Хранитель Мечей. Война мага. Том 2. Миттельшпиль - Ник Перумов

– Но я же собиралась… добыть ещё крупинки, – дрожа всем телом, призналась Сильвия. Слёзы сдавливали горло, хотелось упасть на колени, зарыться лицом в это синее одеяние и плакать, плакать без конца над своей судьбой, над пропавшей мамой, над чудовищем-отцом, над дедом, тоже чудовищем, если разобраться, хотелось выплеснуть всю скопившуюся злобу, горечь, неверие, спесь, гордыню и прочее, что делало Сильвию нынешней Сильвией.

– Конечно, собиралась. На это тебя толкали уязвлённая гордость и пережитая боль. А что ты хотела сделать потом, дорогая? Ответь мне.

– Хранительница, ты… знаешь и так, – прошептала девушка, шмыгая носом.

– Знаю, – кивнула та. – Но, поверь мне, будет лучше, если ты проговоришь это вслух.

– Я хотела обрести силу. – У Сильвии по-прежнему хватало сил только на шёпот. – После этого, мне казалось, я вырвусь из этого мира, смогу занять достойное место… в Долине магов или в моём родном мире… я хотела унизить Клару Хюммель… и архимага Игнациуса… заставить их уважать меня…

– Не только, милая, – мягко покачала головой Хранительница.

– Н-не только, – призналась Сильвия. – Мечтала стать королевой. Королевой Долины магов. Игнациус рассчитывал на меня, но я смогла бы в нужный момент… может быть, даже больше, не королевой магов, а богиней, владычицей какого-нибудь мира… а их всех втоптать в грязь, увидеть, как они корчатся, униженные… наверное, больше всего хотела именно этого, а потом уже – власти и могущества…

– Ничего удивительного, ты честолюбива, а честолюбие – это прекрасно, когда находит себе достойную цель, – заметила Хранительница. – Не вижу ничего дурного в желании стать хорошей правительницей, справедливой, доброй и честной, примером для подданных, так чтобы они могли б сказать: «Королеве бы это не понравилось!» И такие слова в силах были бы остудить даже самые горячие головы. А про свой родной мир ты не вспоминала?

– Вспоминала, – кивнула Сильвия. – Но… мне он казался таким серым, таким скучным, а Долина магов…

– Расскажи мне о ней, – попросила Хранительница. – До меня доходили лишь смутные слухи.

Сильвия поспешно кивнула и пустилась описывать своё самое дивное воспоминание, когда девчонка из ничем не примечательного мирка очутилась в твердыне сильнейших магов великой совокупности миров. Хранительница время от времени кивала.

Удивительно, но Сильвия не чувствовала ни малейшей усталости, её не тянуло присесть, словно сам воздух Храма Океанов обладал целительным и восстанавливающим силы действием.

– Так я и думала, – резюмировала собеседница Сильвии, когда девушка закончила свой рассказ. – Этот Игнациус, кстати, сейчас здесь, в Эвиале, и я боюсь, что его намерения далеки от добрых. Мне кажется, тебе придётся встретить его лицом к лицу. Ведь ты именно этого хотела? После того, как соберёшь силу драконов?

Сильвия молча кивнула.

– Ты избавилась от артефактов Игнациуса, это правильно, – одобрительно проговорила Хранительница. – Не по своей воле, но это неважно. Магические предметы такой мощи знают только одного хозяина. Это непреложное правило. Они предали бы тебя, реши ты обратить их силу против самого Архимага. Уж в этом ты можешь мне поверить. У тебя сейчас две крупинки, но только от одного кристалла…

– Хозяйка… Хранительница… но кто нанял меня? Кто вручил мне флейту? Она обещала мне силу богини… это она придумала, не я… власть над мирами… Если это ты следила за мной в образе кошки, то кто же тогда?..

По тонким губам скользнула лёгкая улыбка.

