Эра войны. Эра легенд - Майкл Дж. Салливан

Трудно поверить, в его возрасте я уже сражался в этом проклятом лесу. Правда, на тот момент я был совсем взрослым: зверства галантов в Дьюрии заставили меня повзрослеть.

Первый рейд в Харвуд – самый трудный. Даже годы тренировок не могли подготовить к неописуемому ужасу, который испытываешь, ожидая нападения невидимого врага.

– Оставайся на… – Тэш взглянул наверх, – южной стороне дерева. Ты ведь за деревом?

Послышался шорох.

– Теперь – да.

Тэш подивился, как фрэи упустили Мика. Чудо, что его не подстрелили.

– Затаись и не высовывайся.

– Мы прорвемся?

– Мы пока живы, Мик, а эльфы любят пострелять. Не бойся, все будет хорошо.

С шуршанием, напоминающим шорох ливня, густую листву рассекли стрелы. Тэш, целый и невредимый, три раза громко свистнул, перекатился влево и вскочил, обнажив мечи. Два шага, прыжок, еще три шага. Он побежал прямиком к большим деревьям, но в последний момент вильнул в сторону. Рядом со щекой что-то прожужжало – то ли стрела, то ли шершень. Через миг в плечо ударился кусочек коры. Точно не шершень.

Фрэи, устроившие засаду, прятались на деревьях. «Нападай и беги» – вот их тактика, и весьма успешная. Единственный ее недостаток – прежде чем сбежать, приходилось сперва спуститься на землю.

Клен.

Тэш сосредоточился на дереве с красными листьями и раскидистыми ветвями, на которые легко забраться. После долгих лет, проведенных в стычках с фрэями, ему не было нужды видеть врага, чтобы понимать, где тот находится. В него полетело несколько стрел, а в Мика – ни одной, значит, эльфов меньше, чем Тэчлиоров. Четверо или пятеро; меньшим отрядом они не нападают. На стрелах – белоснежное оперение. В Харвуде нет белых птиц, светлые перья остаются такими недолго, значит, лучник – из новобранцев. Фэйн отправляет на войну все более молодых бойцов. Тэш предположил, ему предстоит схватиться с неопытными юнцами, если, конечно, это слово можно применить к тем, кто прожил на свете пару сотен лет.

Сзади раздался короткий вскрик: либо один из эльфов сорвался с ветки при неудачной попытке слезть (что маловероятно), либо один из Тэчлиоров опередил своего командира. Впрочем, вскоре настроение Тэша улучшилось: он заметил в прогалине двух фрэев, точнее, их заостренные уши, поворачивающиеся туда-сюда, как у оленей. Враги закутались в серо-зеленые плащи, помогающие сливаться с листвой. Эльфы украли секрет рхунов по изготовлению луков, поэтому Тэш счел справедливым позаимствовать их идею о маскировке. В результате было сложно определить, кто перед тобой – враг или друг, – пока фрэи не зашевелились. Двигались они совсем как олени.

В промежутке между ударами сердца в Тэша полетели две стрелы. Он услышал гудение тетивы и среагировал по наитию: взмахнув обоими мечами, перерубил тонкие древки. Одна стрела чуть не попала ему в сердце.

Два эльфа в широких зеленых капюшонах смотрели на него, открыв рты.

– Теперь ваша очередь, – произнес Тэш по-рхунски, понимая, что враги его не поймут.

Ему нужно было привлечь их внимание. Главное – вывести эльфов из равновесия, тогда они становятся беспомощными, как котята. Новички, недавно попавшие в Харвудский лес, вздрогнули и не заметили приближения Эдгера и Аткинса. Стрелы полетели почти бесшумно; эльфы упали, не успев даже вскрикнуть.

– Ну вот и все, – удовлетворенно произнес Эдгер, обыскивая труп врага.

В тридцать восемь герой Грэндфордской битвы считался стариком, отчасти из-за седины в бороде и намечающейся лысины. «Фрэи мне плешь проели», – говаривал он.

– Думаешь, все? – разочарованно протянул Тэш и огляделся, надеясь, что боевой товарищ ошибся.

– Похоже на то. – Эдгер передал стрелы Аткинсу, осмотрел эльфийский лук и отшвырнул в сторону. – Снова пацаны, им и века не исполнилось.

Оставив мертвые тела на земле, три воина повернули к тропе.

– Что за ерунда, – возмущенно произнес Тэш. – Сколько всего их было?

– Пятеро.

– И все? Пару лет назад Серые Стрелы сидели на каждом дереве!

– Что ж, так бывает, когда дичь в лесу заканчивается, – заметил Аткинс. – Сперва Харвуд принадлежал им, а теперь – нам.

– Здесь по-прежнему опасно, – произнес Эдгер, указывая на заросли папоротника. Там лежал Мик со стрелой в глазу.

– Все-таки высунулся, – вздохнул Тэш. – Еще потери есть?

– Не-а, – доложил Эдгер. – Бригам ранен в руку, не серьезно.

– Как его угораздило? Он что, махал фрэям?

– Пойди разбери. Парень такой же чокнутый, как ты.

– Да ладно!

– Это не комплимент.

– Не могу с тобой согласиться.

К ним подошел еще один новобранец, Варгус из клана Мэлен.

– Что с Энвиром? – спросил Тэш.

Эдгер кивнул на Аткинса. Коротышка-южанин, отрастивший раздвоенную бороду, к которой Тэш никак не мог привыкнуть, запихивал эльфийские стрелы в переполненный колчан.

– Все с ним нормально.

– Он вообще ничего не делал, – заявил Варгус. – Я держался рядом. Говорят, галанты – великие воины, а этот просто смотрел, и все.

– Они никогда ничего не делают. – Из-за деревьев появился Бригам с окровавленной рукой. – Не могут защититься от своих, потому что их бог им, видите ли, запрещает. На месте Энвира я бы выбрал другого бога.

– Да уж, как-то глупо, – согласился Эдгер.

– Вот поэтому из галантов остались только Энвир, Тэкчин и Нифрон.

– А сколько всего их было? – полюбопытствовал Варгус.

Бригам задумался.

– Сэбек, Ворат и Григор погибли в Грэндфордской битве, верно?

Тэш кивнул.

– Эреса убили здесь, в лесу. Выходит, семеро.

– Нет, восемь, – поправил Тэш. – Мэдак, брат Эреса, погиб в Рэне еще до Грэндфорда. – Он огляделся. – А где Энвир?

– Выслеживает сбежавших белоперых, – ответил Варгус. – Сказал, хочет выяснить, в каком месте они переправляются через реку.

Вскоре подтянулись и остальные, за исключением погибшего Мика, а также Хораса и Плайна, стоявших в дозоре. Энвир подошел последним. Он не входил в отряд Тэчлиоров; Тэш попросил его помочь выследить эльфов.

Энвир был самым тихим и задумчивым из галантов. Вытянутое лицо, заплетенные волосы и пристрастие к веревкам и узлам отличали его от шумных, ищущих славы фрэйских воинов. Он не пил хмельного, не горланил песни и часто молился. Тэш понятия не имел, о чем эльф может просить своего бога; вряд ли о долгой жизни, они и так живут долго. В свободное время Энвир завязывал и развязывал узлы или придумывал новые, делал кожаные ожерелья и браслеты, хитроумными способами заплетал косы. Тэш считал, это оттого, что Энвир был единственным галантом не из инстарья: он принадлежал к асендвэйр, племени охотников и следопытов.