Дорога без возврата - Марик Лернер

Мы сидели на холме и смотрели на происходящее внизу. Сначала возле пустыря в длинной тени, падающей от Иглы, появилась черная дыра. Из нее выскочили два десятка всадников. Они моментально спрыгнули на землю и заняли круговую оборону. Я насчитал не меньше трех пулеметов. Потом один за другим потянулись перегруженные фургоны, окруженные охраной. К седлу каждого наездника были привязаны две-три запасные лошади. Повозки отъезжали в сторону нашей бывшей стоянки и останавливались там.

Прошло длинное стадо коров и небольшой табун лошадей, вокруг которых мелькали фигурки младших. В заключение появился Леха и закрыл проход. Охрана поднялась и окружила его со всех сторон. Всей компанией они двинулись к фургонам.

— Ты говорил, полсотни, — с удивлением сказала Даша, — а я видела не меньше трехсот.

— Понятия не имею, что ему в голову стукнуло. Может, это из-за крыс. Ты же видела, там еще и животных пригнали, и имущество какое-то. Они сюда прибыли всерьез и надолго. Ты хорошо помнишь, что я говорил?

Она кивнула.

— Тогда пошли знакомиться. — Я помог ей встать, и мы зашагали вниз.

— Сейчас тебя будут бить, — вполголоса сказал Кузнец, глядя на пристань. — Долго и с большим удовольствием.

Рафик скривился. На берегу стояли Борис с Зосей и пристально смотрели на подходящую к берегу баржу. За их спинами торчала Лена и делала непонятные знаки.

Баржа приткнулась к пристани, Рафик спрыгнул на землю и шагнул к Дашиным родителям.

— Письмо, — сказал Кулак, протягивая руку и смотря неприятным взглядом.

Рафик, глядя на жену, полез в карман и протянул сложенный листок бумаги. Лена за спинами Дашиных родителей пожала плечами и развела руками, показывая, что она ничего заранее не говорила и понятия не имеет, откуда Борис знает.

— Вечером зайдешь, — разворачивая письмо, сказал Борис.

Через плечо к нему в руки заглядывала Зося. Рафик послушно отошел к Лене, и та потащила его в сторону.

«Я обещала написать, если не вернусь… Ну вот — читайте.

Вы всегда знали о моих способностях, — читал Борис. — Эти мои сны. Хорошо это или плохо для меня, но знать будущее даже так всегда полезно. Еще в детстве я поняла, что оно может измениться. Необязательно слепо следовать своим же предсказаниям. Тут главное, какой выбор ты делаешь. И выбирая, ты можешь сделать хуже. Благие намерения, как известно, очень часто ведут в ад. И все равно судьба твоя необязательно такая, какой тебе кажется. Нет одной неизменной дороги.

Когда я решила поехать, я сказала вам, что хочу присмотреться к своему приснившемуся мужу. Что он за человек и не лучше ли мне поискать другого. Вот и присмотрелась, да так плотно, что весной у вас будет внук. Нельзя сказать, что из Живого выйдет идеальный зять. Даже идеальный муж — очень сомнительно. Как он сказал:

„Ты очень ловко меня оседлала и уселась сверху, но это не значит, что я буду стоять в твоем стойле или идти по дороге, которую ты считаешь правильной“. Нам сейчас приходится притираться друг к другу, и от этого иногда летят такие большие искры. Но, может, это и к лучшему. Вряд ли я бы долго выдержала с мямлей. Очень удобно держать мужа под каблуком, но приходит время, когда становится ясно, что рассчитывать можно только на себя. А ведь хочется иногда чувствовать себя слабой, чтобы тебя носили на руках и защищали. Вот в этом у меня сомнений нет. Он порвет на куски любого попытавшегося нагадить нашей семье. И не фигурально, а вполне реально — физически. Была возможность убедиться.

Мне кажется, что, глядя на любого мужчину, я всегда сравниваю его с тобой, папа. В этом смысле мне повезло. Он на тебя похож. Не внешне, конечно, хотя он тоже здоровый облом, — по характеру. Такой целеустремленный тип, который, поставив перед собой задачу, проломит стену, а своего добьется. А дел у нас в ближайшее время ожидается море. В придачу к мужу я получила очень большой кусок земли с обязательством защищать его и служить фильтром между местными жителями и Зоной.