Камешек в жерновах - Сергей Малицкий

— Поток сущего и кровь бога? — спросил Саш.

— Рождение сущего! — поправил Лидд. — Потоки сущего пронизывают миры Ожерелья. Тот же Остров Снов тонет в их среднем течении. Но рождается сущее в обиталище Эла — в Эл-Лооне, самом прекрасном из миров! Эл — его животворящее начало! И его источник, который Арбан скрыл в Эл-Лиа, это окно в Эл-Лоон. Это отверстие в несокрушимых латах! Сердце творения, неделимое и беззащитное!

— И его нужно отдать в руки Бангорда? — с содроганием спросил Саш. — А если оно попадет к врагу? Тот же Бангорд, пусть он и враг нашего врага, не перестает быть врагом и сам!

— Один мудрец сказал, что враг бывает уязвим именно тогда, когда уверен в своей победе, — устало проговорил Лидд. — Самый сильный враг Эл-Лиа будет уверен в своей победе именно тогда, когда судьба Эл-Лиа будет в его руках. Именно тогда у нас может появиться возможность его сразить.

— Что это за мудрец? — спросил Саш.

— Обычный элбан, старый ари, — ответил Лидд. — Арбан восхищался им. После того случая с разбившимся зеркалом этот мудрец пришел к Арбану и предложил сделать новое зеркало. И, сделал его таким, что больше провалов в бездну уже не происходило. Именно благодаря этому мудрецу Арбан сумел сотворить чудо пирамиды Дэзз. Пирамиды, которая принесла Ожерелью миров столько горя…

— Как его имя? — спросил Саш.

— Я уже говорил о нем, — пожал плечами Лидд. — Лойлас.

Когорты пятого легиона вышли к Ургаину на седьмой день пути после перехода утонского моста. Не встретилось ни одного противника. Разве только брошенные землянки и огороды, которые, впрочем, попадались нечасто. Швар крутил во все стороны головой и восхищенно цокал языком. Зеленые холмы, овраги, многочисленные ручьи и кустарники вытрясли из него столько сведений об охоте, целебных травах, просторах, пастбищах и земельных угодьях, что у Дана вскоре начала пухнуть голова. К Райбе Швар с разговорами не приставал. На первом же привале, посмеиваясь над юной воительницей, он предложил ей учебный поединок, после чего основательно пожалел о насмешках и говорил только о том, что в Эйд-Мере точно есть удивительный учитель, если сначала оттуда привели Саша, а затем и Райбу. Кто-то ведь учил их фехтованию?

Подойдя к началу прямой дороги на Ари-Гард, которая уходила между Копийными горами и Каменными увалами, салмы обнаружили древнюю сторожевую крепость ари разбитой, а дорогу на протяжении многих ли уничтоженной оползнями и обвалами. Посовещавшись, короли двинули войско на Ургаин, тем более, как доносили лазутчики, и под ним собиралось войско Бангорда. Правда, лица дозорных, спешащих с докладами к королям, с каждым днем становились все более мрачными, а лица мастеров легионов все более озабоченными. Дан хотел расспросить Чаргоса о причинах тревоги, но тот уже со второго дня пути не появлялся в когорте Швара и лишь издали иногда махал рукой друзьям, правя по тракту бешено мчавшегося коня.

День спустя после перехода через утонский мост закончилось лето, а за день до осеннего равноденствия воины пятого легиона увидели войско Бангорда.

— Стой! — заорал Швар, когда посыльный мастера легиона вывел когорту на позицию.

Усыпанная шатрами и палатками низменная равнина упиралась в реку, в отдалении от нее долбили сырую землю нари первого легиона, устраивая оборонительный ров, а за обрывистым берегом Маны, начиная от высокого холма на юге, на котором уже не было величественного железного дерева, и до белоснежных стен Ургаина на юго-западе, до вознесшегося над берегами памятного Дану моста, стояло войско Бангорда. Дан даже не стал спрашивать у Швара, силен ли их противник, потому что мастер когорты на глазах поскучнел, стянул с головы шлем и начал бормотать то ли заклинания, то ли молитвы. Такие же лица были у всех без исключения воинов Салмии. Даже видимая часть армии Бангорда превосходила салмскую не меньше чем в четыре раза. Да и рвы перед лагерем вовсе не говорили о победном настрое салмов.

— Многие не увидят следующего лета, — наконец пробормотал Швар и добавил, взглянув на Дана: — А может быть, и никто не увидит.

Старый вояка дал команду разбить лагерь и удалился к мастеру легиона. Дан и Райба не остались без дела. Мальчишка вооружился тяжелым молотком и принялся забивать колья, а девчонка помогала развертывать тяжелые тюки, натягивать ткань, подвязывать крученые шнуры к шестам.

— Вяжи так, чтобы враг ногти себе сломал, когда будет развязывать! — учил его седой легионер.

— Так мы же себе ногти потом сломаем! — не понял Дан. — Кто же пустит врага к нашим шатрам?

— Мы себе шею сломаем, — хмуро пообещал ему легионер. — Посмотри!

И вновь Дан поднимал голову и смотрел на противоположный берег, где стояли такие же шатры, но их было много больше, где скакали лошади, поднимали пыль тяжелые латники, готовили стрелы лиги лучников и в раддских, и в неизвестных еще Дану дарджинских одеждах. Мальчишка смотрел на неисчислимые полчища врага и понимал, что если даже брать за каждого погибшего салма полдюжины воинов Бангорда, все равно не хватит сил порубить эту тьму.

Затем по дальнему берегу в сторону города погонщики провели несколько дюжин переваливающихся с ноги на ногу архов, и между салмских шатров легла тень ужаса. Ближе к вечеру, когда шатры уже стояли, деррская каша томилась в котлах, а оружие было вычищено и еще раз вычищено, вернулся Швар вместе с Титуром. Великан радостно поздоровался с Даном, с почтением кивнул Райбе и тут же наклонился к котлу над костром. Дану даже показалось, что Титура вовсе не занимала сила противника за рекой. Зато Швар ни о чем и думать не мог. Отмахиваясь от посыпавшихся со всех сторон вопросов, он коротко бросил, что сила на том берегу велика, но вся держится только на магии. О том, что еще вчера навстречу салмам вышел нари из стана противника, назвался Мантиссом и имел аудиенцию у королей Салмии. О чем говорилось там, Швару неведомо, но какой-то план у королей есть, иначе куда делись легионы имперцев?

Настроение у легионеров не улучшилось, но караулы были выставлены. Спать легли в полном облачении, и только Дан, Райба, Титур и Швар остались сидеть у костра, словно ждали чего-то. Их ожидание оказалось не напрасным. Послышались окрики караульных, ответный шепот паролей, звон оружия, гул и топот вармов воинов, и из темноты появился Чаргос.

— Приветствую дорогих друзей! — устало улыбнулся валли и обернулся к своим спутникам. — Представлять князя Инокса и его двенадцатый легион нет необходимости, со Свагором Дан тоже уже встречался, а с этим элбаном незнакома только Райба, хотя как раз он о ней кое-что знает.

Опираясь на узловатый посох, к костру подошел Агнран.