Уникумы Вселенной - Юрий Иванович

– Хорошо, что не нас! – Броди взглянул на откровенно зевающую Ларису. У него самого глаза слипались от усталости. – Все! Всем спать!

– А трактат?! Ты ведь обещал! – возмутился Карл.

– Хорошо! Но учти: тебе на всю ночь хватит!

– Ха! Напугал ежика голой задницей!

Ответ вызвал ленивые улыбки.

– Ну тогда пошли. – Броди встал и потянулся так, что захрустели все косточки. Подвел Пузина, за которым потянулась и Люсия, к компьютеру, извлек из своих вещей дискету и ловко вставил в приемник. Быстро ввел пароль. И предупредил: – Только для личного пользования! Никаких фото и выписок! Пока… Договорились?

– Заметано, начальник! – Карл уже с огромной скоростью щелкал по клавишам. – Ты за кого нас принимаешь?

Руководители экспедиции как заснули под эту картинку, так и проснулись под утро. У монитора все так же склонялись две головы, только изредка о чем-то оживленно перешептываясь.

– Надо было нам расположиться тоже снаружи – и нам бы никто не мешал. – Броди, покряхтывая, стал выбираться из спального мешка. – Хотя я спал как убитый и ничего не слышал.

– Я тоже! – отозвалась Лариса и обратилась к сидящим: – Кажется, вы и не думали ложиться?

– Скажешь тоже! – возмутился Пузин. – Спать, читая такое?! Если бы не все нас окружающее, я бы принял это за бред или провокацию. Даже не знаю, как после этого обращаться к твоему мужу: то ли «ваше везучество», то ли «ваша гениальность», то ли…

– Ну зачем же так пышно? – перебил его Броди с улыбкой. Затем посерьезнел, принял гордую осанку и разрешил: – Можешь называть меня просто: мой любимый племянник!

– Почему?!

– Потому что я моложе тебя, – стал объяснять Александр Константинович, – выгляжу тоже соответственно, вот все и удивляются, что я с тобой на «ты». А так я буду говорить, что ты мой дядя.

Пузин уже набрал в грудь побольше воздуха, готовый возмущаться, но взглянул на монитор и покорно вздохнул:

– Как прикажете, ваше высокородие, то есть, виноват, мой любимый племянник! – Он встал и раболепно взялся за руку своего друга. Затем хитро улыбнулся и подморгнул девушкам: – Но мне кажется, будет лучше использовать аббревиатуру: Эм-эл-пэ. Здорово?! И коротко, и ясно!

– Согласен! – под общий смех разрешил Броди.

– А если серьезно, – Пузин настойчиво продолжал держать его руку, – почему раньше ничего не обнародовал? Почему раньше ничего даже мне не сказал?

– А если бы это все было ловкой мистификацией? Или просто большой ошибкой? Или чьими-то бреднями? Так ты, по-моему, высказался? Кем бы я тогда стал? Главным в мире посмешищем? Надо было прежде хоть что-то отыскать. Что мы и сделали!

– Не прибедняйся: не мы, а ты! – Карл с еще большей силой стал трясти руку своего товарища. – А благодаря тебе и мы на весь мир прославимся.

– Ладно! Считай, мы уже прославились. Кстати, который час?

– Ровно семь. Как раз перед вашим пробуждением пришли женщины шейха готовить завтрак.

– Тогда у нас есть время смотаться к соседям. Любая экспедиция просыпается с рассветом. – Он обратился к Ларисе: – Едем?

Та как раз занималась прической, держа в губах заколки, и только промурлыкала утвердительно в ответ. Но тут же заговорила Люсия:

– Можно и мне с вами? Все равно спать не хочется, да и глаза болят от монитора. Проветрюсь.

– Так и быть, – согласился Броди. – Догоняйте меня, пойду разбужу водителя.

Он легкой трусцой выбежал наружу. В лицо пахнуло утренней свежестью и запахом костра, донесшимся со стороны стоянки кочевников. Солнце еще не поднялось из-за горизонта, но было достаточно светло, чтобы различить ясное небо, лишь кое-где пересекаемое перистыми облаками.

Водитель уже встал и в отличном темпе делал приседания, занимаясь обычной для него утренней гимнастикой. Услышав задание, он сразу завел двигатель и сдал автомобиль задом к самому входу в пещеру-храм. Тут же вышли женщины и уселись на заднем сиденье. Джип, взревев мотором, набрал скорость и лихо запетлял между барханами.

До торчащих из пустыни скалистых нагромождений ехали минут пятнадцать. Лагерь соседей увидели еще издали из-за накренившегося и замершего вертолета. Эта картина постепенно наполнила их сердца каким-то нехорошим предчувствием. И чем ближе они подъезжали, тем больше это предчувствие усиливалось. Несколько палаток армейского типа были почти полностью засыпаны песком. Не было заметно ни единого движения.

– Неужто еще спят? – высказал предположение водитель, останавливая джип возле одной из палаток. – И откапываться явно еще не начинали! – Он первым вышел из автомобиля и громко крикнул: – Э-ге-ге!

Никто не ответил и после повторного окрика. Тогда водитель подошел к палатке, решительно потянул на себя полог, отбрасывая песок, и расстегнул внутреннюю кремальеру. Заглянул, присмотрелся к темноте – и замер. Подошел Броди и тоже взглянул. То, что он увидел, заставило его нервно сглотнуть невесть откуда взявшийся ком в горле. В палатке находилось два мужских трупа в самых неестественных, вывернутых позах. Их лица были расцарапаны, вероятно, в предсмертных конвульсиях. Похоже было, что мужчины умирали задыхаясь и явно корчились в последние минуты жизни.

– Только этого нам не хватало! – пробормотал Александр Константинович и бросился к следующей палатке.

Там они увидели точно такую же картину смерти, только жертв было трое. Броди вернулся к девушкам, которые с ужасом заглядывали в первую палатку, и взял фотоаппарат со вспышкой из оледеневших рук Люсии. Сделав множество снимков всего, что попалось на глаза, он скомандовал:

– Едем обратно в наш лагерь!

Возвращаясь, они всю дорогу ехали молча и лишь недоуменно переглянулись возле самой пещеры-храма, заметив выезжающий с противоположного края ложбины допотопный «студебекер». Пузин стоял у входа и смотрел вслед отъезжающим. Броди выпрыгнул на песок и резко спросил:

– Кто такие?!

– Какие-то бродяги, – с сомнением в голосе ответил Карл, – сказали, что ищут работу, но все время пытались заглянуть внутрь. А услышав рев нашего джипа, сразу заторопились, но обещали заехать попозже. – Он взглянул на подошедшую Люсию и разволновался не на шутку: – Что случилось?! На тебе лица нет!

– Новые хлопоты! – ответил руководитель экспедиции. – Включай передатчик и связывайся с Триполи, с полицейским управлением.

Через два часа раздалось натужное гудение моторов и показалась внушительная колонна автотранспорта с оборудованием и грузами. В другое время встреча была бы радостной и шумной, но последние события явно омрачили праздник. Броди носился злой, как демон, и во все стороны раздавал отрывистые распоряжения. И лишь немного оттаял, когда узнал о сопровождающих колонну трех представителях охраны. Их на всякий случай нанял предусмотрительный Ярослав Ершко, отец Ларисы. Охранники, хоть и представляли частную фирму, имели личное табельное оружие. Александр Константинович тут же отослал двоих в лагерь соседей и велел вести постоянную охрану до прибытия полицейских. А третьего усадил прямо перед пантеоном, отгородил мешками с песком от остального храма и велел никого не пускать. Только после этого его глаза загорелись и он воскликнул: