Возвращение - Кира Измайлова

Пробовала я и наводить справки о подобных заклятиях и приемах, очень осторожно, чтобы никого не насторожить раньше времени (если предположить, что этот неведомый маг – здешний и состоит в Коллегии), но снова ничего не поймала. То ли мои знакомцы ничего не знали, то ли предпочитали отмалчиваться, но таких заклятий никто припомнить не смог.

Замечательное дело! Пострадавший имеется, улики тоже, а подозреваемых нет! Это здорово меня злило, но что-либо сделать с этим я была не в состоянии…

Вдобавок Лауринь, пообещавший сообщить, если что-то разузнает, как сквозь землю провалился. Допускаю, начальство, не обрадованное результатами расследования (как я и предполагала), навалило на него столько дел, что времени вздохнуть не было, не то что заниматься посторонними вещами. А может быть, Лауриню просто не хотелось ввязываться в это расследование: головной боли много, а толку – чуть. В общем-то я его понимала…

Однако, наткнувшись на капитана во время очередного визита в сыскное отделение (совсем по другому делу, перепало мне небольшое расследование, ничего особенного, но хоть чем-то можно было занять мысли!), я склонилась к первой версии. Вид у Лауриня был не просто уставший, заметно было, что капитан вымотался едва ли не до последнего предела, еще немного – и полковнику Олверу придется искать нового сотрудника. А может быть, и не придется: такие, как Лауринь, крепче, чем кажутся, это я по прежним временам помню. Правда, тогда он был мальчишкой, а они бывают выносливее взрослых.

– Удалось узнать что-нибудь? – спросил он, сухо поздоровавшись. Этот интерес меня, не скрою, удивил.

– Вы о Вейрише? – уточнила я.

– О ком же еще?

– Мало ли, – пожала я плечами. – Интересы у вас разнообразные, быть может, вы имели в виду кого-то иного. Ту же актрису, к примеру. Хотя вам, полагаю, гораздо лучше известно, что с нею сталось.

– Актриса покинула Арастен, – сообщил Лауринь. Впрочем, это я и без него знала. Он будто подслушал мои мысли: – И не говорите, будто для вас это стало новостью.

– Вы правы, не стало, – согласилась я. Мы спустились во двор, сержант Зибо подвел капитану его коня, я же дожидалась, пока слуга совладает с моей кобылой. – Но я, в свою очередь, вынуждена вас огорчить: никаких новых сведений у меня не появилось, увы.

– Ясно… – Лауринь смотрел в сторону, рассеянно оглаживая буланого. – Снова тупик?

– Отчего же снова?

– Оттого, что с вороным вейреном тоже так ничего и не прояснилось, – напомнил он. – Подозрительно много неудач подряд, вы не находите?

– Вы изволите иронизировать? – полюбопытствовала я, садясь в седло.

– Ни в коем случае. – Лауринь последовал моему примеру. Я присмотрелась к нему: да, он хорошо научился владеть лицом, но опыта мне не занимать, я бы заметила, пытайся он меня поддеть. Но нет, он был совершенно серьезен. – Просто меня настораживают такие совпадения.

– Чем же, позвольте узнать? – спросила я, хотя уже догадывалась, что он может сказать.

Вместо ответа Лауринь подозвал Зибо, отдал ему какие-то указания – юноша выслушивал капитана с выражением такой беззаветной преданности на физиономии, что я невольно усмехнулась. Сержант, бросив на меня неласковый взгляд, убрался с глаз долой, а я произнесла:

– Лауринь, чем я заслужила такую нелюбовь вашего ординарца?

– А вы как полагаете? – ответил он вопросом на вопрос.

– Очевидно, тем, что не преклоняюсь перед вами, его кумиром, – пожала я плечами. – Угадала?

– И более того, – добавил Лауринь, усмехнувшись, – ведете себя несколько… хм…

– Ну договаривайте уж! – рассмеялась я. Мы уже двигались по улице, лошади шли шагом, скрипел снег под копытами. – Как именно я себя веду? Развязно? Недопустимо? Непозволительно?

– Да, примерно так, – ответил капитан. – Видите ли, Зибо не понимает, почему штатской даме дозволяются такие вольности в отношении гвардейских офицеров, тем более сотрудников охранного отделения.

– А вы объяснили ему, кто такие судебные маги? – напомнила я. – Я ведь просила вас…

– Боюсь, теоретических знаний ему недостаточно, – сказал Лауринь. – Чтобы понять, кто вы такая, простого объяснения мало. Нужно как минимум увидеть вас в деле, а как максимум…

– Можете не продолжать, – махнула я рукой. Да, как максимум – побыть моим сопровождающим этак с полгода. Увы, Зибо в этой роли я просто не вынесу! – Но мы отвлеклись, Лауринь. Кстати, куда мы направляемся?

Он пожал плечами:

– Я еду, куда конь везет. А вы…

– А я следую за вами, пребывая в уверенности, что вы преследуете некую цель, – заметила я.

– Увы, нет, – ответил Лауринь и взглянул, прищурившись, на солнце. Сегодня оно рассиялось по-весеннему, небо было высоким и чистым, а снег искрился, как горы драгоценностей. – У меня просто выдалось немного свободного времени, и я хотел провести его подальше от… всего.

«Желательно в одиночестве» – читалось по его лицу, но капитан смолчал. Впрочем, я прекрасно его понимала: иногда необходимо отвлекаться от работы, иначе есть риск окончательно ошалеть и начать совершать нелепейшие ошибки.

– Хорошая мысль, – одобрила я. – Сменить обстановку всегда полезно, а прогулка никому еще не повредила. Кстати, Лауринь, ваш конь определенно направляется в сторону Малой площади! Там ваша зазноба проживает или вы просто сделались завсегдатаем кондитерских?

Как раз в районе Малой площади сосредоточена большая часть лавочек, торгующих сластями, в том числе заморскими, а также всевозможных заведений, где эти самые сладости можно отведать под чашечку травяного отвара, ринта или не так уж распространенного ойфа, посидеть в тепле и мирно пообщаться. Эти маленькие заведеньица пользуются особенной популярностью у дам любого сословия, впрочем, и мужчины частенько туда заглядывают. Особенно уважает кондитерские чистая публика: о некоторых вещах договариваться за столом в трактире как-то и неловко даже, а вот в чистеньком уютном зале, среди расслабляющих вкусных ароматов… Даже деловая беседа лучше идет!

– Я начал говорить о том, что меня настораживают совпадения, – не отреагировал Лауринь на мой провокационный вопрос.

– Отчего же? – сказала я.

– Это слишком напоминает мне прошлое, – ответил он. – Вы тогда тоже, помнится, не могли вычислить преступника. Истинного преступника, я имею в виду.

– «Господина из Эстали», – кивнула я, поморщившись. – Вы ведь его имеете в виду?

– Кого же еще?

– Это, конечно, любопытно, Лауринь, – сказала я, поразмыслив. – Но вы забываете об одном отличии.

– Каком же? – нахмурился он.

– В тех давних делах тень «господина из Эстали» маячила в каждом деле, будь то история Собачника или Сании Дараи, – напомнила я. – А нынешние дела… Я не вижу между ними очевидной связи. Можно притянуть за уши, но…