– Дорогая моя, в этом мире сплелось в смертельной схватке множество сил. Но борются они не только и не столько за власть над Эвиалом – в противном случае они просто перегрызли б друг другу глотку и сильнейший завладел бы миром, несмотря на все мои усилия. К нашему – да-да, нашему, твоему и моему! – счастью, эти силы имеют множество других интересов. Эвиал – лишь одно из бесчисленных полей, на которых кипят их битвы. И потому намерения этих сил зачастую позволяют им вступать в различные альянсы, пусть и недолговечные, и непрочные, но всё-таки союзы. И не всегда все их деяния оказываются однозначным злом. Возьмём хотя бы твою миссию. Ты представляешь, кто – в точности! – дал её тебе?

– Представляю, – с трудом проговорила Сильвия. – В этом мире её называют Западной Тьмой.

Хранительница улыбнулась.

– Ошибаешься, моя дорогая. Та флейта, что тебе вручили, – разве это работа Тьмы? Разве ты не отличишь её подделку от того, в чём квинтэссенция природы? Нет, Сильвия. Тебя наняла Вейде, светлая королева эльфов из Вечного леса. И, признаюсь, наняла по моей просьбе. Ты вот не воспользовалась флейтой, а зря.

– Я… боялась… но почему нельзя было сказать?..

– Спроси лучше, почему у меня нет сил одним мановением руки избыть и саму Западную Тьму, и безумцев-инквизиторов, и вообще всё зло, творимое в Эвиале? – печально усмехнулась Хранительница. – Спроси, почему всё, что у меня есть, – этот тайный храм в сердце моря, чистой и неосквернённой стихии? Почему у меня нет армий, всех моих помощников здесь лишь двое, да и то попавших сюда только в самое последнее время?

– Я покорно вопрошаю премудрую Хранительницу обо всём этом. – Сильвия почтительно склонила голову.

– Те, кто послал меня сюда, кто очертил пределы моих сил, – вполголоса произнесла её собеседница, – объяснили мне всё очень чётко. Сила может сохранять чистоту, лишь оставаясь скрытой. Великий Закон Равновесия.

– Почему же Тьма не подчиняется ему? – искренне вознегодовала Сильвия.

– Есть старое изречение – в тот миг, когда Добро воспользуется арсеналом Зла, оно само сделается им. Закон Равновесия оберегает тех, кто стоит на страже естественного хода вещей, от этой ловушки.

– Прости, но я не понимаю тебя, о великая. – У Сильвии голова шла кругом. – Я всего лишь человек, обычная смертная девчонка. Какой же это закон равновесия, если Злу позволено всё, а тебе, сохраняющей мир, – ничего?

– Мне позволено многое, но иного сорта. У меня нет и не может быть многочисленных армий – лишь редкие спутники, благодаря особым качествам способные узреть Храм Океанов. К сожалению, они смертны, и не так давно я потеряла двоих, из самых лучших, и до сих пор не могу понять, что же с ними случилось, их нет ни среди мёртвых, ни среди живых… В основном я могу побуждать других выступить на защиту Эвиала, что я и делаю. Признаюсь, что разными методами. – По лицу Хранительницы прошла тень. – Иные из них противны мне самой, но мои желания тут ничего не значат. Эвиал должен жить. Просто жить, и нет смысла задавать вопросы: а достоин ли он этого? И вот поскольку ты, со своим чёрным мечом, оружием злым и кровожадным, выступила в Эгесте на защиту Эвиала, я решила предложить тебе сделку.

– Но… королева Вейде хотела девять крупинок для самой себя, верно?

– Я сказала, что она наняла тебя «по моей просьбе», хотя это не совсем верно, – призналась Хранительница. – Я подсказала ей идею, я навела её на мысль – и, поверь, это было непросто. Королева Вейде обладает собственной могучей магией, и пробиться сквозь её барьеры, не нарушая тот самый пресловутый закон… – Хранительница покачала головой. – Королева Вейде имела собственные виды на тебя. Только потому мне и удалось добиться успеха.