Тень и искры - Дженнифер Ли Арментроут

– Думаешь, я правда поверю, что тебя это волнует?

Я посмотрела на него.

– С ним все будет хорошо?

– Он же Первозданный, – ответил бог. – А ты что думаешь?

Я понимала, что он живет и дышит. Следовательно, его можно ранить. А богов можно убить.

– Тебя здесь быть не должно, – заявил Эктор.

– Но я здесь. – Я повернулась к ступеням и пошла вперед, надев воображаемую вуаль. – Что может быть в воде?

Эктор прошел мимо меня и первым ступил на лестницу. Он оглянулся через плечо.

– Ты веришь в чудовищ?

У меня оборвалось сердце.

– Смотря в каких.

Он с ухмылкой отвернулся. Я оглянулась на Рейна, но тот смотрел прямо перед собой. Я быстро последовала за Эктором по лестнице, не позволяя себе думать, насколько высоко мы поднимаемся.

Когда мы почти добрались до верха, Рейн сказал:

– Что бы ты ни делала, пожалуйста, не дай себя убить. Уверен, Никтос придерживает эту честь для себя.

– И не собираюсь, – заявила я.

– Он не убьет ее, – сказал сверху Эктор. – Ведь она несет в себе искру.

Рейн сзади вздохнул, и до меня дошло, что Эктор прав. Никтос не убьет меня. Пока не разберется, что означает эта искра во мне помимо того, что я могу возвращать к жизни мертвых. А когда разберется? Убьет? Возможно, тем самым приговорив царство смертных к быстрой гибели, если Эйос права? Или будет держать взаперти, подальше от тех, кто может мне навредить, и от тех, кому, как он считает, могу навредить я?

Внутри все перевернулось. Я шла вдоль широкой крыши. Вдали не было видно ничего, кроме скалистых холмов и ровной земли. Никтоса или его гвардейцев я не заметила. На повороте стены ускорила шаг, глядя по сторонам. Мы вошли в город – низкие, приземистые строения напомнили склады в Карсодонии. Я шла вперед, скользя взглядом по непримечательным зданиям, пока наконец передо мной не открылся вид на город.

У меня перехватило дыхание. Лифи оказался больше, чем я ожидала.

На черепичных крышах блестел звездный свет. Жилые дома и деловые здания теснились друг к другу, между ними тянулись узкие извилистые дорожки, совсем как в Перекрестке Крофта. На улицах и в окнах горели свечи и газовые фонари. В этом большом городе не было храмов – во всяком случае, я их не видела. Один район раскинулся на склоне холма, дома там располагались в шахматном порядке.

– Сколько здесь жителей? – спросила я, когда Эктор вышел вперед.

– Сто тысяч. – Рейн обошел меня. – Или около того.

Боги богов. Я понятия не имела. Большинство из них боги или смертные? Сколько среди них Избранных?..

Послышалось что-то похожее на раскат грома. Крики и вопли на улицах стали громче. Мне сдавило грудь, и я бросилась к парапету вместе с Рейном и Эктором. Положив руки на грубый камень, наклонилась и всмотрелась в сумрак.

По узким улочкам неслись люди – пешие, верхом и в экипажах. Меня охватил ужас: они напирали, толкались и падали, пытаясь на бегу перекричать друг друга…

– Они бегут от залива, – крикнул Эктор, отрываясь от парапета. – Дерьмо. Я думал, оттуда уже всех эвакуировали.

– Это как раз и происходит. – Рейн побежал вдоль стены, глядя вперед. – Что там такое в воде?

Гвардейцы отдавали приказы, пытаясь успокоить людей и восстановить хотя бы подобие порядка, но их возгласы тонули среди паники. Раздались резкие крики боли, я вздрогнула и отшатнулась от бушующего внизу бедствия. Давка была ужасной. Люди гибли в отчаянной попытке добраться до безопасного места.

Я заставила себя отвернуться и уйти от парапета. Юбка хлестнула меня по ногам. Я не могла позволить искре снова перехватить контроль. Вдоль восточной стены суетились гвардейцы. Я торопливо шла за Эктором и Рейном. Мы добрались до выходящего на залив края стены. Другие гвардейцы не обращали на меня ни малейшего внимания. Либо они ничего не знали, либо полностью сосредоточились на происходящем внизу. Я приблизилась к парапету, ступая между щитов, колчанов и изогнутых луков. Под капюшон пробрался несвежий ветер и бросил волосы мне на лицо. Перед нами блестела поверхность залива.

Увиденное пробудило воспоминания десятилетней давности, когда судно, перевозившее нефть, врезалось в другое. Мы с Эзрой взобрались на утесы и наблюдали, как люди короля Эрнальда пытались остановить разлив нефти. Судно затонуло, а нефть растеклась по воде. Фанос, Первозданный Небаи Моря, разгневался и вырвался из моря ужасающим вихрем. От его яростного рева у нас из ушей потекла кровь. В считаные секунды он уничтожил все корабли в порту. Погибли сотни людей – утонули, были отброшены на портовые постройки, перестали существовать вместе с десятками кораблей.

Зато с тех пор воду не загрязняли.

Но сейчас, насколько я знала, Фаноса в воде не было. И тем не менее от увиденного у меня остановилось сердце. Транспортный корабль, разломленный надвое, затонул в бешено бурлящих водах.

Еще один корабль раскачивался, а люди боролись с такелажем и что-то кричали друг другу. На бурных водах плавали вверх дном шлюпки, должно быть, присланные на помощь затонувшему кораблю. Я не заметила, чтобы в воде кто-нибудь плавал или барахтался, и вспомнила, что мы с Никтосом почувствовали у ворот.

Смерть.

В воде что-то было. Гвардейцы, выстроившиеся вдоль стены, подняли луки и прицелились.

Рейн выругался и резко остановился передо мной.

И тут я увидела то, что вырвалось на темную блестящую поверхность залива.

Я приоткрыла губы. Боги богов, они размером с лошадь. Они карабкались по бортам кораблей, мускулистые черные тела блестели, как масляные. Корабли на причале дрожали, словно тростинки на ветру. Древесина трещала и ломалась в хватке чудовищ. Их ноги пробивали дыры в палубах.

Я никогда не видела их вживую, только на картинках в толстых книгах об Илизиуме, но знала, что это даккаи – раса злобных плотоядных существ, которые, по слухам, рождаются в бездонных ямах где-то в Илизиуме.

Их лица были лишены черт, за исключением раскрытого рта, полного острых зубов. Говорили, это одни из самых ужасных существ в Илизиуме.

– Почему они здесь? – Я посмотрела на Рейна.

– Они как обученные ищейки, способные чуять итер. Он привлекает их. – Бог устремил на меня сияющие глаза. – Их послали за тобой.

Я повернулась обратно к докам. Внутри угнездился тошнотворный ужас. Даккаи вот-вот доберутся до города, и ничто не встанет между ними и домами на холме, куда так отчаянно бегут люди. Они идут за мной, а погибнуть могут невинные…

Внезапно небо прорезала яркая вспышка, ослепив меня. Я отшатнулась назад, а гвардейцы издали ликующие возгласы. Они бросились к краю стены, встали на колени и прицелились из луков.

Пронзительный вопль заставил меня снова обернуться к заливу. Я успела увидеть, что стрела поразила даккая в голову. Он упал навзничь и рассыпался в ничто, совсем как охотники. Еще одна стрела попала во второго даккая, который добрался до вершины утеса. Оттуда летели стрелы. Я развернулась, и у меня чуть не подкосились ноги.