкой я дал тебе обещание. Я много чего пообещал в жизни и сам решу, когда и как сдержать слово.

– Какое обещание? – насторожилась Ренна.

– Позже поговорим, – сказал Арлен чуть напряженно.

Ренне это не понравилось, но настаивать не стала.

– И Аббан, и Ахман называли Пар’чина другом, – сообщила Лиша.

Арлен расхохотался:

– Лиша, у Аббана нет друзей! Только полезные знакомые, к числу которых я, безусловно, принадлежал. Что касается Ахмана Джардира, он двуличен. Одно лицо доброе и справедливое, а другое – подлинное – он показывает редко. На нем написано, что ради власти он пойдет на все.

– Что произошло в Лабиринте? – спросила Лиша напрямик. – Что он тебе сделал? Хватит загадок! Если не хочешь, чтобы мы доверяли этому человеку, объясни почему!

Впервые за все это время спокойствие покинуло взор Арлена. Рожер вынул фляжку, и Арлен небрежно нарисовал в воздухе метку, властью которой она перелетела в его руку, как железные опилки, притянутые магнетитом. Он отвинтил крышку, хорошенько приложился и на какое-то время замер с потупленным взглядом, сгорбившись и положив руки на бедра.

– Ахман Джардир был моим аджин’палом, – начал он. – Не сомневаюсь, что ты слышала это слово, но вряд ли кто-нибудь понимает его смысл. Он взял меня на мою первую битву с демонами, встал рядом, пролил со мною кровь…

– Как ты с жителями Лощины, – вставил Рожер.

– И со мной, – сказала Ренна.

– Да, но это был другой случай. Красийцы не хотели брать меня в бой. Считали недостойным. Джардир вступился, когда они были готовы меня вздернуть. Пригласил в свой дворец, выучил мой язык. Он стал мне братом и объяснил про мир и меня самого такие вещи, каким я сам учился бы до скончания дней.

– Значит, вы по-настоящему подружились, – проговорила Лиша, хотя услышанное не рассеяло растущего ужаса, который вселял тон Арлена.

– Если судить по мне, то да, – согласился он. – Но, оглядываясь назад, я не исключаю, что он всегда был готов вонзить в спину копье, когда во мне отпадет нужда; всегда замышлял пойти на север и строил планы, опираясь на полученные от меня сведения. – Он выдохнул. – А может, и нет. Возможно, дело в том, что произошло дальше.

В комнате царила тишина, и все подались к Арлену, чтобы лучше слышать, даже Ренна.

«Похоже, он говорит ей не все», – подумала Лиша.

– В те дни я занимался не только тем, что сражался бок о бок с красийцами, – продолжил Арлен. – Я оставался вестником и много лет рыскал в развалинах. Золота бросил больше, чем видывали те, кто покупает старые карты, которые обычно ведут в никуда, и столько раз рисковал жизнью, что сбился со счета. Но впоследствии, несколько лет тому назад, Аббан пообещал снабдить меня картой, по которой можно добраться до Анох-Сана.

– Место упокоения Каджи, – сказала Лиша.

– Оно самое. Я чуть не погиб, когда снимал копию с этой карты под носом у дама. Скитался по пустыне несколько недель, разыскивал его. Красийцы сказали, что город занесло песком, но во мне есть упрямая жилка.

– Честное слово, – согласилась Лиша.

Арлен сверкнул глазами.

– Но я нашел его, Лиша! Анох-Сан, потрясающий потерянный город Каджи, – и я его нашел! Он наполовину погребен в песках, но все равно красив настолько, что вам и не снилось. Его дворцы превосходят все, что ведомо герцогам, и отлично сохранились в песке. В самом большом я отыскал лестницу в катакомбы и приступил к поискам.

Теперь Рожер разжегся нешуточным интересом:

– И что ты нашел?

– Каджи, – ответил Арлен. – Или кого-то из его потомков. Он был забальзамирован и завернут в ткань, а в руках держал Копье.

– Копье Каджи, – похолодела Лиша.

Копье Ахмана.

Арлен кивнул:

– Я принес его в Красию, чтобы поделиться его тайнами. Меня считали лжецом, пока оно не ожило в Лабиринте и не убило демона. Через час я возглавил отряд, и все шарумы скандировали мое имя. Еще через два Джардир с его присными подготовили ловушку, чтобы похитить Копье. Каваль и Колив были с ними. Они избили меня и бросили в яму к живому песчаному демону, а Копье забрали.

– Создатель!.. – Ренна распахнула глаза.

Она оскалилась и схватилась за костяную рукоятку огромного ножа, что висел в ножнах на поясе.

– Как ты сбежал? – спросил Рожер.

– Убил демона и выбрался из ямы. Тогда Джардир ударил меня по голове и бросил подыхать в барханах.

– Я выпотрошу этих сыновей… – зарычала Ренна, но Арлен накрыл ее руку своей, и она угомонилась.

– Каваль и Колив исполняли приказ. Они не виноваты. Это рабочие трутни. А мозг – Джардир.

– Совершенно ясно, что он счел неслыханным кощунством разграбление священного города и гробницы Каджи, – заметила Лиша.

Арлен пожал плечами:

– А что мне было делать? Оставить утраченные тайны магии дремать в песках?

– Конечно же нет, но ты должен понять красийцев.

Арлен взглянул на нее, не веря ушам.

– Я понимаю одно: Джардир украл у меня самое могущественное оружие на свете и, вместо того чтобы делиться тайнами, пользуется им для убийства и порабощения тесийцев. Чего я не понимаю, так это почему ты продолжаешь защищать верблюжьего высерка… – Его глаза расширились. – Ты оприходовала его?

– Не твое дело! – Лиша не собиралась кричать, но гнев копился в ней всю ночь, сочетался с постоянно вызревающей тошнотой и дикой головной болью, способной пробрать и корову.

Она поняла, что вспышкой подтвердила его слова, но только сильнее распалилась.

– Чья бы мычала!.. – И махнула рукой в сторону Ренны.

Ренна молча встала и двинулась вокруг стола к Лише. Их взгляды встретились, и Лиша поняла, что испытал Рожер, когда к нему устремился Каваль. Она сунула руку в карман фартука в поисках чего-нибудь для защиты, но Ренна перехватила и резко отвела ее кисть.

– Если желаешь что-то сказать мне, вот она я, – проскрежетала она.

– А-а-а! – Лиша задохнулась от боли в вывернутом запястье.

Арлен тотчас подоспел и в свою очередь схватил за руку Ренну:

– Довольно, Рен!

Он дернул ее к себе, но она на миг воспротивилась. Арлен был силен, как скальный демон, и все же она устояла. Он удивился не меньше, чем Лиша, и та на секунду прикинула, не убьет ли ее Ренна. Молодая дикарка подалась к ней так, что их носы почти соприкоснулись, и Лиша отпрянула, боясь обмочиться и потерять остатки достоинства.