Апокалипсис для избранных - Ян Сикоревич

— Ты спас мне жизнь, салпай! — Шамшир с благодарностью посмотрела на Скользкую Тень.

Индеец улыбнулся:

— Как же иначе. Ты же моя племянница. Больше никого у меня не осталось.

После падения скалы, рельеф местности преобразился. Задвигались и другие скалы. Люди почувствовали, как задрожали коленки — верный признак несильного землетрясения.

— Алпа киауа в два, три балла, — спокойно констатировал Ни-Зги. Это всегда так после главного толчка бывает, отголоски.

— Посмотрите на эти отголоски алпа киауа? — индеец указал на поверхность.

Прямо перед ними зияла огромная, только что образовавшаяся щель, в которую можно было проникнуть даже ребенку или худой девушке. Но был риск, что после повторного толчка щель намертво закроется и ее пленник погибнет.

Индеец сказал девушке:

— Смелее Шамшир, ты же шуарка. Полезай. У тебя есть несколько минут. Обычно после толчков проходит время, потом могут быть повторные. Полезай, пока духи гор сомневаются.

— И долго они будут сомневаться? — Ни-Зги скептически и с недоверием посмотрел на скалу.

Но Шамшир уже его не слышала. Девушка мысленно помолилась всем богам, которых знала, и полезла в каменную ловушку. В любой момент та могла захлопнуться и раздавить ее. На секунду индианка заколебалось, так сильно было желание вернуться, но тут она услышала повторно: «Помогите».

Голос был знакомый. Неужели это ее Мартин?

***

Сразу нахлынули воспоминания, которые несмотря на прошествие лет никогда не тускнели в ее сознании.

— Мартин, я иду к тебе, я уже рядом, — улыбка озарила нежное смуглое лицо.

Навстречу ее руке оттуда была протянута рука. Это был он. Оба застыли в странном порыве.

Мартин думал: «Я спасен! И спасла меня любовь. Эта женщина закроет мои глаза, когда умру!»

Опять ноги стали словно ватные и задрожало под коленками.

«Все! Она не жилец! — констатировал старый индеец. — И зачем я ее послал на верную смерть?»

Но очередной толчок алпа киауа сжалился над Шамшир. Вместо того, чтобы закрыть ее тело навечно и превратить в плоское месиво костей и мяса, землетрясение гостеприимно расширило проход. Губы девушки быстро зашептали:

— Тебе предстоит испытание, а после, ты будешь свободен. Тестер пометил некоторых членов экспедиции чипами смерти, а исполнители все погибли. Дух моего отца, Мудрого Скорпиона, вождя племени шуара попросил меня обратиться к тебе с просьбой в обмен на свободу, стать его воином и казнить изгоев, иначе ты умрешь замурованным здесь. Дорогой мой, если согласишься, то вместе с жизнью получишь меня в придачу. Но только если ты еще что-то ко мне испытываешь? Вторая часть моей просьбы исходит уже не от духа Мудрого Скорпиона, а от меня лично. Ты можешь ее проигнорировать.

Девушка стыдливо опустила глаза. Щель в скале была достаточна для того, чтобы они взялись за руки, но протиснуться в нее Мартин был не способен без чьей-то помощи извне. А главное, в любой момент края только что образовавшейся трещины могли сомкнуться и раздавить и Шамшир и его. Времени на раздумывания не было. Но влюбленные продолжали держать друг друга за руки, словно на мирном свидании, презирая опасность быть раздавленными; и внезапно их уста сомкнулись. Потом Мартин попытался сквозь узкую трещину обнять возлюбленную. Шамшир начала лихорадочно рассказывать о своей жизни. Но Мартин ее почти не слышал. Он уже твердо для себя решил: она будет с ним до конца его дней. С женой разведется. Очередная подступившая волна нежности зажгла в его сердце надежду на новую жизнь. Шамшир настолько растаяла, что уже не соображала для чего появилась тут. Пара застыла вновь в долгом поцелуе.

Внезапно в расширившемся проходе появился разъяренный индеец.

— Сколько можно нежится, будет еще время! Сейчас долг превыше всего. Ты согласен Мартин?

Тот оторвался наконец от Шамшир и посмотрел непонимающим взглядом на мерцающее в полумраке пещеры лицо индейца.

— Ты согласен стать кирчаком, тогда пошли… или оставайся тут, я завалю тебя камнями, если горы откажутся это сделать!

Наконец, до Мартина дошли слова Шамшир, с которых она начала их встречу.

— Да, я согласен, — сразу взор его посерьезнел. Он же был военным, разнеженный женскими чарами на мгновенье, солдат вернулся в свою личину.

Индеец оторвал приклеившуюся к возлюбленному племянницу, отбросил в сторону. И как раз вовремя. Стены щели заскрипели и стали быстро сжиматься. Все повторилось точь-в-точь, как двумя днями ранее при спасении из пещеры людей экспедиции.

— А нет ли тут какой-то закономерности? — подумал индеец.

За жизнь командира военного отряда Мартина, замурованного внутри, он уже не поставил бы и ломаного гроша. А в пещере вот что происходило: с потолка хлынула струя, как под напором, и водная стихия стала быстро заполнять все пространство. Места для воздуха почти не оставалось. Мартин делал судорожные глотки, но чаще уже ловил не воздух, а воду. Но в очередной раз заскрипели стены, и раскрылась трещина. Скользкая Тень молнией метнулся внутрь и успел схватить человека, а потом рывком вытащить наружу на йоту до того, как трещина собиралась раздавить Мартина. Это старику стоило немало сил и совершив подвиг, он без чувств свалился у ног Шамшир. Бедная девушка не знала кого раньше спасать любимого или дядю. Но порой удается сделать невозможное. Главное очень хотеть. Первым глаза открыл старик. Он встал на одно колено и сразу без проволочек занялся Мартиным.

Ни-Зги не остался в стороне. Он стал помогать Скользкой Тени реанимировать Мартина. Человек-атлант единственный из экспедиции ничего не знал о случившемся и не был в пещере с сокровищами.

Мартин выполняет обещание, казнь изгоев, смерть Мартина

Потом Скользкая Тень, Шамшир, Мартин и Ни-Зги отправились в лагерь экспедиции. Ни-Зги постарался запомнить старое дерево, рядом с которым находилась пещера-хранилище. Вполне вероятно, что там скоро ему придется побывать с Юпитером. Вся экспедиция находилась на открытом месте. Едва люди успели выйти наружу из укрытия, как скалы зашевелились. Сейчас все затихло, но никто не рискнул лезть обратно в жилище, под которое давно была оборудована пещера. Хотя там были удобные постели, все предпочитали лежать на земле в крошеве щебня и веток. Землетрясение имело тенденцию повторяться пусть