Восходящая Тень - Роберт Джордан

Его спутники подобрались поближе. Камни катились у них из-под ног, они переговаривались, и Льюин опасался, что этот шум разбудит лагерь внизу. Но он не стал укорять товарищей: опыта в таких делах у него было не больше, чем у них. Лица их были закрыты вуалями от пыли, но Льюин мог легко узнать каждого. Широкоплечий проказник Лука, тощий как щепка непревзойденный бегун Гиран, Чарлин и Алиджа — их почти невозможно различить, если бы не привычка Чарлина склонять голову набок, когда его что-то тревожит, как сейчас. Внизу, в лагере, находилась его сестра Коллин, так же как и сестра Льюина Майгран.

Когда нашлись изломанные во время борьбы корзинки девушек, большинство готово было оплакать утрату и продолжать путь, как не раз уже бывало прежде. Даже дед Льюина. Если бы Адан знал, что задумали эти пятеро, он непременно бы их остановил. Адан только и делал, что твердил о необходимости хранить верность заветам Айз Седай — сам Льюин этих Айз Седай отродясь не видал — и оберегать жизни айильцев. Айильцев как народа, отдельный человек был не в счет. Даже Майгран.

— Их четверо, — прошептал Льюин, — а девушки лежат по ту сторону костра. Я тихонько разбужу их, и, пока мужчины спят, мы с ними убежим.

Его друзья переглянулись и согласно кивнули. Конечно, план спасения стоило бы разработать заранее, но единственное, что было у них на уме, — это как незаметно выбраться из фургонов и добраться до девушек.

Друзья вовсе не были уверены, что найдут похищенных до того, как похитители вместе с добычей не укроются в своем селении. Тогда нечего и мечтать выручить девушек — приблизившихся айильцев просто перебьют палками и камнями.

— А ежели они проснутся? — забеспокоился Гиран.

— Я Коллин ни за что не брошу, — прошептал Чарлин, — мы их освободим.

— Само собой, — подтвердил Льюин. Лука ткнул Гирана в бок, и тот кивнул. Спускаться вниз в темноте оказалось непросто. Земля осыпалась, из-под ног катились камни, трещали сухие прутья. Казалось, чем тише старался двигаться Льюин, тем больше он производил шума. Лука с треском свалился в терновник, правда, сумел сдержать возглас. Чарлин поскользнулся и скатился вниз, чуть не к самому лагерю. Но никто из спящих даже не шелохнулся.

Поблизости от костра Льюин задержался, переглянулся с друзьями и осторожно, на цыпочках продолжил путь. Собственное дыхание громом отдавалось у него в ушах, оно казалось ему громче храпа, доносившегося из-под четырех ворохов одеял. Неожиданно храп стих и один из спящих шевельнулся. Льюин замер на месте. Но тот устроился поудобнее и захрапел снова — только тогда Льюин осмелился перевести дух.

Он осторожно присел на корточки возле одного холмика поменьше и отодвинул в сторону заскорузлое грубошерстное одеяло. На него смотрела Майгран. Лицо девушки было в синяках и кровоподтеках, платье разорвано чуть ли не в клочья. Опасаясь, что сестра вскрикнет, Льюин прикрыл ей рот ладонью, но она только таращилась на него, даже не моргая.

— Ну погоди, парень, прирежу я тебя, как поросенка. — Из вороха одеял по другую сторону костра поднялся малый в грязной одежде, с всклокоченной бородой. В руке он держал длинный нож, красноватые блики тлеющего костра играли на клинке. Он пнул спавших рядом. Одеяла зашевелились, послышалось невнятное бормотание. — Как поросенка, — повторил бородач. — Интересно, визжать ты умеешь или только бегать горазд?

— Беги! — крикнул Льюин сестре, но девушка лишь смотрела отсутствующим, непонимающим взглядом. Он схватил ее за плечи и поднял, стараясь подтолкнуть в темноту — туда, где дожидались его друзья. Коллин тоже проснулась; он слышал ее хныканье, доносившееся из-под одеял, но она лишь потуже замоталась в засаленное тряпье, словно пытаясь в нем укрыться. Майгран стояла на месте, остолбенело уставясь в пространство.

— Ничего-то ты не можешь. — Бородач с ухмылкой обошел вокруг костра, опустив нож. Его приятели присели и, посмеиваясь, наблюдали за происходящим.

Льюин не знал, что делать. Бросить сестру он не мог, а значит, оставалось лишь умереть. Может быть, это даст Майгран возможность бежать.

— Беги! — умолял он ее. — Пожалуйста, беги! Но девушка как будто не слышала его. Что они с ней сделали?

Бородач, ухмыляясь, подступал ближе. Он не торопился, его забавляла эта игра.

— Не-е-е-т!.. — Из темноты вихрем налетел Чарлин. Обхватив бородатого руками, он повалил его на землю. Остальные похитители тут же вскочили на ноги. Один, бритая голова которого поблескивала в лунном свете, занес над головой Чарлина меч.

Дальше все произошло будто само собой. Неведомо как в руках Льюина оказался висевший над костром тяжелый котелок, и он с размаху ударил им по бритой голове. Бритоголовый как подкошенный повалился на землю. Льюин пошатнулся и чуть было не свалился в костер. Он попытался сохранить равновесие, но выронил котелок и упал рядом со своим противником. Смуглый мужчина с заплетенными в косички волосами бросился к нему с мечом в руках. Льюин перекатился, уворачиваясь от сверкающего острия. Он шарил руками по земле, отчаянно стараясь нащупать хоть что-нибудь, чем можно было бы защититься. Под руку ему попалась какая-то круглая палка. Не раздумывая, он ткнул ею нападавшего — тот взревел и выпустил меч. Изо рта его хлынула кровь. Нет, это была не палка, а копье.

Поняв это, Льюин отбросил древко. Но слишком поздно. Человек с косичками покачнулся и повалился прямо на Льюина — тот едва успел отшатнуться. Нападавший был мертв. Он, Льюин, убил человека. Юношу била дрожь, холодный ветер пронизывал его насквозь.

Лишь через некоторое время он пришел в себя, удивляясь, что остался цел. Вокруг кострища стояли только его друзья — Гиран, Лука и Алиджа. Над защитными вуалями виднелись округлившиеся от потрясения глаза. Коллин по-прежнему тихонько всхлипывала, шмыгая носом под кучей тряпья, а Майгран стояла, отрешенно глядя перед собой. Чарлин, согнувшись, стоял на коленях и держался за живот. А те четверо, похитители девушек…

— Мы… — срывающимся голосом произнес Лука, — мы убили их… всех… Помилуй нас Свет… Льюин подошел к Чарлину и тронул его за плечо:

— Ты не ранен?

Чарлин упал. Руки, которыми он держался за рукоять торчавшего из живота ножа, были красны от крови.

— Больно, Льюин, — прошептал он, содрогнулся, и глаза его остекленели.

— Что будем делать? — спросил Гиран. — Чарлин умер, а мы… О Свет, что мы натворили! Что делать?!

— Отведем девушек к нашим фургонам, — промолвил Льюин, не в силах оторвать взгляд от безжизненных глаз Чарлина, — вот что мы сделаем.

Они собрали все, что могло пригодиться, прежде всего котелки и ножи. Никто не мог позволить себе разбрасываться изделиями из железа.

— Надо все забрать, — грубовато произнес Алиджа, — наверняка они сами украли это у кого-нибудь вроде нас.

Льюин не возражал, но, когда Алиджа стал собирать и мечи, остановил товарища:

— Нет, Алиджа, не надо. Мечи сделаны специально для того, чтобы убивать людей. Больше они ни на что не годны.