Гражданская кампания - Лоис МакМастер Буджолд

Грегор еще не вернулся на свое возвышение из своего личного кабинета. О чем это они там могут с Баем так долго беседовать? Оглядев всех присутствующих внизу, Катриона сообразила, что Доно среди них все еще нет. Такая энергичная личность выделялась бы в любой толпе, даже в этой. Уж нет ли какой тайной причины для нахальной уверенности Ришара?

Но не успела она встревожиться, как десятки лиц развернулись к ведущим в зал двустворчатым дверям. Прямо под ней в зал Совета вошла группа людей. Даже со своего места она увидела бородатого лорда Доно. На нем был синий с серым мундир младшего сына Дома Форратьеров, почти близнец облачения Ришара, но с регалиями и украшениями наследника графа, что было тактически куда правильней. Доно прихрамывал и явно двигался с трудом, будто превозмогая боль. К вящему изумлению Катрионы, рядом с ним шагал Айвен Форпатрил. Насчет остальных она была не уверена, хотя и узнала некоторые мундиры.

– Тетя Фортиц! – шепнула она. – Кто эти графы, что пришли с Доно?

Тетя Фортиц сидела с несколько удивленным и озадаченным видом.

– Тот, что с белоснежной гривой волос, в синем с золотом мундире, – Фалько Форпатрил. Тот, что помоложе всех, – Форвользе, тот самый странный малый с Южного побережья, ты знаешь. А пожилой господин с тростью – сам граф Форхалас. Глазам не верю. Другой – граф Форкаллонер. Как и Форхалас, он считается самым несгибаемым старым пнем консервативной партии. Думаю, это их все дожидались. Теперь дело стронется с места.

Катриона поискала глазами Майлза, пытаясь получить у него ответ. На его лице радость от появления лорда Доно совершенно явно боролась с растерянностью от прибытия основных сил Ришара in corpore. Айвен Форпатрил отделился от группы и с поразительно самодовольной усмешечкой на физиономии подошел к Рене. Катриона откинулась на стуле с бешено колотящимся от волнения сердцем, тщетно пытаясь сообразить, что бы могла означать сия мизансцена, хотя снизу до нее доносился лишь гул голосов, в котором было невозможно различить слова.

Айвен несколько мгновений искренне наслаждался полным обалдением, написанном на физиономии его братца – Лорда-Аудитора-при-Исполенении. Ага, спорю, ты никак не можешь ничего понять! Наверное, ему должно было бы быть стыдно, что он не улучил мгновения во всей этой утренней суматохе быстренько связаться с Майлзом по комму и поставить в известность о том, что намечается, но ведь все равно к тому времени уже и вправду было слишком поздно, чтобы Майлз успел что-то предпринять. Еще буквально несколько секунд Айвен на шаг опережал Майлза в этой игре. Наслаждайся. Но Рене Форбреттен тоже сидит с потерянным видом, а к нему у Айвена счетов нет. Достаточно.

Майлз смотрел на братца со смесью восторга и ярости.

– Айвен, дур… – начал он.

– Не говори … этого, – жестом остановил его Айвен, прежде чем братец успел разразиться речью. – Я только что спас твою задницу. Снова. И какая же благодарность? Никакой. Ничего, кроме унижений и оскорблений. Таков уж мой несчастный удел.

– Пим сообщил, что ты везешь сюда Доно. За что я тебе признателен, – сквозь зубы выдавил Майлз. – Но их-то ты какого черта сюда приволок? – дернул он подбородком в сторону четверки консервативных графов, направлявшихся к скамье Бориса Формонкрифа.

– Смотри, – пробормотал Айвен.

Когда граф Форхалас проходил мимо Ришара, тот выпрямился и широко улыбнулся ему.

– Наконец-то, сэр! Рад вас видеть!

Улыбка Ришара увяла, когда старый Форхалас прошествовал мимо него, даже не повернув головы. С тем же успехом Ришар мог быть невидимкой, столько внимания уделил его приветствию старик. Следовавший за ним Форкаллонер хотя бы хмуро поглядел на Ришара. Все же своего рода признание.

Айвен в радостном предвкушении затаил дыхание.

Ришар предпринял еще одну попытку, когда мимо него шагал белоголовый Фалько Форпатрил.

– Рад, что вы приехали, сэр…

Фалько остановился и одарил его ледяным взглядом. Голосом, хотя и тихим, но настолько глубоким, что доносился до самых дальних концов зала, Фалько проговорил:

– Это ненадолго, радоваться тебе нечему. В нашей среде существует неписаный закон, Ришар: если ты затеваешь какую-то грязную игру, то должен быть в этом чертовски хорошим игроком, чтобы тебя не застукали. Ты недостаточно хорош.

Фыркнув, он удалился вслед за коллегами.

Шедший последним Форвользе прошипел Ришару:

– Как ты посмел вмешивать меня в свои делишки, организуя нападение в моем доме? Я позабочусь, чтобы тебя за это разорвали в клочья.

Он проследовал за Фалько, с каждым шагом во всех смыслах все больше отдаляясь от Ришара.

Майлз таращил глаза, губы понимающе искривились.

– Тяжелая выдалась ночка, Айвен? – выдохнул он, заметив хромоту Доно.

– Ты не поверишь.

– А ты меня испытай.

Айвен вполголоса торопливо просветил Майлза и изумленного Рене:

– Вкратце: банда наемных уродов попыталась внести обратные изменения в бетанскую хирургию Доно с помощью виброножа. Заловили нас на выходе из дома Форвользе. У них был неплохой планчик, как убрать с дороги оруженосцев Доно, но вот Оливии Куделки и меня не предусматривалось в их списке. Так что в результате это мы их уделали, и я приволок их вместе с уликами к Фалько и старому Форхаласу и предоставил дедам с ними разбираться. Конечно, известить Ришара никто не потрудился. Мы оставили его в информационном вакууме. Еще до конца сегодняшнего дня Ришар может крепко пожалеть, что не перерезал этим самым виброножом себе глотку.

Майлз пожевал губу.

– А доказательства? Для такой затеи Ришар должен был прибегнуть к длиннющей цепочке посредников. И если он и вправду потренировался на невесте Пьера, то он весьма ловок. Проследить цепочку до его дверей будет затруднительно.

– Как быстро сможем мы получить доказательства? – напряженно добавил Рене.

– На это ушли бы недели, но главный подручный Ришара подался в Имперские Свидетели.

– Главный подручный Ришара? – переспросил Майлз.

– Байерли Форратьер. Похоже, он помогал Ришару все это организовывать. Но все пошло наперекосяк. Нанятые Ришаром гориллы следили за Доно, рассчитывая захватить его, когда он прибудет к особняку Форсмитов, но увидели, как они посчитали, лучшую возможность в гараже Форвользе. Из Байерли дым шел, когда он наконец отловил меня незадолго до рассвета. Не знал, что все его пешки биты, бедный истеричный хитрован. Я их захватил. Впервые в жизни видел, как Байерли Форратьер потерял дар речи, – довольно ухмыльнулся Айвен. – А потом приехали орлы из Имперской безопасности и увезли его.

– Как… неожиданно. Совсем не так видел я место Бая во всей этой игре. – Майлз насупился.

– Я так и думал, что ты слишком доверчив. Было в Байерли нечто такое, что с самого начала мне не нравилось, но я никак не мог понять, что именно…