Подземная канцелярия - Сергей Мусаниф

Он задумался, а я закурил сигару. Дело даже не в том, что я люблю курить сигары, но они создают атмосферу взаимного доверия. Человек или демон, который курит сигару в вашем присутствии, уже не может ассоциироваться у вас с врагом. Так мне кажется.

— Нет, — сказал он наконец. — Не хочу.

— Вы понимаете, от чего отказываетесь? — спросил я. — Многие готовы были продать душу только за одну такую возможность. После одной подобной экскурсии Данте создал «Божественную комедию». После другой Гете написал «Фауста», а Булгаков «Мастера и Маргариту».

— Но я не писатель.

— Вы можете им стать. К тому же неужели вам не любопытно?

— Любопытно.

— Тогда почему же вы отказываетесь?

— Я все увижу в свое время, так зачем же мне торопиться?

— Чтобы знать заранее.

— А я не хочу знать заранее.

— Это ваше право, — сказал я. — Значит, этот вариант тоже отпадает?

— Совершенно верно. А вы можете сделать меня властелином мира? Или вы туда сейчас Буша двигаете?

— Минуточку, — сказал я, потянулся в субпространство и нащупал свой ноутбук.

— Хороший фокус, — сказал Гоша.

— Фирменный, — пояснил я.

— Какая машина?

— «Хеллиум 3».

— А тактовая частота?

— Шестьсот шестьдесят шесть мегагерц.

— Маловато.

— Такова традиция, — сказал я.

— Понятно.

Я отстучал на клавиатуре запрос и тут же получил ответ, хотя особо в нем и не сомневался.

— Нет, — сказал я. — Буш — это ваше собственное произведение. Вы хотите стать властелином мира? Есть на примете одна развивающаяся страна, очень быстро развивающаяся, хочу заметить, и если вы возглавите ее в ближайшие две недели, то в обозримом будущем…

— Я пошутил, — сказал он. — А что, вы действительно можете это сделать?

— Можем, хотя это и связано с преодолением достаточного количества всяческих бюрократических препон. Начнем с гражданства, но если плотно поработать…

— Нет, я просто так спросил, — сказал он. — Боюсь, мое воображение не слишком подготовлено к решению такого рода вопросов.

— Для этого здесь я, — сказал я. — Чтобы вам посоветовать, оказать посильную помощь.

— А из-за чего вообще весь этот сыр-бор? Властелин мира, куча бабок… Зачем я вам так нужен?

— Это вопрос принципа, — сказал я. — Вы выиграли в лотерею, значит, мы должны удовлетворить ваши самые сокровенные желания. Для нашего ведомства это вопрос чести.

— Демон, говорящий о чести, — довольно редкое явление.

— А вы много демонов до меня встречали?

— Нет. Просто принято думать, что демон и честь — две вещи несовместные.

— Опять вражеская пропаганда, — сказал я. — Вы же не слышали мнения демонов на этот счет.

— Потому что вы не высказываете его публично.

— Такова наша внешняя политика. Не я ее придумал.

— Не вы, — сказал он. — Но вас такая политика устраивает?

— Вы хотите обсудить нашу внешнюю политику?

— Не особо, — сказал он.

— Тогда не будем о грустном, — сказал я. — Вражеская пропаганда и так сделала из нас рогатых кровожадных монстров.

— Но вы на самом деле рогатые.

— Но не кровожадные.

— Хотелось бы верить.

— Я ни разу вам не солгал, — сказал я.

— Вроде бы так, — сказал он.

— Могу я высказать предложение?

— Конечно, — сказал он. — Ведь я могу ответить на него отказом?

— Это ваше право, — сказал я. — Вы можете отказаться от любого моего предложения. Об этом я должен был предупредить вас с самого начала.

— Значит, я волен отказаться и мне за это ничего не будет?

— Совершенно верно, вам за это ничего не будет. Ваша жизнь войдет в обычную колею и будет катиться по ней до самой смерти. И лишь тогда вы пожалеете, что ответили мне отказом.

— Это угроза?

— Никоим образом, — сказал я. — Это факт. Так вот, суть моего предложения в следующем. Мы в тупике, вы не знаете, чего хотите, и я не знаю, что вам предложить. В шахматах эта позиция называется патом.

— Из пата нет выхода.

— В шахматах, — сказал я. — Но у нас он есть. Я прошу у вас позволения просканировать вашу душу и снять с нее отпечаток. Возможно, это поможет мне лучше узнать о ваших потребностях.

— Просканировать душу?

— Да, — сказал я, снова протягивая руку в субпространство и доставая из него прибор, присланный мне Бегемотом. — С помощью вот этого аппарата.

— А это не опасно? — спросил он.

— Нет, — сказал я. — Это как рентген. Вы же делали рентгеновские снимки?

— Неоднократно.

— И никакого вреда это вам не нанесло.

— Те снимки делали не демоны. Откуда я знаю, может быть, этот прибор заберет у меня душу без моего согласия?

— Без вашего согласия и вашей подписи на договоре это невозможно сделать.

— А что даст вам этот снимок?

— Я увижу вашу душу. И вы тоже сможете на нее посмотреть и решить, так ли она вам нужна.

— Это больно? — спросил он.

— Процесс абсолютно безболезнен. И займет он всего несколько секунд. Как «полароид». Результат будет на экране моего компьютера.

— Хорошо, — сказал он. — Я даю свое согласие на снимок. Валяйте.

Самое удивительное, что он абсолютно не нервничал с самого начала разговора и не занервничал даже сейчас. Смертные обычно начинают хоть как-то реагировать на предложение увидеть собственную душу. Многим это зрелище может сильно не понравиться.

Вообще, предложение заключить с нами сделку является событием исключительным в жизни любого смертного, событием, которое способно при любом исходе кардинальным образом повлиять на его жизнь, так что в такой ситуации трудно сохранить полное самообладание. Но Гоше это каким-то образом удавалось. Вполне возможно, что снимок его души может дать мне ответ и на этот вопрос.

Я подсоединил сканер к своему ноутбуку, попросил клиента встать, потому что в таком положении снимок получается наиболее четким, и запустил процесс, не сводя глаз с монитора.

Сначала пошли контуры и всякая незначительная информация. Аура, биополя, трам-тарарам. Для того чтобы всю это тягомотину правильно расшифровать, специалист нужен, я же таковым не являюсь. Но то, что я искал и что вполне могло иметь место, видно даже невооруженным глазом абсолютного дилетанта.