Сталь и пепел. На острие меча - Вадим Львов

В дверь министра Пирса постучали. Следом в дверной проем протиснулся похожий телосложением на шкаф начальник личной охраны майор Майкл Оберон. Действующий морской пехотинец, взят в штат МВБ по совету министра обороны Джонсона. После того как верхушка Секретной службы, обвиненная в антигосударственном заговоре, была арестована, личную охрану высших чинов отдали на откуп USMC. Опять военные…

— Извините, сэр, но вы просили предупредить за десять минут до выезда.

— Да, спасибо, Майкл. Готовьте машины! — отозвался Роберт, откидываясь в кресле.

Как же он устал, бог ты мой! За последние трое суток спал не больше восьми часов, остальное время проводил за бумагами и компьютером. Папки и файлы, аналитические записки, отчеты агентов, отчеты станций технической разведки. Нить измены петляла в лабиринте бумаг, и поймать ее было практически невозможно. Но он вроде ухватил кончик. Потянул на себя и обомлел. Лучше бы он этого не знал. Слишком высоко забралась измена. Если это, конечно, измена, а не что-то худшее. Главное, что бороться с этим нельзя. Начни он бороться сейчас, рухнет Америка. Просто рухнет, как карточный домик. Да, Ферзь, ты, конечно, придумал гениальный план. Тебя даже тронуть никто не посмеет в это время. И вся власть в стране практически у тебя и твоих друзей. С этим надо что-то делать. И никто, кроме «стариков-разбойников» старой гвардии, взвалившей на себя непомерный труд прекращения Третьей мировой, ему помочь не может. Даже президент, отрезанный от реальной информации собственной женой и заговорщиками.

«Ладно, хватит ныть, Роберт, — сказад он сам себе. — У тебя есть бомба, о которой заговорщики и не подозревают. Посмотрим, как они запрыгают через пару дней». Резко встав, Пирс стал собирать бумаги в новенький портфель, бросил туда же несколько компакт-дисков в бумажных конвертах, подписанных маркером. Вот и все. Наступает момент истины.

— Майкл!

— Да, сэр.

— Машины готовы?

— Так точно, сэр.

— Тогда выдвигаемся. Сначала в «Три Секвойи».

— Понял, сэр.

Теперь по столице Соединенных Штатов Америки федеральные чиновники его уровня передвигаются с вооруженным до зубов эскортом. Как в Багдаде или Кабуле. Обстановка в Вашингтоне крайне неспокойная. Каждую ночь — стрельба, полицейские и агенты ФБР проводят «зачистки» в криминальных кварталах. Частенько их поддерживает морская пехота. Утро начинается с трансляции по кабельному фрагментов ночных столкновений, затем идут сводки боевых действий. Несмотря на показную браваду ведущих и грохот победных фанфар, людям, варившимся в вашингтонском политическом котле не один год, было ясно, что США подошли к опасной черте, за которой открывается бездна распада, хаоса и анархии. Уже принято решение о перемирии с русскими и переносе всей тяжести боевых действий в Мексику и на Ближний Восток. Попутно решено эвакуировать контингент в Афганистане, зажатый на нескольких десятках баз талибами и подвергающийся постоянным атакам. Пусть теперь с этими бородатыми дикарями разбираются китайцы, русские или индусы. Как говорится, флаг им руки.

Едущий во главе эскорта массивный «Хаммер» с пулеметной башенкой на крыше начал сбавлять скорость, притормаживая. Стали тормозить и черные бронированные «Шевроле», идущие следом. В машинах сидели парни из подразделения морской пехоты, специализирующегося на охране важных объектов. Подчиненные Оберона с базы «Кэмп-Леджун». Замыкал эскорт еще один «Хаммер».

— Первый чек-пойнт, сэр, — сказал Оберон, видя, как забеспокоился глава МВБ при снижении скорости движения.

— Уже понял, — отмахнулся Роберт, узрев впереди пятнистую тушу «Страйкера», перегородившую дорогу, и мешки с песком.

Вот так. Вашингтон просто наводнен солдатами, бригадный генерал Даррен Макловски, став комендантом по протекции Джонсона, рьяно взялся за дело, разделяя столицу на «цветные сектора» и вводя регистрацию на перемещения из одного сектора в другой. Жители и чиновники, понятное дело, возмущены, но зато можно быть стопроцентно уверенным, что события, подобные мятежу в Сан-Диего, Фениксе или Детройте, здесь не произойдут.

Проехали чек-пойнт, повернули строго на восток. Еще один блокпост, снова бронетехника и настороженные морпехи, колющие недобрыми взглядами проезжающие машины. Натуральные «псы войны»… Воюют без перерыва уже десять лет, уже забыли, что такое мирная жизнь.

Еще поворот на север, и вот он, «Сигарный клуб «Три секвойи». Место для тайных встреч и грязных игр.

Бугаев в штатском и здесь сменили солдаты. Хорошо, что на стоянке нет танка. С них станется… Колонна подъехала впритык к калитке в старой, еще литой ограде в викторианском стиле. Оберон распахнул тяжелую дверь, и Роберт Пирс выбрался на свежий воздух.